Внутри неё тьма

– Откуда вдруг такая смелость? – раздался её скрипучий голос, слитый с голосом Тьмы.

Купец с отвращением смотрел на невестку. Он сморщил нос, будто унюхал помои, а потом резко подскочил к Раде и за локоть потащил её к выходу. Она хотела полоснуть его когтём, но Тёмная вдруг со стоном скрылась внутри тела. От кожи пошли дым и шипение, будто костёр залили водой, и девушка вернулась в свой человеческий образ, как позавчера при Руслане.

– Как?.. – только и смогла спросить она.

Филипп распахнул дверь и вытащил Раду в коридор. Она извивалась и пыталась вырвать руку, но тщетно, лишь полученные ночью царапины начали щипать.

– Руслан поделился секретом, – ухмыльнулся купец, – как обойти твои чары.

Белолебедь поудобнее схватил девушку, стиснул её запястье и потянул вперёд. Кожа на ободранных руках защипала сильнее.

– Идём, – сквозь зубы прорычал он.

«Тьма, Тёмная», – беззвучно звала Рада подмогу, но та не отзывалась. Тьма испугалась чего-то и не могла выбраться наружу, когда была так нужна. Приходилось бороться самой. Девушка ударила Белолебедя, но он перехватил руку и выкрутил назад, сжимая кожу. Когда она вырвалась, то увидела, как на рукавах проступила кровь, открылись ночные раны. А Тьма, почуяв кровь, потянулась наружу. Лишь этим удалось выманить её, несмотря на «секрет» Руслана и Филиппа.

В ушах появился гул, взгляд заволокло мраком, и Рада едва видела, что происходит. Лишь почувствовала, как выступивший коготь зацепил купца, и Тьма распалилась, когда пролилось ещё больше крови. Её надо было остановить, пока не поздно – пока девушка не потеряла полностью контроль. Филипп ойкнул и отступил. Его план не сработал, и он потирал запястье, где теперь выступала длинная царапина.

– Володя! – выкрикнула девушка, убегая от купца. – Володя!

Он обещал защищать её. И между Тьмой и бывшим женихом Рада предпочитала обращаться за помощью к последнему. Он, по крайней мере, был человеком, а не нечистью. Тёмная тем временем пыталась вырваться наружу, отвоевать контроль над телом и убить Белолебедя. В этом их желания совпадали, но Раде не нравился способ.

Девушка шикнула на Тьму. Попыталась отогнать её и одновременно звала помощь:

– Володя!

– Володя! – повторил за ней купец. Наверняка хотел, чтобы сын увидел девушку в образе Тёмной.

Она добежала до опочивальни Володи и заколотила в дверь, мотая головой, чтобы Тьма исчезла. Белолебедь попытался оттащить её от двери, и Тёмная зашипела от его прикосновения и задымилась. Рада тряхнула рукой. В борьбе она не услышала шаги в опочивальне, и, когда дверь распахнулась, на пороге показался Володя в исподнем. Он потёр глаза и провёл рукой по взлохмаченным после сна волосам.

– Что такое? – спросил он хрипло.

– Помоги мне! – в один голос отозвались Рада и Филипп и посмотрели друг на друга с ненавистью.

Филипп перебил её:

– Она колдунья!

– Он напал на меня! – оправдалась девушка, показывая Володе окровавленные руки.

Юноша потряс головой. Спросонок не мог разобраться в ситуации, потому поманил девушку в опочивальню, а сам вышел к отцу и прикрыл дверь. Рада осталась внутри. Подув на руки, чтобы притупить боль, она приникла ухом к двери и попыталась разобрать разговор купца с сыном, но говорили они слишком тихо. Лишь пара фраз донеслась до девушки: «Руслан просил не трогать», «Колдунья» и «Моя невеста».

– Была твоя невеста, а теперь чужая жена! – услышала она голос Филиппа, и дверь открылась.

Володя ничего не ответил отцу, тот резко развернулся и громко зашагал по коридору. Тишина повисла в опочивальне, и щелчок закрывшейся двери прозвучал слишком громко.

– Что случилось? – Володя скрестил руки на груди.

– Он хотел выгнать меня. Снова.

– Это я понял. До возвращения Руслана отец к тебе больше не подойдёт. Почему он назвал тебя колдуньей?

Девушка прикусила язык. Этот же вопрос Володя наверняка задавал отцу, и хотелось знать, что ответил купец. Её объяснение должно было прозвучать убедительнее. А что может быть убедительнее, чем попытка вызвать жалость? Рада выдавила пару слезинок, благо, настроение позволяло даже разрыдаться.

– Не знаю! – она повела плечами. – Видимо, придумал причину, чтобы меня выгнать!

Володя покачал головой. Не поверил?

– Ладно, – решил он. – Иди к себе. Если что – я буду тут.

Прозвучало так, будто: «Захочешь сказать правду – я буду тут». Но Рада кивнула, смахивая слёзы. Как бы хорошо Володя к ней ни относился, к правде он мог быть не готов.

Дни тянулись медленно и однообразно.

Опочивальня, столовая зала, прогулки по двору. Чуть позже Рада рискнула выбраться и в сад, потом – к полю, но бродила в основном там, где было многолюдно, где её крик могли услышать, если что. Девушка опасалась и Белолебедя, который, впрочем, после того случая не попадался ей на глаза, и Морока, при воспоминании о котором кровь стыла в жилах. Много вопросов преследовало Раду. Хотелось понять, как избавиться от преследования, как изжить из себя Тьму и, самое главное, почему Морок не смог проникнуть в усадьбу? Почему некая сила оттолкнула его в озере и не позволила пересечь ограду? Разве может что-то остановить бога?

А ведь Руслан нашёл способ противостоять Тьме, она дымилась от прикосновения к нему, значит, противостоять можно и другой тёмной силе.

Всё путалось в голове. Хотелось бы поговорить с Ягиней и Кощеем, но выехать из усадьбы Рада не могла – точнее, могла, но обратно её не пустили бы. С такими мыслями девушка прогуливалась по окрестностям. Она поглядывала в сторону лесной опушки и озера, но дойти туда пока не решалась, даже зная, что Морок туда не доберётся. Над кучерявыми деревьями, окружающими усадьбу, нависло бело-жёлтое обжигающее солнце. Вокруг было светло, всё цвело, запах душистых трав разносился по ветру, и щебетали птицы. Чувствовалось дыхание жизни. Плохие мысли и страхи отступали.

Снова Рада взглянула на озеро. В прежней жизни она чуть ли не каждую ночь приходила к озеру, чтобы пообщаться с русалками, а сейчас её неотвратимым спутником стало одиночество. Она скучала по воде, которая дарила невесомость и плавность, скучала по свободе и ветру на обнажённой коже, песням и хороводам русалок, которые заканчивались негой в теле и вкусом чужой крови на губах. Захотелось снова окунуться в воспоминания – хотя бы частично. Озеро манило девушку. Прийти туда стоило хотя бы ради того, чтобы позвать и отблагодарить русалку, которая спасла Раду от Морока, отвлекла его. Девушка прикусила губу. Придётся снова красться по ночной усадьбе, чтобы добраться до озера, но встреча с русалкой того стоила.

Рада едва дождалась вечера. Как и в прошлый раз, она побродила по дому на глазах у служанок и отправилась спать. Свернула одеяло так, будто лежит под ним, и принялась ждать. С первыми звёздами она выбралась из опочивальни. Безопасный и безлюдный путь на улицу она уже знала. Девушка быстро спустилась по задней лестнице, пересекла двор, сад, потом поле.

Свежий воздух, наполненный влагой и запахом трав, дарил ощущение свободы. Прохладный ветер пробегал по распущенным волосам. Озеро виднелось впереди тёмным силуэтом. Здесь было спокойно: ветер стих, и ни листья, ни трава не шелестели, а небо заволокло, облака окутали луну своей тенью. Время, казалось, остановилось.

Рада недолго простояла на берегу, набираясь решимости. Тронула рукой воду, призывая ту русалку, которая её спасла. Прохлада касалась кожи, но не отпугивала, скорее бодрила. Время шло, луна то выглядывала из-за облаков, то снова терялась, и девушка, не вытерпев ожидания, стянула одежду и побежала в воду. Брызги сыпались вокруг неё. Дно углублялось быстро, и за несколько шагов она оказалась по грудь в воде. Стоило бы заплести волосы, чтобы они не намокли, но уже было поздно. Рада окунулась с головой и вынырнула, счастливо выдыхая. Она ещё несколько раз мысленно позвала русалку, а потом принялась просто плавать вдоль берега, наслаждаясь позабытыми ощущениями свободы.