Страница 35 из 80
Наши глаза встретились, когда его рука переместилась на мою киску.
— Что ты делаешь? – Мой голос звучал хрипло. Я не знала, было ли это из-за страха или желания. Я чувствовала и то, и другое.
— Напоминаю тебе, кому принадлежит эта киска. Останови меня и вызови копов... или заткнись нахрен и будь хорошей девочкой для меня, хоть раз в жизни.
Я уставилась на него, пульс отдавался в ушах. На самом деле выбора не было. Я не собиралась заявлять на Николая. Я бы никогда не отправила его обратно в тюрьму, и каким-то образом, несмотря на все, что произошло между нами, мы оба это знали.
На его лице растянулась злая, довольная улыбка, а затем он начал двигаться.
Он прижал мои бедра к полу, навис над голой киской и сплюнул вниз, прежде чем наклониться и облизать меня. Его горячий язык прошелся прямо по центру, от попки к клитору и обратно.
— Черт, как же ты хороша на вкус, – пробормотал он напротив моей кожи, прежде чем проникнуть своим длинным языком так глубоко, как только мог. Я приподнялась на локтях и уставилась на него. Я не могла отвести взгляд. Это происходило на самом деле. Он был здесь, прижимал меня к полу и вылизывал так, словно не мог решить, пощадить меня или поглотить.
Те пальцы, что были во мне раньше, снова погрузились внутрь, и он добавил третий. У меня вырвался непроизвольный крик.
— Эта киска, блядь, сводит меня с ума, – прорычал он, почти сердито. — Такая тугая и чертовски красивая.
Я откинулась назад и уставилась в потолок, кожа покрылась мурашками от удовольствия, когда он обхватил губами мой клитор и стал ласкать его, покусывая и втягивая в рот. Его пальцы входили и выходили из меня, изгибаясь так, чтобы надавить на чувствительную точку на передней стенке. Мне показалось, что я вот-вот описаюсь. Прошло столько времени, а после беременности и всего остального, возможно, я потеряла всякий самоконтроль. Я обхватила его голову, пытаясь отодвинуть настойчивый язык, почти боясь того, что произойдет, когда я кончу.
— Попробуй еще раз оттолкнуть меня и лишишься пальцев, – предупредил он и снова принялся сводить меня с ума.
Я кончила со сдавленным криком, его имя сорвалось с моих губ. Я не могла контролировать свои слова. Я умоляла его, просила, благодарила. Я была не в себе. Он одобрительно хмыкнул, когда мои бедра сжались вокруг его головы, удерживая его умный рот. Я намочила его лицо. Может быть, даже пол под нами. Все ощущения лопнули, как переполненный воздушный шар, и я так надолго погрязла в наслаждении, что потеряла счет времени. Я ничего не видела и не слышала. Я могла только чувствовать. Когда я медленно спустилась обратно на землю, то обнаружила, что взгляд Николая устремлен на меня. Выражение его лица было нечитаемым. Я была в полном беспорядке. Мокрая и распростертая на полу. Его лицо тоже было мокрым от моих соков. Мне хотелось свернуться калачиком и умереть на месте. Он провел большим пальцем по губам и сунул его в рот. Я не могла отвести взгляд. Его рука кровоточила в том месте, где он схватился за лезвие ножа.
— У тебя кровь, – тихо сказала я.
— Я истекаю кровью уже семь лет. Не притворяйся, что тебе не все равно. Мы и раньше проливали кровь друг друга, верно?
Он пригладил мои волосы, откинув их с липкого лба, нежное прикосновение противоречило его холодным словам.
— Семь лет была моя очередь. Теперь твоя.
Я опаздывала в школу. Мне повезло, что я вообще была в состоянии работать. После самого быстрого в мире душа, где я тщательно вымыла грязь и кровь с ног, я оделась, все время оглядываясь через плечо. Теперь, въезжая на парковку Хэйд-Харбор Преп, я поняла, что слишком задержалась и попала в самый пик наплыва учеников. Я также забыла, какой сегодня день.
Школьный двор был битком набит демонами, упырями и сексуальными вампирами.
Хэллоуин. В этом была какая-то нездоровая логика, учитывая, в какой кошмар превратилась моя жизнь за одну ночь. Сегодня ученики могли разгуливать в костюмах по школе, а завтра вечером их ждали танцы на тему Хэллоуина.
Медленно проезжая вперед, я проклинала свою удачу, наблюдая, как парковка наводняется детьми, бесцельно разгуливающими около своих машин. Не было никакого способа добраться до стоянки для персонала, не нажав на клаксон, но, вероятно, это ни к чему хорошему не привело бы. Титулованные мелкие засранцы продолжили бы разгуливать по проезжей части, как ни в чем не бывало. За последние семь лет я поняла, что в Мэне просто другой темп жизни. Для той, кто учился в Нью-Йорке, местная система казалась слишком запутанной.
Я глубоко вздохнула, попыталась унять нервное постукивание ногой и стала ждать.
Впереди меня через парковку шла девушка. Толпа уже поредела, но она, судя по всему, отвлеклась, затерявшись в учебнике по биологии. Лиллиан Уильямс. В одном ухе у нее болтался проводной наушник, и она не обращала внимания на окружающий мир.
Высокий парень догнал её и, склонившись над ее плечом, выдернул наушник. Лили остановилась и обернулась в поисках того, кто лишил ее музыки. Она приподняла подбородок, потом еще выше. Кейден уставился на Лили, словно был не в силах отвести от неё взгляд.
Позади меня раздался гудок, и Кейден поднял голову. Он окинул меня взглядом, явно решив, что это я подала ему сигнал, а затем зашагал прочь.
Сквозь приоткрытое окно до меня донесся звук колокольчика.
Проклятье. Я опоздала.
Я поспешила на первый урок, чувствуя себя рассеянной и параноидальной. Когда у меня выдался свободный период, я села за свой стол и покрутила телефон в руке. Нужно было позвонить Анджело и все ему рассказать. По крайней мере, так кто-то будет знать, что произошло, если я исчезну.
Я не могла преодолеть свое нежелание. Что, если Николай навредит ему? Похоже, нет таких границ, которые он не переступил бы сейчас. Я не могла рисковать.
Лео. Мысль о моей тайне не давала мне покоя. Произошли ли в Николае непоправимые изменения, которые несли угрозу для окружающих? Для его собственного сына? Я грызла ногти – привычка, от которой, как мне казалось, я давно избавилась, но вот пожалуйста.
Пока я смотрела на телефон, он издал короткий звук в моей руке. Пришло сообщение с неизвестного номера.
Неизвестный: Счастливого Хэллоуина, королева бала. Тебе понравилась наша игра?
Я выронила телефон, как будто он меня укусил. Быстро оглядела комнату. Спрятаться было негде. Николай не мог быть здесь. Он просто издевался надо мной. Дрожащими пальцами я подняла мобильный.
София: Ты чертов псих. Может, я все-таки пойду в полицию.
Он ответил почти сразу.
Неизвестный: Нет, не пойдешь, и мы оба это знаем. А теперь перейдем к делу. Что ты выберешь для меня? Правду или действие?
Я с трудом сглотнула. Он был прав. Я бы не стала привлекать копов. Я даже не могла рассказать брату, если только не хотела, чтобы отец узнал об этом, и тогда жизнь Лео оказалась бы в опасности.
София: Правду.
Неизвестный: Предсказуемо, но ладно. Что ты хочешь знать?
София: Ты собираешься убить меня?
Вопрос возник прежде, чем я успела обдумать его. Он еще некоторое время печатал, прежде чем всплыло окошко с ответом.
Неизвестный: Нет, lastochka. Я никогда не убью тебя, даю слово.
Это откровение избавило меня от тяжести на сердце. О том, как погано, что мне вообще пришлось задать этот вопрос отцу своего ребенка и единственному мужчине, которого я когда-либо любила, я даже думать не хотела. Я как раз прятала телефон, когда пришло последнее сообщение.