Страница 81 из 612
С тех самых пор, как Фу Цзянь разбил и подчинил государство Янь, это событие стало самым шокирующим. Все слои общества были встревожены. Семейство Мужун при династии Цинь оставалось той силой, с которой приходилось считаться. Генерал Мужун Чуй был одним из саньфу* - троицы со-правителей столицы подчиненной страны, - сдавших империю Фу Цзяню. Мужун Пин, нынешний губернатор Фаньяна, как раз находился в столице для доклада императору. Министр Мужун Вэй, едва рассвело, потребовал аудиенции у императора. Клан Мужун относился к племени сяньби. Из семейства Тоба многие находились с выходцами из Мужун в супружеской связи, и клан Цянь тоже стремился поддерживать с ними близкие отношения. Да и сяньби из других семейств выжидающе стояли сейчас, преклонив колени, у подножия дворцовой лестницы.
Императорский двор Великой Цинь находился в совершенном смятении. В определенном смысле принцесса Цинхэ символизировала связь между кланом Мужун и действующим властителем, Фу Цзянем. С тех пор, как императрица Гоу скончалась, Фу Цзянь никого больше не возвел в этот высокий ранг. Принцесса Цинхэ была его главной наложницей, а новых девушек в гарем он больше не брал - из-за сестры и брата, принцессы Цинхэ и Мужун Чуна. И все же она умерла - от клинка Да Шаньюя, Шулюй Куна. Именно так. Фу Цзянь во что бы то ни стало должен был отчитаться о произошедшем перед чиновниками и военачальниками.
Весь клан Мужун был глубоко потрясен, услышав принесенные вести. Однако расспрашивая Фу Цзяня, они были более бдительными, чем когда-либо.
Фу Цзянь не раз видел такое выражение на лицах посетителей. Он был более чем хорошо знаком с ним.
- Сейчас Жэнь разыскивает Да Шаньюя.
Глаза императора были красными, он выглядел крайне измученным, и казалось, что за эту ночь он постарел на десять лет.
- С событиями прошлой ночи связано очень много проблем, не только одна или две. Да Шаньюй сбежал, чтобы избежать ареста, и лишь он один сможет дать нам ответы на те вопросы, которые мы хотим задать ему.
Представители самых знатных кланов из сяньби в большом количестве стояли на коленях во дворе и не издавали ни единого звука. Лишь семейство Юйвэнь, которое находилось в состоянии затяжной вражды с кланом Мужун, могло немного порадоваться такому несчастью.
- Ваше величество, - сказал министр Мужун Вэй, - а где вы сами находились, когда произошла эта трагедия?
Рядом с ним находился Мужун Чуй, его лицо было наполовину обожжено пламенем несколько месяцев назад, во время сражения в Сянъяне, так что теперь он носил железную маску. Генерал хранил молчание.
- Что вы имеете ввиду?! Вы подозреваете, что Жэнь - соучастник?! - в ярости взревел Фу Цзянь.
На лицах всех собравшихся внизу отчетливо читалось недоверие. С того самого дня, как Да Шаньюй прибыл в Чанъань, весь город был взбудоражен. Сам Фу Цзянь побаивался Шулюй Куна, и этот страх распространился на весь двор. Ограничения, накладываемые Древним Союзом на Фу Цзяня, довольно тесные отношения между императором и Да Шаньюем - все это заставляло многие народности в Чанъане чувствовать себя неуютно. Им было страшно, что еще больше кочевников с Севера перейдут через заставы Великой Стены и потребуют поделиться с ними теми благами, что были заработаны с большим трудом во время разделения страны.
Наконец Мужун Чуй медленно проговорил:
- Ваше Величество, я слышал, что кроме Шулюй Куна в числе убийц были еще два ханьца. Один из них сбежал вместе с Да Шаньюем из Вэйяна, тогда как другой был задержан во дворце. И тот, что остался, - младший сын семейства Фэн, которое держит банк Сифэн. Так ли это?
- С чего бы Да Шаньюю вступать в сговор с ханьцами? - недоверчиво проронил Мужун Вэй.
- Тоба Янь уже окружил вместе с императорскими гвардейцами гору Сун. Клан Фэн бежал, чтобы спастись от арестов. Вся семья Фэн покинула город сегодня ночью, - сказал Фу Цзянь, так и не ответив на заданный вопрос.
- Где же он?! - не выдержал наконец кто-то из толпы. - Отдайте его нам!
- Какая дерзость! - отчитал наглеца Ван Цзые от имени императора.
Сам же Фу Цзянь ответил:
- Я не могу сейчас выдать его вам. Жэнь сам допрашивает его. По прошествии трех дней вы обязательно получите отчет. По сравнению с кем бы то ни было, боль, которую испытывает Жэнь, ничуть не меньше, лишь больше. Возвращайтесь к себе, хорошо подумайте об этом, успокойтесь. Это судебное заседание окончено.
Фу Цзянь только что потерял возлюбленную, так что его не сильно обеспокоило грубое поведение кого-то из клана Мужун. Но в этот же день войска были мобилизованы - под тем предлогом, что Да Шаньюй имеет отношение к умышлению бунта против императора. Однако Шулюй Кун находился в Чанъане один, войска же Древнего Завета была за пределами Великой Стены. Любому мало-мальски проницательному человеку было ясно - даже если бы Да Шаньюй призвал свою армию к оружию, чтобы свергнуть неспособного правителя и обезопасить земли за заставами, войскам северян потребовалось бы не меньше десяти дней, чтобы добраться до Чанъаня, при условии, что они будут двигаться насколько возможно быстро. Прежде этого срока они никак не смогут совершить свое великое деяние - очистить нацию от предателей и поддержать династию Цзинь. Так от кого же защищался Фу Цзянь?
Клан Мужун - вот единственно возможный ответ.
Чэнь Син толкнул дверь дровяника - она со скрипом приоткрылась - и выглянул наружу.
В этой семье все вели себя на удивление спокойно, поэтому он немного волновался. Неужели дворцу каким-то образом удалось скрыть эту новость?
Сян Шу потерял не так много крови, цвет его лица вскоре восстановился. Он поднялся и закинул меч за спину.
- Что же нам делать дальше? - спросил Чэнь Син, когда они проходили по галерее. Эта резиденция оказалась такой огромной, что на их пути пока еще никто не встретился. Они подошли к строению, оказавшемуся кухней, - внутри обнаружился приготовленный завтрак.
- Мне нужно встретиться с Цзянь-тоу и убедиться, что он в безопасности, - произнес Сян Шу. - Потом подумаем о том, как спасти Фэн Цяньцзюня. Принцесса, должно быть, долго скрывала свое желание отомстить. Мы не знаем, много ли людей состоит в этой группе. Доведенную до отчаяния собаку загнали в угол. Цзянь-тоу не следует даже думать о мести - вполне может быть, что он не сможет выжить. Мы должны подготовиться как можно скорее.
Если Сян Шу укроется в темноте, то никто не сможет прикоснуться к нему, с его-то непревзойденными навыками боевых искусств - так рассуждал Чэнь Син. Даже если атака защитника не будет успешной, он сможет отступить без единой царапины. А вот если экзорцист пойдет вместе с ним, то сложно сказать, что может произойти.
- Я... ... - замялся Чэнь Син.
Сян Шу: "?"
- Я не пойду, чтобы не потянуть тебя вниз, - выговорил наконец юноша.
Чэнь Син был очень обеспокоен. Прошлой ночью Сян Шу не подстрелили бы, если бы он не защищал Чэнь Сина.
- Ты будешь ждать меня здесь? - кочевник махнул рукой в сторону дровяного сарая.
- Я попробую найти другой способ.
Сян Шу начал молча обдумывать предложение Чэнь Сина. Однако неожиданно юноша переменил свое мнение:
- А что если Фу Цзянь не поверит тебе? Нам нужно найти это Зеркало Инь Ян и дать ему самому увидеть...
- Если он хочет мне верить, то он поверит всему, что я скажу, - Сян Шу говорил просто, как есть. - А если он не доверяет мне, то не поверит в любом случае, что бы мы ни показали ему.
Чэнь Син подумал, что вероятнее всего, так и есть на самом деле. Сян Шу толкнул дверь и они вышли. Солнечный свет был так ярок, что Чэнь Син с трудом мог смотреть. Сян Шу бросил быстрый взгляд налево от себя и направо, а затем сказал: