Страница 30 из 194
Наконец, тоска стала такой, что он не мог ни есть, ни спать. В лес он не ходил, с русалками больше не плавал, даже почти ничего не ел. Фея пыталась запустить свои обычные уловки с розовой пищей – но помогало ненадолго – на час, на два. Принц сильно тосковал без детей, а увидеть их раз в год на две недели было, конечно же, совершенно недостаточно.
– Хозяйка, мр–р–р–р–мяу, эдак наш Хозяин–то помрет с тоски! Почти не ест, не гуляет, не спит…
– Вижу, Котенок, вижу. Тоскует без детишек–то, уж не знаю, что и поделать, – горестно всплеснув руками, вздохнула Фея.
– Ну как что, мр–р–р–р–мяу, – хитро сверкнув зелеными глазками, посмотрел на нее Котенок. – Одних детишек отправили учиться, пора и за нового приниматься…
Фея покраснела до корней волос и присела на краешек стула. Действительно, как ей эта мысль не пришла в голову раньше! Зачем придумывать всякие уловки с соком, если есть гораздо более естественный способ утолить тоску по разлуке с детьми – и для Принца, и для нее самой.
Сказано – сделано, тем более, что дело это, как говорится, нехитрое.
– Эй, Принц, При–и–и–инц! Ну что ты тут сидишь уже целый день, а?
Молчание.
– Из реки наши детишки, наверное, не выплывут, не так ли?
Молчание.
– Все, слушай, ночь уже, поздно, пойдем спать. Пойдем–пойдем! Ну не на земле же будешь… Давай, давай, подымайся!
Фея решительно взяла Принца за руку и потащила домой едва не силой – не обошлось здесь, конечно же, без магии.
А через определенное природой время в семействе Принца и Феи произошло прибавление. Родилась – ДВОЙНЯ! – мальчик и девочка сразу.
Тут уж все Сообщество стало на уши. Такого случая даже Их Премудрость не помнила – за все бесчисленные тысячелетия Эры Порядка и Процветания.
Обычно феи не могли рожать больше двух детей, третий ребенок был большим риском, на который отваживались немногие, но уж после третьего все феи в обязательно порядке проходили обязательную стерилизацию, чтобы случайная беременность не унесла на тот свет драгоценного члена Сообщества – четвертые роды приводили к полному истощению организма феи с летальным исходом. А потому феи всегда имели самое большее троих детей, не больше. Двойни не рождались ни у кого и никогда, только Триединая Премудрость помнила один – единственный такой случай, на самой заре истории Сообщества.
А потому это поистине чудесное событие ошарашило все Поднебесье, а особенно – саму Премудрость и Перворожденных. Все понимали, что такое чудо произошло явно не случайно, а скромная Хранительница Предела №3 стала первой в истории феей за многие тысячелетия, которая родила в сумме четверых детей, да притом двух мальчиков (редко какая фея могла похвастаться и одним)!
Событие это было такой важности, что роды проходили на Острове Фей под бдительным присмотром Их Премудрости. Фея родила двойню совершенно безболезненно и быстро и даже почти не болела после родов, как обычно это случается у фей, что еще раз удивило всех. А потом, на торжествах, Их Премудрость даже наградила Фею почетной, специально придуманной по этому поводу наградой «мать – героиня», и взяла воспитание детей под свой личный контроль – ведь такое чудо никак не могло произойти случайно!
Но самое главное было даже не в этом. Впервые за многие тысячелетия истории Сообщества мальчик у феи родился – крылатым и умственно полноценным!
Принц был на седьмом небе от счастья!
Однако это совсем не значило, что он забыл о своих старших детях. Нет, он скучал и тосковал. Иногда часами мог смотреть на их портреты, читать их детские каракули, рассматривать игрушки. Просто тоска уже не была такой смертельной, как раньше. Вид маленьких розовых комочков, протягивающих к нему свои крошечные розовые кулачки и разевающие беззубые еще ротики, быстро вернул ему вкус к жизни.
Но сейчас, когда до встречи со старшими детьми, которых Принц не видел уже почти год, оставалось несколько часов, он не находил себе места.
– Дорогой, ну ты собираешься спать или нет, а?! Не ходи как маятник! Слышишь?
Фея только что вышла из бани и оделась в ночную рубашку, готовясь ко сну. Сейчас она специальным заклинанием вызвала теплый ветерок, который просушивал ее мокрые волосы. Принц действительно как маятник ходил туда–сюда по комнате и в нетерпении отвратительно хрустел костяшками пальцев.
– Принц!? Я что – стене говорю, а?!
– Да, да, дорогая, прости, просто не знаю уж, как я засну, если моя голова так и кипит. Представить только, ведь завтра я, наконец, увижу моих драгоценных крошек! Ну как я могу заснуть – сама подумай! – Принц остановился и посмотрел на Фею – постепенно его взгляд утратил выражение лихорадочного возбуждения, красота любимой жены полностью вытеснила из его сознания тревогу.
Она была поистине прекрасна в своей серебристой полупрозрачной шелковой ночной рубашке, с распущенными пушистыми от действия теплого воздуха золотистыми волосами, мягко светящимися в вечерней полутьме.
Но особенно Принца восхищало в ней мужество и твердость характера. Истинная фея, истинный член Сообщества! Ведь Принц знал, что его любимая жена не меньше его самого нервничает и жаждет встречи с детьми. Но при этом ей удается так мастерски не обнаруживать перед мужем этой слабости и с самым невозмутимым видом продолжать, как ни в чем не бывало, сушить волосы, как будто вообще ничего не происходит.
Фея заметила на себе восхищенный взгляд Принца и почувствовала глубокое внутреннее удовлетворение – она обожала, когда он смотрел на нее так. А потом мысленно прекратила действие заклинания и, хитро прищурившись, ласково промурлыкала:
– Ну–у–у–у, спать вовсе и не обязательно. Если ты не можешь заснуть, можно найти и другие, более интересные занятия… – с этими словами Фея, мягко жужжа крыльями, подлетела к Принцу и обняла его. Принца ощутил легкий и нежный аромат только что распустившихся роз, и от него тут же закружилась голова, словно он залпом осушил стакан крепкого вина. «Розовое настроение» опять ударило в голову, и он почувствовал, что уже не может стоять на ногах.
– Да, пожалуй, – глухо прошептал Принц. – Пожалуй, ты действительно, как всегда, права…
4.
Когда родительские воздушные шары причалили, наконец, к посадочной площадке Школьного Острова, все послушники и послушницы уже с нетерпением стояли у самой ограды.
Школьный Остров был одном из крупнейших островов Архипелага и располагался совсем недалеко от Острова фей. В ясную погоду с его крайней восточной части можно было увидеть даже Зал Собраний.
«Можно было» – если бы у послушников и послушниц было для этого время. Но все–таки из–за близости обоих островов друг к другу (весьма неслучайной, конечно же), считалось, что учеба в Школе проходит практически на Острове фей, хотя это было и не совсем так.
Школы для мальчиков и девочек располагались на противоположных концах Острова, и архитектура зданий обоих была совершенной одинаковой. Мужская и женская части Острова разделялись непроницаемыми стенами из розового органического стекла, через которые невозможно было увидеть, что происходит на противоположной стороне. Правда, стену можно было перелететь, но таких случаев в многотысячелетней истории Школьного Острова никогда не было – дисциплина для Поднебесных – это не просто плод воспитания, это часть их природы. Ни одной юной фее даже в голову не придет такая, возможно, естественная для человека мысль. А пажи физически не могли этого сделать, даже если бы сильно захотели – у них ведь вообще нет крыльев, а боевой магии, к разряду которой относится левитация, их не обучают.