Страница 114 из 151
Возможно, я немного лукавил насчет Курогири, но в целом говорил совершенно искренне.
— … — она по-прежнему молчала, но уже скорее задумчиво.
Я приободрился.
— У всех из нас есть сильные и слабые стороны. Конкретно у тебя есть множество сильных сторон, но так сложилось, что они все не имеют особого значения в ЭТОМ бою. Конкретно против Шоджи. Он просто танк, а у тебя без подручных средств нет возможности нанести ему критический урон. И в условиях фестиваля ты ослаблена. Да что там! Если бы твоя дуэль случилась между НАМИ двоими, я сомневаюсь, что сумел бы победить, потому что тебя слишком много. Но…
— Извини, что меня слишком много, — буркнуло это косматое чудо.
О-ох.
— Токаге. Ты какой вкус газировки еще хочешь попробовать?
— Э, — она бочком отодвинулась. — Да поняла я все. Поняла. Ты прав. Снова… просто… ну какого черта*, а? Какого черта⁈
Крик пронесся по безлюдному коридору. И затих.
Цуна сбивчиво заговорила, и слова полились бурной рекой:
— Почему я… ну почему я ничего не смогла? Опять. Ну сколько еще мне тренироваться? Ради чего? Как мне на тебя впечатление произ… ай… произвести. Как доказать, что меня можно уважать? Столько громких слов сказала, столько себе клялась, что вот обязательно, непременно всем покажу свою тотальную офигенность, и…. да кто меня признает? Ничерта не сделала за весь Фестиваль, в первом этапе и то не сама прошла, тебя едва не подвела под проигрыш…
Она виновато посмотрела на меня, будто впервые увидев:
— Извини, что ты тут сидишь, турнир не смотришь. Мокрый весь…
— Ничего, — отмахнулся я. — Не переживай. Я верю в тебя и знаю, что ты станешь потрясающей героиней, Сэцуна Токаге. Сильной. Потому что у тебя есть качество, которое отличает таких, как я и ты. Ты не сдаешься. Верно?
Ее глаза расширились.
— … верно.
Я поднялся с пола и протянул ей руку.
— Ну а пока что мир просто не готов к «Тотальной Офигенности».
Сэцуна впервые улыбнулась — моей любимой зубастой улыбкой.
— Да! Именно! Слушай, а не поздно ли еще переименовать свою причуду?..
* * *
Две недели совместных занятий — это много или мало?
… в ряде случае — мало.
Пока мы с Сэцуной шатались по коридорам, у Момо прошла дуэль с Киотакой. Вернее, большую часть ее мы пропустили, но застали как раз кульминацию — бой был долгим, затянутым и… безнадежным.
Практически весь стадион был заполнен туманом, который дополз аж до силового купола. В центре туманного облака полыхало зарево, будто бы там был пожар. А все экраны демонстрировали одно и то же — как хрупкая фигурка Яоурозу в противогазе бросает все новые и новые снаряды куда-то в глубь, где все еще стоит человек. Человек ли?
Мне по жизни свойственен, как я его называю, здоровый уровень паранойи. Я нахожу правильным и безопасным считать, что очевидная, видимая уязвимость, скорее всего, является лишь ловушкой для недостаточно осторожных врагов.
Что ж… не могу назвать облегчением то, что я не один такой.
Как я уже впоследствии узнал, Момо дисциплинированно попыталась определить слабое место Киотаки. Кроме меня, о нем вообще мало кто что знал, и единственная уязвимость, о которой слышали все из «А» класса — что на него воздействует его собственная причуда усыпляющего тумана.
Киотаке нужна его маска.
На нее Момо, в итоге, и нацелилась.
Из-за тумана она была заперта в одном конкретном углу поля, и, не имея нормальной видимости, была вынуждена там окопаться — прежде всего, вновь защитилась противогазом, а затем создала несколько столбиков-ориентиров. И подготовила капкан, пользуясь инертностью Киотаки. Тот не атаковал, просто генерировал туман со скрещенными на груди руками.
Сперва брюнетка попыталась выдавить парня с поля его же способом — распылила слезоточивый газ по всему полю, пользуясь визуальным прикрытием тумана. Но слезоточивый газ почему-то не подействовал… как, собственно, и любой другой. Яоурозу, с возрастающим беспокойством, перепробовала с полдесятка разных составов, в том числе тот, которым вырубила Ицуку, но все бестолку — Киотака даже не с места не сошел.
Даже несмотря на то, что она помнила о наших тренировках, огнестрельное оружие Момо решила не использовать: видимости не было никакой, да и стрелком она, пока что, была со знаком минус.
Поэтому девушка попробовала выбить Киотаку взрывами.
… ни светошумовые, ни слабенькие, но все равно полноценные гранаты не оказали никакого эффекта — сквозь туман, во время вспышек, зрителям было видно, как попаданец едва ли не прогулочным шагом отходил с траектории снарядов еще до того, как она их успевала бросить.
И, к тому же, прикрывался от взрывов чем-то… чем-то. Чем — никто не понял.
Спустя несколько неудачных попыток Момо вспомнила, что, по словам Шиньи, он способен видеть, что и где происходит в его тумане. Поэтому отбросила идею с созданием артиллерийской установки, через которую могла бы попытаться поймать его сетью…
И решила противника просто поджечь: так, чтобы либо он покинул поле, спасаясь от жара, либо был вынужден скинуть горящую одежду, потерять маску и вдохнуть собственный туман.
И поле вспыхнуло.
И загорелось.
И задымилось.
И в эпицентре пожара по-прежнему стояла фигура… которая, наконец, двинулась вперед.
В этот момент мы — с висящей на мне Цуной, вовсю пользующейся своим положением — и приперлись.
Тут я уже своим глазами видел, как прямо из огня на окраину туманного облака вышел Киотака «черт-побери-как-он-это-делает» Шинья собственной персоной. Совершенно невредимый.
И пошел на Момо — как раз мимо этих столбов, которые она создала в самом начале.
Яоурозу вскрикнула и швырнула последний готовый коктейль Молотова, или что это было, ровно в него.
Шинья его легко поймал — и шагнул вперед…
Но шагнул он в разлитую лужу чего-то горючего. Да еще и застрял — потому что между столбами была натянута мелкая, но колючая проволока, которая вцепилась в его форму.
Щелчок — и парень вспыхнул.
И… темно-фиолетовая, почти черная пленка, окутавшая его тело, мгновенно потушила языки пламени, оставив его в разорванной куртке.
И без маски, клочья которой остались висеть на проволоке.
Момо судорожно стиснула что-то в руках — и взяла его на мушку револьвера.
Секунда…
Две…
Туман должен вырубить его самого, верно?
Вот только…
— Упс, — ухмыльнулся Киотака, выдохнув изо рта облако тумана прямо в лицо противнице, — Я соврал насчет маски.
Грохнул выстрел, одновременно с этим мелькнуло что-то фиолетовое, седоволосый пригнулся, а Момо Яоурозу упала.
И больше уже не вставала.
— КАЖЕТСЯ, ЭТО ПОБЕДА КИОТАКИ ШИНЬИ! НО КАК ОН ЭТО СДЕЛАЛ⁈ СОТРИГОЛОВА-СЕНСЕЙ, НАМ ТРЕБУЮТСЯ ПОЯСНЕНИЯ ЭКСПЕРТА!
— … приемные часы в среду в полночь…
А второй попаданец развернулся и спокойно пошел к трибунам.
И я, кажется, уже знал, кого встречу в финале Фестиваля.
«Чет он какой-то крутой слишком. Он что, при попадании задонатил кому-то, что ли?»…
Я задумчиво почесал подбородок…
А потом махнул рукой на этого Ежика из Чернобыля, сдал Цуну на попечение Юи и попытался решить, что делать с собственной дуэлью — между мной и Мидорией.