Страница 75 из 194
– Значит, надолго… А может, и навсегда… – грустно сказала Милена и опять ее глаза наполнились слезами. Так часто она никогда не плакала. Наверное, тот безымянный врач была права – психика у нее расшатана до предела.
– Ну, не убивайся ты так, хозяюшка, агххх! – из розовой пасти Дракоши вырвался язычок пламени. – Лучше пойдем искупаемся в речке, а? Погода – просто блеск!
– Нет, что–то не хочется… Пусть лучше Слоненок мне почитает что–нибудь.
– С удовольствием, госпожа, – прогнусавил Слоненок и стал нараспев рассказывать шуточный стишок Принца, который он как–то сочинил, гуляя по лесу «Если б мишки были пчелами…», но Милена прервала его на полуслове.
– Нет, Слоненок, спой мне лучше «Песнь о Роланде». Помнишь, ту, которая как–то исполнила в детстве мама?
– Ах, ту–у–у–у… Ну, хорошо, хозяйка!
И Слоненок нараспев стал декламировать древние как небо стихи, повествующие о поединке славного рыцаря с Драконом и о проклятии, которое постигло несчастного Короля.
Милена сидела на залитой вечерним солнцем веранде родительского дома, качалась на мамином кресле – качалке и дремала, слушая гнусавый мерный голосок Слоненка, а Дракоша с Попугайкой в это время аккомпанировали ему, достав из маминой комнаты лютню и арфу. Милена слушала их и отчетливо представляла описываемые там события. Вот он Роланд – красивый, высокий, статный, настоящий рыцарь. Иссиня черные волосы, черные как ночь глаза, преждевременные морщинки у переносицы и у уголков губ – от скорби и забот, преждевременная проседь… Вот он скачет на бой с Драконом. Весь в броне, с большим белым щитом с изображением черного орла, расправившего крылья, длинный плащ, как и волосы, развеваются на ветру. А боевой конь так и ржет в предчувствии боя!
Милене вдруг очень сильно захотелось увидеть этого легендарного человека, о котором сложено столько песен и легенд! Жаль, здесь, в домике, нет Бассейна Грез… А может – и к лучшему? Зачем эти иллюзии? Они – не настоящие. А как было бы здорово, увидеть его по–настоящему…
Милена все больше и больше погружалась в дрему.
И вот она уже видит, как скачет этот древний воин, а она стоит у самой обочины лесной дороги. Она поднимает свой восторженный взгляд прямо на него. Когда всадник поравнялся с нею, он посмотрел на нее сверху вниз и сказал:
– Прекрасная леди, не дадите ли мне напиться воды? – и посмотрел на нее – так ласково, так нежно…
А потом он протягивает ей свой шлем и она из колодца набирает ему прохладной, вкусной воды. Он пьет, не сходя с седла.
– Благодарю тебя, прекрасная леди, путь мой не близок и труден. Рад бы я провести с тобой не один вечерок, да не могу!
– Куда ж ты путь держишь, мой король? – спросила Милена, смахивая со щеки предательницу – слезу.
– Пленил проклятый дракон Хмаг мою невесту, дочь Родерика Храброго, прекрасную принцессу Элвин. Вот, еду с ним сразиться! – нахмурил кустистые черные брови молодой, но уже с проседью и морщинами, король.
– Возьми меня с собой, мой король, я тоже хочу сразиться с драконом! Я оправдаю твое доверие, клянусь!
Но король Роланд лишь грустно хмыкнул.
– Как же ты оправдаешь мое доверие, если ты уже провалила свое задание? – и осуждающе взглянул на нее, а потом дернул поводья, пришпорил коня и стремительно скрылся за поворотом. А Милена упала на дорогу и забилась в истерике…
5.
– Нет, вы как хотите, друзья, но так больше я не могу, – маячил из угла в угол Попугайка. – Того и гляди, наша девочка совсем с ума сойдет! Что они там, в пятом отделе, думают?!
– Лучше скажи, что они там в первом отделе думают, агххх! – возразил Дракоша, гневно наворачивая круги вокруг люстры у потолка. – Отдали девочку здоровую, веселую, жизнерадостную, общительную, а получили – чуть что – в слезы, в истерику, не выходит из депрессии, не спит…
– Вот–вот, друзья, – прогнусавил Слоненок, только–только зайдя в комнату. – Насилу уложил! Пришлось двойную дозу препарата колоть. Зато хоть спать будет без сновидений, а то они ее с ума сведут окончательно…
– Надо что–то делать… надо что–то делать… надо что–то делать…
– Что–что… известно, что! – прорычал Дракоша и спикировал с потолка прямо на спину Слоненка. – Надо брать крылья в руки, брать девочку нашу – и тикать отсюда!
– Как тикать? Куда тикать? – в один голос спросили Слоненок и Попугайка и уставились на Дракошу. Дракоша, в отличие от них, никогда не слыл интеллектуалом, даже грамоты не знал, но голова у него соображала иногда получше, чем у самых заядлых грамотеев.
– Глупенькие вы… неужели не догадались? Слоненок, ты постоянно дежуришь у ее постели… Что она во сне кричит?
– Ну–у–у–у… как что… все одно и то же – «не оправдала доверие» кричит, «провалила задание»…
– Понимаете, друзья, все просто! – Дракоша от волнения опять взлетел под потолок и снова стал нарезать круги вокруг люстры – когда он летал, у него лучше работала голова. – Пока она не выполнит свое задание, она не успокоится! Ты ж Слоненок, без пяти минут магистр педагогики, должен знать, что феи, пока не добьются своего…
– А какое такое задание? – хором спросили Слоненок и Попугайка.
– А вот это нам и предстоит выяснить по ходу дела. Главное – не в этом.
– А в чем?
– А в том, что мы устроим ей побег, но с условием, что она возьмет нас с собой, а там она сама дорогу найдет – волшебница–то она у нас ого–го! Сильная! – прокричал Дракоша и, увлекшись, изрыгнул из себя такой длинный поток пламени, что случайно задел потолок и на нем остался уродливый черный след.
– Ну ты, потише! – заверещал хозяйственный Попугайка. – Потом оттирай за тобой!..
Сказано – сделано.
На следующий день Зверята подали коллективное прошение на имя Старшей сестры 5–го отдела с просьбой разрешить им вместе пациенткой совершить прогулку вниз по реке в целях улучшения ее самочувствия.
– А потом куда, ну, с речки–то? – шепотом спросил Слоненок, ловко расписываясь на прошении пером, которое он сжимал своими синим плюшевым хоботом.
– Там видно будет, – ответил Дракоша и радостно захихикал.
6.
Прогулка по речке, носившей красивое имя «Лесная», была просто сказкой. Здесь, в верховьях, она была неширокой, течение было медленным.
Речка действительно оправдывала свое называние, поскольку большая часть ее русла приходилось на дремучие леса. Она брала свое начало у Зеленых Холмов – несколько ручьев, бивших там, скатывались по довольно крутым склонам вниз и там соединялись в одно целое. От Зеленых Холмов до сектора №3, на границе с Пределом, было всего ничего – миль 30–40, если по прямой. Речка затем круто брала к северу, огибая зловещий Предел стороной, потом шла немного на восток, и дальше уже – строго на север, до самого моря. И везде были одни леса – сначала леса различных секторов у Предела, потом леса Древляндии, а затем – леса различных заповедников, устроенных феями специально для диких животных, где они могли спастись от охотников – людей. Именно за эту особенность реки ее облюбовали русалки. Ведь они любят, как известно, водится только в лесных водоемах!
«Наверху» разрешили Зверятам прогулять Милену на деревянной прогулочной лодке, на которой Принц обычно катал своих детей, почти до границы сектора №3, примерно на расстоянии десяти миль.
Милена была не против прогулки. Она проснулась после дозы снотворного в немного каматозном состоянии и была рада освежиться речным воздухом.