Страница 15 из 71
Хагрида Гермиона нашла, но он отказался ехать, просил передать Гарри приветы и извинения, и что у него всё хорошо. С братом Гроххом он не пропадет, и пусть Гарри не переживает за него.
Также пришли соседи: братья Франкелы, Дерек, Дигори и Балто, с детьми, конечно, Сюзанна — дочь Дигори, — Дэвид и Калеб, шебутные близнецы-сорванцы, сыновья Дерека. Они тут же с воплями бросились к Лери и запрыгали вокруг неё:
— Мама Лели, мама Лели!
В ответ на озадаченные взоры Северуса и Гарри Михаэлю пришлось рассказать им жуткую историю о том, что жена Дерека скончалась родами, и на весь Зальцбург в тот бешеный снежный февраль на тот момент только одна кормилица и нашлась — Лери. А сама Лери добавила, что младенцы были недоношенными и она просто замучилась с ними, ведь они даже сосать не могли… Но в конце концов всё утряслось, её молока всем хватило, все выжили и выросли, вон, бегают…
Папа Гарри произвел впечатление на друзей, они с огромным уважением смотрели на него, особенно когда узнали, что он спасатель. Гермиона даже пошутила:
— Так вот почему ты всех рвешься спасать, Гарри! В тебе говорят гены твоего отца-спасателя.
Лери почему-то приклеилась к Долохову и прямо достала его просьбами рассказать, в каких местах России он успел побывать, ещё она всё время называла его Тошей да Тошенькой. Видимо, соскучилась по России.
Поразительно, но на такую прорву гостей Лери каким-то чудом ухитрилась накрыть вполне пристойный стол, он буквально ломился и трещал под изобилием блюд. Никто так и не заметил, когда прибыл Данила. Просто он вдруг обнаружился среди гостей во время застолья, и никто не понял, давно он тут или только что пришел?.. Но торт, как ни странно, испек именно Данила, и Гарри, счастливый именинник, только глаза вытаращил, увидев гигантский торт с восемнадцатью свечами и взбитыми кремовыми и шоколадными сливками. Его поздравляли, обнимали, хлопали по спине. Подарки были простые и незатейливые, но Гарри больше обрадовался, когда увидел, как лорд Малфой, оглянувшись по сторонам и не заметив поблизости магглов, протянул Северусу длинный узенький сверточек, в котором без труда угадывалась волшебная палочка. Теперь Северус был полноценным магом.
Ну а тем временем застолье продолжалось, росла на полу батарея пустых бутылок из-под различных вин, разные сорта их перепробовали: и «Шантелье» из Франции, и «Де ла Гранж» оттуда же… «Бугенвиллия» из солнечной Италии и даже коньяк «Белый аист» из Румынии. Подросткам и детям Лери выставила напитки собственного домашнего приготовления — лимонады, морсы, компоты и квасы.
Но Гарри-то именинник, ему просто положено налить, что ж с ним как с неродным-то? Ну и захмелел он маленько, куда ж без этого… Захмелел-осмелел Гарри и придрался к вопросу о лошади на втором этаже. Что она там делала да как её научили по лестницам подниматься и спускаться, и вообще, какой идиот разрешил скотине заходить в жилые помещения? Упс… поздненько, воробушек вылетел — не поймаешь. Лери прищурилась и недобро осведомилась у пьяного Гарри:
— Скажи-ка, Гарри, а Соломон тоже скотина?
Эта жуткая, убийственная фраза-вопрос вмиг отрезвила Гарри, и он кинулся извиняться и оправдываться, что он-де никого не хотел обидеть и, вообще, этого не говорил, вам послышалось… Подумав, он извинился и за «идиота», на всякий случай.
Люпин вздохнул и, потянув Гарри за рукав, сообщил ему на ухо, что Леголас приходил к нему, он любит слушать сказки перед сном, а так как мама запрещает сыну выходить из дома на ночь, то он придумал звать Леголаса к себе в комнату.
Мозги Гарри со скрипом провернулись, пытаясь уложить эту мысль в нетрезвой голове, он тщетно попытался представить себе, как лошадь стоит над кроватью и внимательно слушает сказки про принцесс и драконов. А не проще ли было привести коня в гостиную? Зачем его наверх-то тащить? А папа телевизор в гостиной в это время смотрит…
После застолья гости расползлись опохмеляться разными способами: маги жадно присосались к своим скляночкам с антипохмельным, люди принялись поглощать черный кофе без сахара в огромных количествах.
Гарри не очень хорошо понимал зачем, лично у него алкоголь выветрился уже через час. Ну да он и выпил-то всего ничего, чему там выветриваться?
Ну ладно, как бы там ни было, но их после повального похмелёжа пригласили в манеж. Люпин радостно потянул Гарри за руку и затараторил:
— Пойдем, Гарри! Мама такой подарок тебе приготовила!
Манеж. Огромное высокосводное помещение, залитое солнечным светом из витражных стрельчатых окон, у стен колонны, на полу тяжелый бурый песок. Гости, полные любопытства, расселись в специальной ложе для зрителей, вполголоса переговариваясь и гадая, что их ожидает?
Где-то рядом заиграла негромкая музыка, и на песок манежа вышла Лери, с нею два коня, Ян и Леголас. И началось…
Это было похоже на балет. С той лишь разницей, что танцорами были лошади. Вороной и мышастый синхронно поворачивались, приседали, вставали в песады, делали пируэты и пиаффе, ходили испанским шагом. Школьный галоп, менка ног, балансе-баллотады. Кранчы, дузы, тер-а-теры… Горят глаза, раздуваются ноздри, по киношному развеваются тонкие длинные гривы, стучат точеные копыта на грунте манежа, взвивая маленькие песчаные вихри. Свистит воздух, рассекаемый пышными хвостами, и играют солнечные блики на атласных шкурах.
Все забыли, как дышать, сидели, завороженные чудом, невозможным, непостижимым танцем свободных лошадей.
По щекам лорда Малфоя текли слезы, рядом с ним тихо рыдала Нарцисса, судорожно кусая прижатый к лицу платочек. Тихо, восторженно вполголоса ругался Антошка Долохов. Тоскливо грыз ногти Август Руквуд и подобно сфинксам замерли Белла, Руди и Раби Лестрейнджи. Молча и потрясенно кусал губы Северус.
А сам Гарри, конечно же, тоже был потрясен. Такого чуда он никогда и нигде не видел и спрашивал себя в миллионный раз, каким волшебным даром владеет Лери, сколько сил и времени она вложила во всё это, как она создала таких прекрасных, удивительных коней?
А танец продолжался, порождая в их душах любовь и стремление к прекрасному.
*Стихи Владарга Д. С.