Посол мира

Съезд с дороги в рощу, потом поближе к берегу, и вот оно, святое место посвящения, с тем самым плоским каменем в середине, окропленным кровью уже многих жертв - всё, что осталось от какой-то клумбы или постройки, унесённой тем наводнением. Парни уже подъехали - фургончик их стоит. Нас увидели - выходят и вытаскивают приготовленного агнца.

-Ой, а кто это? И почему он связан?

Тупицы! Не могли сообразить, что сейчас тут не строй неофитов, а эта малолетка. Которой вовсе не надо догадываться, что с ней будет, до последней минуты. Если она сейчас завизжит и бросится в кусты, он же за ней не угонится - Райс, занятый в последние годы сидячей работой, вовсе не был хорошим бегуном, а стрелять нельзя, дырка от пули на теле зарезанной свихнувшимся черномазым, это нонсенс! Да скорее, олухи, шевелите ногами, и тащите этого, раз уж не подумали, оставить агнца запертым в фургоне! Ну все, красная шапочка - или вернее, красная крыса! - волки уже рядом!

-Хэнк, Кенни - взять ее! - Райс кивнул на алтарь.

-Что вы делаете?? Мистер Мэсон, это уже не шутки!

Черт, черт! Райс был опытным бюрократом - но не "полевым агентом" из детективов. Позабыл о такой мелочи, как лишняя веревка. Обычно ведь она и не требовалась, жертву клали на алтарь уже связанной - а что сегодня жертв будет сразу две, как-то не сообразил!

-Наручники на неё!

-Сержант, так мы же сейчас не на службе! А шериф не дал - "собственность офиса", чёртов бюрократ! Свою задницу решил прикрыть, чистоплюй...

-Не чертыхаться мне тут!.. И держите ее крепче! - тут Райс выругался сам - да заткните уже ей пасть, чем угодно, любой тряпкой!

-Кусается, мелкая сучка! Сержант, а лишний плащ у вас есть?

-Вы что, свои не взяли?! - Райс, едва сдерживаясь от новой порции ругательств (ну что за тупицы!), достал из машины непромокаемый армейский плащ, чтоб костюм кровью не испачкать - так купите после новое. Постараюсь сделать аккуратно!

Соплюшку положили наконец на алтарь - ну куда малолетка вырвется, от двух взрослых парней? Райс, наконец облачившись - ризы нет, но белый крест наличествует, как у самого Капеллана - достал жертвенный нож-боуи. И начал говорить:

-Иисус Христос, во имя свободы Америки, прими жертву нашу. Ибо не только предавший свою душу греховному коммунизму, но и те, для кого коммунисты не есть злейшие смертельные враги, с кем никакие сношения невозможны - тот уже впустил в себя коммунизм и пока не погубил себя окончательно, должен быть спасен. Что не является грехом - ибо сказал Иисус, не мир я принес, но меч, а значит, отправляя коммунистов на суд Божий, мы оказываем последнюю услугу их погибшей душе, если от той что-то еще осталось.

Ни сам Райс, ни кто-то из его помощников - не обратили внимания на негра, валявшегося тут же, у алтаря. Ибо весь опыт им говорил, что негров, посмевших сопротивляться служителям Закона, не бывает. Так как за многие годы все чернокожие усвоили, что за этим следует смерть - или немедленная, или предельно мучительная. Ну а этому агнцу еще повезло - его после не положат на алтарь, а просто пристрелят (и затем вложат в руку тот самый нож).

И это была их роковая ошибка. Как и то, что негр был не в наручниках, а связан обычной веревкой.

Натан Вуд, чернокожий ветеран Вьетнама.

Черт возьми, куда это я попал? И что вообще происходит?

Как черному парню с Юга подняться выше чем эй, ниггер? Стать главарем банды - и быстро кончить жизнь, от ножей конкурентов, от пули копов, или в тюрьме, на электрическом стуле или от дубинок охранников. Или найти себе покровителя из белых - для которого ты все равно будешь в статусе, вроде любимой собаки.

Или пойти служить в морскую пехоту - чтоб спасти Америку от коммунистов. Которые, если придут, устроят здесь что-то вроде нацистского концлагеря - когда даже прежние порядки будешь вспоминать с ностальгией.

В Париже, то есть учебном лагере на Пэррис-Айленд, было хуже, чем в тюрьме - рядом с дрилл-сержантом Мэтью Маккеоном, постоянно орущим, и без промедления пускавшим в ход кулаки и дубинку, самый свирепый коп показался бы любящим отцом. Во Вьетнаме - которым этот сержант постоянно пугал новобранцев! - было совсем по-другому. Капитан Трэгг хоть и был беспощаден (куда там тому сержанту из учебки!) - он мог пристрелить на месте солдата, посмевшего не выполнить его приказ, но также для него был безразличен цвет твоей кожи, что оказалось для Натана настоящим потрясением - прежде он не встречал таких белых. А еще капитан был честен и справедлив - всегда выполняя, что обещал, в том числе касаемо наград и поощрений, и защищал своих подчиненных от гнева всех прочих белых, даже с большими погонами. Говорили, что у Трэгга папа - очень большая шишка в Вашингтоне. А сам он отправился во Вьетнам добровольно, на свою личную войну с коммуняками. И потому, имел гораздо большие возможности и авторитет, чем обычный офицер того же звания.

-Это мои люди, вам понятно? И наказывать их - могу лишь я! Или вы против дисциплины - а может вы коммунист, и хотите поражения нашей страны?

Вьетнамские джунгли были адом - а вьетнамцы, хотя и мелкие, и (при свете дня) совсем не страшные, оказывались беспощадными убийцами, стоило лишь повернуться к ним спиной. И они в совершенстве владели искусством засад и внезапных нападений - особенно ночью. И оттого все парни очень быстро усвоили, на наглядных примерах своих менее удачливых сослуживцев, раненых, искалеченных и убитых вьетконговцами в первый же месяц, что на этой войне гражданских лиц нет - мирные вьетнамцы (любого пола и возраста) это если не сами лесные бандиты, до поры спрятавшие оружие, то их помощники и осведомители. А так как главным правилом капитана Трэгга (и не его одного) было - хорошая война с коммунистами, это когда убиваешь больше коммунистов! - то скоро Натан стал спокойно относиться к таким делам, о которых лучше не рассказывать. Ведь мы творим это не из собственной злости - а лишь затем, чтобы коммунисты не пришли к нам домой и не устроили то же с нашими гражданскими, нашими семьями.

-В конце года посчитаем. Троим, кто убьет больше всего коммунистов - я обещаю лично от себя, выполнить любое их желание, если конечно, в моих силах! А взводу, у кого будет больше всех отрезанных ушей - я за свой счет устрою самый шикарный праздник в лучшем сайгонском кабаке!

Уши - потому что счет убитых вьетконговцев велся по отрезанным левым ушам - а чем это хуже индейских скальпов? Тем более, что вьетнамцы мелкие - и женские или детские уши вполне могли сойти за уши лесных бандитов. А капитан был настоящим парнем - всегда выполнял, что обещал. Жалко, что не удалось войти в тройку призеров - и попросить у капитана то же, что Билли Буш! Остальные двое сглупили - Майк пожелал новую шикарную тачку, а Роб, поступить в какой-то престижный колледж. Ну а Билли - ни больше ни меньше, как Медаль Почета Конгресса, высшую военную награду Соединенных Штатов! От такого желания Трэгг натурально обалдел, но быстро взял себя в руки, процедив лишь: "Ну, чёрт с тобой - будет тебе висюлька, зато потом ни один сукин сын не посмеет вякнуть, что я не держу своё слово...". В чем тут фишка, Натану после объяснил Джо Ривера, один из немногих образованных в их взводе (в колледже учился, год или два):

-Что награжденному Медалью Конгресса положена от Правительства пожизненная пенсия, это мелочь. Главное, тебя никто тронуть просто так не посмеет - если только сам не вляпаешься по-крупному. Тут же набегут репортеры, такая сенсация, национальный герой Америки, что же с ним случилось - и хорошие адвокаты за тебя впишутся, дело ведь такое громкое и перспективное для карьеры, что даже денег за твою защиту "из принципа" не возьмут, хе-хе! А у местных законников - шерифа, судьи, мэра, даже у губернатора штата - сразу спросят, наверное вы Америку не любите, раз на вашей территории с национальным героем такое случилось - политическая карьера к черту, впредь избираться куда-то и не надейтесь! Медаль Конгресса - это статус уважаемого джентльмена, даже для самого простого парня из низов, как Буш или ты. (прим.авт. - Д.Морелл, наградив своего Рэмбо этой медалью, сильно погрешил против истины. Не стали бы полицейские - так обращаться с тем, кто ее имеет!).