Страница 163 из 194
– Заманчивое предложение… – процедил Люцифер и из его уст вырвались клубы солнечного пламени.
– Е–щ–щ–щ–щ–ще бы! Ведь тебе достается Ас–с–с–с–страл! А это, признайся, прямо-таки царский подарочек…
– И это все? – недоверчиво громыхнул металлический голос.
Раздалось довольное кряхтение.
– Умный, х–х–х–х–хитрый братец–с–с–с–с… Нет, не все–ссс! Залог нуж–ж–ж–ж–ж–ен, что ты не будешь ис–с–с–с–спользовать тайны Астрала против Меня и Моего Темного Царства.
– Какой такой «залог»?
– Так–сссс… Пусс–с–с–с–с–тячок, сущая безделицс–с–с–с–са… Ш–ш–ш–ш–ш–ш–ш… Тебе это ничего–ссс не будет с–с–с–с–с–стоить…
– Ближе к делу!
– Отдай мне одного маленького человечка, крошечное с–с–с–с–с–существо, малыш–ш–ш–ш–шонка–зайчонка, с–с–с–с–с–ущую мелочь, короты–ш–ш–ш–ш–шку, а взамен – з–з–з–з–заберешь хоть миллион человечков, карличков или другой биомассы к себе, наверх. Мне для тебя – ничего не ж–ж–ж–ж–ж–алко–сссс!
– Что за человечек? Имя? И почему ты просишь его у меня – он тебе не доступен?
– Пока нет–с–с–с–с–с, – зашипел, заюлил Безликий, по–прежнему не смотря в глаза – прожекторы Люцифера. – Его с–с–с–с–спрятали от нас–с–с–с–с… А зовут его про–с–с–с–с–сто «Роланд 500–й, Король Авалонский». Отдай его – и с–с–с–сделка заключена. А я в долгу не ос–с–с—станусь…
– Роланд, Король Авалонский? Не знаю такого, – громыхнул солнечный великан. – Неужели эти игрушечные людские короли представляют для тебя ценность? Интересно, какую?
– Нет–с–ссс, ничуть–ссс не представляют. Это просто с–с–с–с–символ, з–з–з–з–забавная игруш–ш–ш–ш–шка, которую я обещал одной моей ф–ф–ф–ф–фрейлине, да–ссс… Ну как–ссс? По рукам? – зашипел Безликий.
– По рукам! – громыхнул Люцифер и сделал несколько широких шагов, от которых опять затряслась земля, навстречу Безликому и протянул свою сверкающую, как полированная медь, руку. Безликий протянул свою…
И тут внезапно Люцифер резко изменил направление движения руки и схватил Безликого прямо за горло, правда, и рука Безликого тоже схватила его за горло. Но глаза прожекторы Люцифера впились в красные шары Безликого – и это было колоссальным его преимуществом – и черная тень забилась и заверещала, зашипела, как пойманная за хвост дикая змея, не в силах выдержать яркого как расплавленный металл, как полуденное южное солнце взгляда Люцифера:
– Отвечай! Отвечай! Черная Клякса! Зачем ОН тебе нужен НА САМОМ ДЕЛЕ! Отвечай, а то спалю! В устах твоих чую ложь змеиную!
Безликий забился, заизвивался, как придавленный червь, зашипел и завизжал. Но рука Люцифера крепко сдавила его горло и не давала отвести взгляд.
– Отпус–с–с–с–с–сти! Отпус–с–с–с–с–ти! Это нечес–с–с–с–с–тно!
– А честно мне лгать?! А ну говори, черная лужа, зачем тебе понадобился именно этот человечек?! Говори, а то хуже будет!
Но в этот самый момент раздался дикий грохот откуда–то с северной части пещеры и – огромный, изрыгающий клубы белесого пара поток кипящей влаги из только что взорванной Голубым Старшим Хранителем и его товарищами плотины, обрушился на почти полностью разрушенный город!
Белесый пар в считанные доли секунды заполонил все пространство пещеры, окутав его словно горячую баню. Видимость стала нулевой. Даже сверкающие потоки огненного света, волнами испускавшиеся солнечным великаном, потонули в плотной белесой завесе. А потоки кипящей воды начисто смывали, как морской прибой песочные домики на пляже, остатки полуразрушенных хрустальных сооружений, разбрасывая в стороны словно детские игрушки перевернутые вагонетки, золотые деревья, заполняя собой глубокие расселины, как чудовищные шрамы испещрившие подземный город. Но даже громоподобный шум извергавшейся стихии не мог заглушить визги тысячи тысяч черных тварей, тщетно пытавшихся убежать от накатившей на них волны кипящей воды, а также визг самого Безликого, от которого рушились и без того хлипкие остатки подземных перекрытий. А потом раздался колоссальный взрыв – и все затихло.
5.
Эрл и Керл в изодранных до дыр кафтанах совершенно неузнаваемого цвета вылезли на поверхность, еле протащив через узкий проход одного из вентиляционных тоннелей довольно упитанного Красного Советника, и повалились без сил.
Прохладный, послегрозовой воздух приятно ласкал обожженные паром красные лица, мокрые от пота волосы и бороды. Где–то вдали еще слышались отдаленные удары грома, но они уже не ранили уши и не пугали. Блаженная истома накатила на братьев и они, хотя и не могли заснуть – так бывает после очень больших переживаний –, лежали без движения, ни о чем не думая, ничего не слушая и не желая давать себе труд открыть глаза, чтобы посмотреть на окружающее.
А посмотреть стоило. Братья лежали посреди поляны когда–то густого зеленого леса. Когда–то – потому что от леса ничего не осталось. Мало того, что деревья были мертвы и сухи. Сами деревья, вдобавок ко всему, были вырваны с корнем, лежали то там, то сям, бессильно распластав мервецерукие голые ветки, иногда «с мясом» оторванные от стволов, по земле. Создавалось такое впечатление, что кто–то здесь просто–напросто взорвал кладбище и теперь бесчисленные кости покойников усыпали сухую и мертвую землю. Сама же земля была изрыта так, как будто ее пропахали исполинским плугом – всюду были овраги, по которым текли новообразовавшиеся горячие, как кипяток, ручейки и в которых располагались такие же горячие новообразовавшиеся озера. Чуть дальше – милях в десяти к востоку – появилась уродливая впадина глубиной в милю, внизу заполненная кипящим подземным гейзером, от которой поднимался вверх густой пар. У самого края гейзера стояли несколько карликов с мокрыми бородами, в облезлой полинявшей одежде, среди которых выделялся один, в потрескавшихся очках и голубой металлической каске.
– Ну, вот и все… – как то отстраненно, безразлично, непонятно к кому обращаясь, тихо проговорил карлик. – Вот и все, что осталось от славного города Унтервальда – жемчужины Подземья.
Возникла пауза. Никто из стоявших с ним рядом не осмеливался прервать грустные размышления старшего.
Наконец, один из стоявших кашлянул в кулак и робко спросил:
– Господин Старший Хранитель, неужели мы утопили черную образину в кипятке? Неужели все кончено?
Карлик в голубой каске только снисходительно посмотрел на вопрошавшего и грустно хмыкнул, но ничего не ответил.
– Господин! Господин! Господин Старший Хранитель! – вдруг раздался пронзительный голос какого–то молодого карлика. – Посмотрите на это, господин!
Карлик в голубой каске и все остальные повернулись и увидели запрыгнувшего на здоровенный поваленный дуб молодого, почти безбородого карлика в выцветшем голубом кафтане. Он стоял и призывно махал рукой, указывая куда–то дальше, в сторону, туда, куда обзор закрывал толстый ствол поваленного дуба. Остальные карлики тут же бросились к нему, но карлик в голубой каске пошел не торопясь – он был старше других и явно сильно устал от пережитого за эти сумасшедшие сутки.
Он кое–как доковылял до дуба и более молодые карлики помогли ему забраться на ствол. Протерев потрескавшиеся запотевшие круглые очки полой кафтана, карлик в голубой каске посмотрел в ту сторону, куда ему показывал палец молодого карлика из его свиты, и ахнул.
Шагах в пятиста – карличьих шагах – на таком же поваленном стволе мертвого безлиственного дуба лежал молодой человек. Он лежал животом поперек ствола, как забытый кем–то на спинке стула плащ, и не шевелился. Он был полностью обнажен – ни лоскутка одежды не было на его теле. Но самым удивительным было то, что у него были густые мягкие вьющиеся волосы – правда, полностью мокрые – необычного цвета, золотистого, с характерным, пожалуй, только для настоящего золота сочным благородным отливом. Карлик ахнул, ибо такие волосы он видел только у одних существ – у поднебесных владычиц – фей, но никак не у людей! И еще – от тонкого юношеского обнаженного тела шел белесый пар, словно это было не человеческое тело, а сосиска, только что вынутая из кастрюли с кипятком.