Страница 14 из 93
Глава 5
Если и есть где на свете город побольше Сторборга, то вряд ли намного. Никаких тварей и никакого войска не хватит, чтобы захватить его. Хотя и защитить — дело сложное. Стоит на широкой судоходной реке, где можно выстроить и шесть кораблей в ряд, стена оборонительная есть, но дома уже давно выплеснулись за нее, а камни понемногу растаскивали для своих нужд. Некогда широкий ров, в который отвели воду из реки, по краям обвалился, в него много лет сливали помои, мочились и скидывали ненужное барахло. Воняло оттуда нещадно, но казалось, бросишь туда доску, встанешь, и она не потонет. Да и любой рунный легко перепрыгнет такой ров, перемахнет через стену, а там…
А там огромный город, весь из узеньких улочек, деревянных и каменных домов, огородов с заборами и многими тысячами людей. Да, людей там было немерено. Возьми каждый по топору да ударь всего по разу, так любого рунного забьют.
Да, велик Сторборг! Но Альрик решил в сам город не ходить, а сразу направился в рунный дом, который стоял в полудне пешего пути. У рунного дома даже своя пристань была, и охраняли ее не карлы, а целые хускарлы, хоть и на шестой руне всего. Мальчишки, едва меня старше. И шестая руна!
Я тут же позабыл недавние мысли, что спешить с рунами не стоит. Конечно, стоит. Чтоб всякие мозгляки не смотрели на меня и на весь хирд свысока.
— С чем пожаловали? — крикнул один. Коротко стриженный, как и многие тут, белобрысый, с широким сплюснутым носом.
— Тварей привезли. На продажу! — отвечал Альрик.
— Целый корабль? Видать, ты хороший охотник. Вот только мелковаты у тебя твари.
Я удивился. Неужто у парня на шестой руне открылся дар видеть через стенки бочек? Тогда понятно, почему его оставили за старшего, несмотря на возраст: это ж как удобно для досмотра кораблей! Враз увидишь, что везут и прячут.
Но тут парень продолжил:
— Трехрунные, двуногие, в белых шкурах… Таких у нас еще не было. Возьмем за эйрир пучок.
У меня заполыхали уши от злости. Это что же, он ульверов с тварями сравнивает? Смеется над нами? Над теми, кто каждую руну в бою добывает? И боев у нас за плечами побольше, чем рун!
— Чем болтать, лучше старшего позови! — крикнул Альрик.
— Зачем? Я не ниже тебя по руне, я и буду старшим.
— Затем что если пойманные твари сдохнут, я стрясу плату лично с тебя. — С этими словами наш хёвдинг запрыгнул на причал, подошел вплотную к наглецу и заглянул ему в глаза. — И если в этом рунном доме так принято приветствовать воинов, то не лучше ли нам найти другое место?
— Не спеши, хускарл. Идет старший, он и решит, стоит твой товар хоть одного эйрира.
Из поселка уже спешил хельт, должно быть, тот самый старший. Невысокий, едва ли выше меня, зато широкий и мохнатый. Волосы он по местному обычаю не стриг, бороды не ровнял. Да и шерстью он оброс не только на лице: шея, руки, уши — всё было покрыто густой рыжеватой порослью.
Он даже не взглянул на мальчишек-хускарлов, а с уважением кивнул Альрику:
— Приветствую хирдманов в рунном доме! Недавно в Бритланде? Оно и видно. Пожили бы месяц-другой, тоже бы обстриглись, как овцы по весне. Никак морских тварей притащили? Тоже редкость! Сразу видно северных братьев!
Он легко спрыгнул на корабль, приподнял крышку на одной из бочек, ухмыльнулся.
— Во второй такой же? Эх, аж пахнуло севером! Я тоже оттуда. Сюда перебрался, когда семь зим прожил. Отец перевез.
Снова перескочил на пристань.
— Сигрёд, сын Утлаги.
— Альрик Беззащитный и мои сноульверы.
— Вот что, Альрик. Морские твари у нас редкость. Цену за них тебе наш старший скажет. Хёвдинг. Но бочки надо прямо сейчас тащить. Скоро сдохнут твои твари. Не боись! Плата честная.
Сигрёд свистнул, и из поселка выдвинулись крепкие ребята, все хускарлы. Обвязали наши бочки веревками, ухватились и поволокли к себе. Альрик обернулся.
— Вепрь, Тулле! Со мной.
И отправился к рунному дому вслед за нашими бочками.
Плоский Нос сплюнул и отошел в сторону, но не так далеко, чтоб мы его не слышали.
— Северные… И чего их привечать? Дикари! За пятую руну не заступили, а гонору точно у сторхельтов.
— Сигрёд и сам северный. Потому и привечает.
— Ну, посмотрим, насколько они сильны…
Плоский Нос подошел к Волчаре, я тут же выскочил на причал и преградил ему путь. Нечего всяким стриженным делать на борту нашего корабля.
— Так вот какие они северные, — медленно и гнусаво протянул он. — Недохускарлы. Только и могут, что всякую дрянь в море ловить.
— Так вот какие они, выходцы рунного дома. Только и могут, что убивать связанных и подраненных тварей, — ответил я.
— Глянь. И впрямь из леса. Дикие, обросшие…
— Не чета местным стриженным овцам.
— А у нас тут знаток овец объявился! Видать, немало пришлось потрудиться, чтоб пятую руну набить. Дней десять рубил. Топором вверх-вниз, вверх-вниз, — и показал, как именно. — Замаялся, поди.
— Хвала Фомриру, на северных островах и другая живность водится. Есть кому и топором вдарить, и хозяйство пристроить. А у местных сил, я смотрю, только на безрунных бритток и хватает. Хорошую женщину одними рунами не возьмешь.
Плоский Нос разозлился, аж кожа промеж коротких волосенок раскраснелась. Но вдарить он мне не мог. Словесный бой — дело такое: кто первый взбрыкнет, тот и проиграл. Эх, жаль, Хвита нет. Тот одной висой до белого каления довести мог.
— У бритток хоть сиськи нащупать можно. А у северных троллих что спина, что перед — все едино.
— Да нет. Я одну загрыз, так спереди чуток помягче будет, есть куда зубы пристроить.
— Че, правда? — не выдержал один из приятелей Плоского носа.
— Сверху донизу в троллиной крови искупался. Еле отмылся. До сих пор из волос красноту вычесываю.
— Что ты его слушаешь? Видно же, врет!
Энок, прикрыв глаза, на память прочитал отрывок из первой удачной песни Хвита:
И против этого им нечего было сказать. Никто не складывает стихи о несвершившемся, только о реальном и сделанном, только о том, что видел своими глазами.
— А кто сказал, что эта песнь о тебе? Там названо твое имя? Или имя твоего отца? Кто сложил эти строки?
— Наш брат-ульвер, Хвит Снежный. Он погиб этим летом, но успел сложить немало песен о наших сражениях.
— Да брешут они! — заорал Плоский Нос. — Вы гляньте на них! Три руны. Вон там даже двурунный сидит. Как они могли убить тролля?
— Двух троллей, — с усмешкой сказал Эгиль, мягко подпрыгнул и встал возле меня.
— И бились с великаном, — добавил Стейн, неторопливо натягивая тетиву на лук.
— И отстояли сражение с ярлом Хрейном, — сказал Бьярне Левша.
— И укоротили Торкеля Мачту.
— Там чего-то еще было, но я сейчас не вспомню, — ухмыльнулся Сварт и подвернул рукава.
— Так ведь скримслов выловили. И еще ту гадину с щупальцами, — выпалил Видарссон.
— Да, с рунами не всем повезло, — вздохнул Халле. — Тварей на всех не хватает. А вот болваны никак не закончатся.
Я оглянулся на своих братьев и расхохотался. Вот этим мелкорунным я доверил бы свою жизнь! И уже не раз доверял.
— Может, в кнаттлейк? — предложил я.
Тут же расчертили границы поля, сделали шалаш из веток, вырезали деревянную чурку и пару бит. Решили играть трое на трое. Жаль, что Альрик забрал Тулле, но и без него мы могли победить, несмотря на рунное превосходство противника. Я, четырехрунный Энок и надежный Сварт против Плоского Носа и его шестирунных приятелей.