Страница 93 из 194
Люк же взглянул на свои руки… и – НЕ УВИДЕЛ ИХ! Вместо них развевались длиннейшие языки пламени, напоминавшие крылья исполинской доисторической птицы. Он взглянул ниже – и увидел, что все его тело таково – он весь представлял собой что–то пылающее, словно стог сена, в который попала молния, но при этом он не чувствовал ни боли, ни умирания, ни слабости. Наоборот, он ощущал в себе такую силу, что скажи он хоть слово – и весь этот остров в один миг превратится в огненную пустыню – в этом он ничуть не сомневался. Глаза его затуманила оранжевая паволока, изо рта и носа вырывались клубы дыма, а волосы напоминали языки пламени. А потом…
– Что не веселитесь, а?! Или я испортил вам праздник?! Ах–ха! Вы ж пришли праздновать день всемогущего Хорса?! Да?! Ну так и почтите же Меня – вашего солнечного бога! Ха! – Люк не узнавал голоса, который вырывался из его глотки – этот голос был металлически ясным, звонким и громоподобным. Он чувствовал, что слова произносятся его языком, но это были не его слова! Люк наблюдал за собой словно со стороны и в то же время изнутри – и – ничего не мог сделать! А между тем, сказав это, говоривший втянул в легкие побольше воздуха и выдул такой столп пламени, что он достиг ближайшего столетнего дуба на краю поляны. Массивное старое дерево тут же вспыхнуло, как веточка сухого хвороста.
Русалки и фавны в ужасе рухнули на колени и воздели руки в молитвенном экстазе, а Марина просто упала и лишилась чувств. Все участники недавних плясок вдруг посерьезнели и на распев, мрачными, дрожащими от страха голосами, стали ритмично распевать одно и ту же слово:
– ХО–РС! ХО–РС! ХО–РС!
– Да, Я пришел! Я – НЕПОБЕДИМОЕ СОЛНЦЕ, которое никогда не закроет туча, Я – НЕПОБЕДИМОЕ СОЛНЦЕ, которое будет светить вечно, Я – Тот, Кто станет всем и все станет Мною, Я – вечное бытие, вечное красота, вечная премудрость. Я – ваш бог, предвечный Хорс! Я с вами – и вы со мной! Навеки и навсегда!
И поляна огласилась металлическим хохотом, словно кто–то во всю силу бил в золотые колокола. А потом двойник Люка стремительно полетел, как пущенная карликами ракета, высоко в небо – и, сделав несколько пируэтов, резко спикировал вниз – прямо на толпу, продолжая безумно хохотать.
И русалки с фавнами с диким визгом бросились врассыпную, кто куда – спасаясь от огненного смерча, грозившего спались весь остров…
Но в этот момент вода у реки забурлила и прямо из нее показалась шипастая зеленая голова морского змея, вынырнувшего из глубин. На шее у монстра сидела – во всем своем королевском величии – владычица морей Лора – в перламутровой полупрозрачной мантии, коралловой короне на голове, жемчужными браслетами на запястьях и копной развевающихся зеленых волос. Она легко спрыгнула с шеи своего уродливого «коня» и встала посередине поляны, рядом с едва–едва начинающей приходить в себя Мариной. Марина с трудом разлепила свои веки и – зрачки ее расширились от ужаса при виде несущейся прямо на них огненной громадины.
– Люк, Люцифер, ты меня слышишь?! – властно и бесстрашно воздев руку, закричала Морская Королева. – В твоей власти остановить это чудовище! Остановись – или твоя невеста и я погибнем! Ты МЕНЯ слышишь? Слышишь?!
В руках Морской Королевы мелькнул какой–то зеркальный предмет и его луч был направлен прямо на лицо приближающегося чудовища.
4.
Чудовище остановилось, не долетев всего каких–то пару сотен шагов до земли, а потом языки пламени стали стремительно спадать. Сквозь огненное марево можно было уже различить человеческое лицо, руки, торс… А еще через несколько мгновений Люк бессильно упал на дымящуюся землю, тяжело дыша и отдуваясь.
– Теперь ты понимаешь, почему я не разрешила твоему возлюбленному остаться в нашем королевстве? – грустно улыбнулась королева Лора, помогая встать с земли все еще не оправившейся от пережитого ужаса Марине. – Он – оборотень по рождению, солнечная природа когда–нибудь окончательно сожжет в нем все человеческое… Если бы не зеркальце правды от нас с тобой, как и от всего острова – не осталось бы даже и пепла…
В это время с земли с трудом встал Люк. Костер уже почти погас, лишь отдельные угли еще просвечивали ярко красным огнем из под пепельно серой коросты поленьев. Где–то на востоке уже начинало светать, куда–то пропали, как сквозь землю провалились, русалки и их мохнатые спутники. Утренний туман клубился над рекой, но птицы петь еще не начинали, лишь изредка – то здесь, то там в реке плескалась рыба.
Волосы Люка были спутаны, он чувствовал жар внутри, белки глаз были почти красными от лопнувших сосудов.
– Я видел отца, там, в этом зеркале, да? – указал он дрожащей рукой на маленький, в простенькой медной оправе ничем не примечательный внешне предмет в руке у Лоры.
– Возможно… – ответила она, сжав губы. – Зеркало непредсказуемо, я не могу знать, ЧТО Оно изволило открыть тебе…
– Я знаю, я видел своего отца, о котором ты ничего не хотела мне говорить там, в Чертоге, я это чувствую. Его зовут «Принц», не правда ли? Я хочу знать! Я хочу его видеть!
– Нет! – взвизгнула Лора и зашипела как змея. – Ты должен уйти – и уйти отсюда – и из моих владений, и из людских тоже – навсегда!
– Но ПОЧЕМУ?!
– Разве ты еще не понял?! Ты – оборотень, ты не контролируешь себя, в любой момент ты можешь снова стать чудовищем, испепеляющим все вокруг! И к твоему отцу я тебя не пущу – ты слишком опасен!
Люк понурил голову и по его щекам потекли слезы, которые, впрочем, тут же испарялись – кожа на его лице была еще слишком горячей…
Марина же зарыдала и опять бросилась на колени перед своей госпожой.
– Ваше Величество, но неужели ничего нельзя сделать, а? Но он же не винов–а–а–а–т! А зерка–а–а–а–а–льце…
Лора грустно улыбнулась, пряча зеркальце в невидимый глазу карман платья.
– Люк – сын родителей, инфицированных частицами солярного вещества. Он – мутант и изменить его природу также невозможно, как превратить обезьяну в человека. Когда солярная природа возьмет свое, не поможет даже зеркальце, ведь суть этой магической безделушки – пробуждать в человеке истинную природу – добрую или злую. Но если в нем истинной природой станет солярная – и пробуждать больше будет нечего, а это произойдет – рано или поздно…
– Но Азаил…
– Твой паукообразный друг прекрасно об этом знает и ждет не дождется твоего преображения, чтобы использовать тебя для своих целей – уничтожить Триединую Премудрость – вот и все. Увы, но тот, кого ты опрометчиво называешь «Учителем» и «дядей», просто использует тебя, его черной душой движет только злоба и месть. Единственное, что может замедлить преображение, – все также мрачно вздохнула Лора и посмотрела на восток, где занимался кроваво красный рассвет, – жить только по ночам, избегать солнечных и лунных лучей, одеваться в длинные черные одежды, не приближаться близко к огню, не есть горячей пищи, а самое главное – избегать даже в мыслях обращаться к Потоку, который сопровождает тебя как тень.
– Значит, и колдовать я…
– Нет, не можешь! Каждое твое заклинание, совершенное силой этого чудовища, делает тебя зависимым от него! Разве ты этого не понимаешь? Да, кстати, тебе придется поменьше спать, не пить спиртного и… – тут Лора хмыкнула – не развлекаться с девушками – неконтролируемые эмоции могут открыть твое сознание для Него!
Возникла неловкая пауза.
– Откуда ты все это узнала, Морская Королева?
– Это не имеет значения. Тебе пора уходить. Куда – я не знаю, но лучше будет тебе уйти туда, где нет света, где тебя никто и никогда не сможет найти и где ты никому не сможешь причинить вреда, ты понимаешь?