Страница 170 из 194
– Зачем же тебе помогать нам в таком случае? – сухо спросил Гастон, поджав губы – теперь ему было не до смеха.
Азаил надолго замолчал. Его фасеточные глаза, дотоле злорадно сиявшие, казалось, потухли.
– Я хочу вернуть–с–с–с–с–с с–с–с–с–с–ебе мой пре–ж–ж–ж–ж–жний облик, а это я с–с–с–с–могу с–с–с–с–с–с–делать только в Ас–с–с–с–с–страле… – наконец, тихо выдавил он. – И для этого мне ну–ж–ж–ж–ж–ж–ен Люк–ссс. Умрет он – я навеки о–с–с–с–с–станусь мерз–з–з–з–зкой тварью…
Азаил замолчал и его белесые фасеточные насекомьи глаза задернулись белесой завесой. Его уродливое тело мелко затряслось… И Гастон готов был поклясться, что Азаил беззвучно плакал!
А вместе с ним – о, чудо! – заплакали, уже не таясь, Эсмеральда, Кора, Марина! Даже феи «ЖАЛА» потупили свои взоры – им тоже стало жалко несчастную отверженную тварь…
4.
Наконец, радостные крики и ликование в Зале Собраний на Острове Фей утихли. И в самом деле – решить объединить усилия по спасению людей от гибели – решили, но как это сделать? Вот в чем вопрос!
Впрочем, для того, чтобы приступить к великому делу спасения человечества, надо было сначала позаботиться о самом Острове, пребывающем в весьма и весьма жалком и запущенном состоянии.
Только первая радость улеглась – и вот уже все две сотни фей полетели извлекать из розового песка, из увядших бутонов Цветов Забвения, из бассейнов грез, из беседок и аллейных лавочек заснувших от смертельной тоски фей и переносить их в Зал Собрания, где при помощи волшебной флейты Зверята приводили их в чувство.
Однако розовые пузырьки так и не появились, равно как и розовая вода в озере, а Цветы Забвения так и остались вялыми и жухлыми. Правда, розовых крокодилов кое–как разместили в бывших бассейнах грез, где они могли хотя бы не умереть от жажды, равно как и когда–то веселых летающих осьминогов и змеек, но… Остров Фей по–прежнему оставался жухлым, вялым, сонным и каким–то неуютным.
– Ничего удивительного в этом нет, – в ответ на немой вопрос всего Сообщества произнесла грустно Стелла. – Остров Фей неразрывно связан со всем происходящим в Нижней Целестии: ее боль – это наша боль, она отражается на нас также, как когда–то порядок и процветание на Острове Фей проецировались в нижние миры. Увы, увы, но пока внизу все будет плохо, и наша страна не будет знать былого благополучия и покоя. Но, самое главное, – и это действительно важнее всего – от нас отвернулся Создатель… – голос Стеллы оборвался, глаза наполнились слезами, и она больше ничего не могла произнести.
Впрочем, нежданно – негаданно нагрянувшая на Остров вечного лета и счастья осень не помешала окончательно очнувшимся от спячки феям теперь уже в полном составе собраться вновь на Всеобщий Совет, чтобы, наконец, решить, чем же собственно они могут помочь драгоценным людям – любимейшим творениям Создателя – оказавшимся в такой страшной беде.
Первое слово взяла сама Стелла. Она в кратких словах поведала об истории возникновения Зоны Предела, уже нам известной, а также о том, что совершенно не догадывается, по какой такой причине тщательно продуманный механизм утилизации темной энергии мог выйти из строя, ведь все расчеты делали карлики, исходя из максимально возможного количества населения Нижней Целестии!
Здесь слово неожиданно взяла Жемчужно Белая Ариэль.
– Позвольте, Ваша Прем… старшая сестра Стелла, – тут же смущенно поправилась она и покраснела. – Позвольте сказать мне, боюсь, мое покаяние перед Сообществом никогда не закончится…
Все феи Сообщества и без того потрясенные откровениями Стеллы – ведь в тайну природы Предела до этого момента было посвящено только «ЖАЛО» – уставились на Жемчужно Белую.
Стелла удивленно подняла брови, но тут же взяла себя в руки и жестом пригласила Ариэль на арену, а сама присела в первом ряду трибун, рядом с Королем.
– На самом деле, мне известна причина, по которой Система Универсальной Утилизации Темной Энергии под кодовым названием «Зона Предела», вышла из строя, – тихо и мрачно сказала она, глядя себе под ноги.
По трибунам пронесся возмущенный ропот. Но Ариэль стоически выдержала паузу. Впрочем, любопытство фей было настолько велико, что они сами, без команды, быстро успокоились.
– Много лет назад, в период эйфории от успехов после победы над Непобедимым Солнцем, мне на стол лег доклад Старшей Сестры 6–го отдела «ЖАЛА». Эксперты отдела зафиксировали огромный выброс солиума в атмосферу – на многие триллионы и триллионы эр. Как все вы, наверное, знаете, солиум, в общем–то, безвредное вещество, если он не концентрирован. Бесконечное количество этого вещества выделяется солнцем и другими звездами. Без солиума у нас не было бы ни света, ни тепла: он – источник нашей жизни. Однако если это вещество каким–то образом сконцентрировать, он может превратиться в силу чрезвычайной разрушительности. Вот почему была так опасна бомба, которую сделала солнечная ведьма под руководством бесноватого Азаила – да будет его имя навеки проклято! – все феи дружно присоединились к анафеме, все, кроме Стеллы и ее дочерей, Зверят и Роланда.
– Так вот… Но нас удивило тогда, что выброс такого количества солиума произошел одновременно – солнце никогда не выделяет такую дозу сразу – и причем примерно в одном географическом ареале – в Полярных Пустошах. Я тогда сразу заподозрила, что это как–то связано с пропавшей солнечной бомбой, которую нам не удалось обнаружить там, где ее видело Его Величество – Ариэль указала на Роланда – на 22–м ярусе под Башней Непобедимого Солнца. Я сразу же приказала провести самые тщательные поиски в том регионе, направив туда лучших разведчиц 1–го Отдела с техникой. Но еще больше меня насторожил доклад, который почти сразу же был подан Старшей Сестрой 6–го отдела со ссылкой на карликов Унтервальда, – о панике в Резервуаре, о таинственном Безликом, о пропаже спасательной экспедиции, о намерении карликов взорвать Путь, ведущий к Субстрату… Я уже тогда интуитивно поняла, что эти два события связаны, но объяснить эту связь не могла…
– Надо было доложить мне, сестра, и мы бы обязательно вместе что–нибудь придумали! – строго заметила Стелла, поджав губы.
Ариэль покраснела.
– Ваша правда, сестра, но… в тот момент мне хотелось разобраться самой, да и опасность я недооценила… В общем, – несколько торопливо, словно боясь, что ее опять перебьют, сказала Ариэль, – я дала добро на взрыв Пути и приступила к поискам. Ситуация в Чернолесье пока не менялась, на меня навалились новые дела – по благоустройству Заморья, в основном, и я как–то успокоилась. К тому же поиски в Пустошах не дали ничего. Солиум распылился равномерным облаком над всеми Пустошами и где искать источник – было непонятно, ведь Пустоши – Вы это знаете – это миллиарды квадратных миль, вдобавок еще и в экстремальной климатической зоне… И мы их – признаюсь, к своему стыду, – полностью забросили… – Ариэль опять покраснела и глубоко вздохнула.
– ...Прошли годы. Десять лет назад, когда все работы в Заморье были закончены, и мы вовсю работали над программой «Новые Рубежи» – были буквально по горло заняты расчетами по созданию новых континентов, островов, расчистки пустынь – и песчаных, и ледяных –, в этот самый момент до меня дошел доклад одного из Летучих Островов, несшего дежурство над Пустошами. Этот Остров как раз искал удобные площадки для проведения работ по превращению Пустошей в лесной массив. Так вот, он там заметил следы, похожие на следы лыж, а также отпечатки собачьих лап. Это нас удивило, ведь Пустоши совершенно необитаемы – там людей нет и быть не может! Я отправила туда разведчиц 1–го отдела с аватарами, но найти таинственного лыжника с собаками никак не удавалось. Такое впечатление, что он был невидимкой! Тогда я решила поступить хитрее. Я решила устроить в том районе одну из площадок по созданию лесного массива, кокосовой рощи, но поставить туда не обыкновенных сестер – озеленительниц, а под их видом – патруль разведчиц «ЖАЛА» – таинственный охотник рано или поздно заинтересуется, откуда в его ледяной пустыне появился островок тропического рая и тут мы его и поймаем. Так оно и вышло. Уже через полгода со мной связалась одна из наших сестер и доложила, что к ним попался юноша с золотистыми как у феи волосами, сознание которого от взлома защищал какой–то солнечный щит, но который во сне произнес два слова: «Лили» и «мама», – Ариэль сделала сознательную паузу, но даже если бы она ее не сделала, ее голос утонул бы в шуме голосов сидящих на трибунах фей, похожий на рев предштормового моря! Отовсюду неслось – «солнечный ублюдок», «изверг солнечной ведьмы», «желтый щенок», «проклятье Целестии», «выродок».