Страница 537 из 612
– Лето началось, – ответил Фэн Цяньцзюнь. – Что еще днем делать, если не спать? В Цзянькане чуть-чуть жарковато, летний зной слишком утомителен.
Тоба Янь, неважно какое время года стояло на дворе, постоянно был одет в полный комплект боевых одежд, правда, сейчас это выглядело несколько неуместно. Это было уже второе его лето на юге, и на этот раз ему было действительно невыносимо жарко. Он ослабил свой воротник, несколько раз помахал им возле шеи и произнес:
– Вот уж и в самом деле "чуть-чуть".
Синь Юаньпин нашел себе местечко, уселся и произнес:
– Ты, наконец, проснулся. Я думал, что ты, как ученик Цзя, еще долго проспишь.
– Ученик Цзя? – с любопытством переспросил Чэнь Син.
– Цзя И,[3]– уточнил Синь Юаньпин. – Не знаю, дошла ли до нынешних времен его история. Именно он был носителем Сердечного света в моем поколении экзорцистов.
– Цзя И! – тут же воспылал энтузиазмом Се Ань. – Чэнь Син, Цзя И – твой предшественник?!
Растерянный Чэнь Син недоуменно смотрел на Синь Юаньпина. Тот принялся объяснять:
– Его тело от природы было слабым и болезненным, но судьбой ему было предначертано стать носителем Сердечного света. Однако ему не хватало поддержки защитника, и вскоре он расстался с жизнью. Но ты сейчас, как мне кажется, вполне успешно справляешься.
– Что за артефакт Сердечный свет? – спросил Сян Шу у Синь Юаньпина. – Я знаю, что этот Свет сжигает силу внутри трех хунь и семи по. Чэнь Син перенес уже немало мучений, скажется ли это на нем в будущем?
– А почему вы не воспламеняли твою ману? – с легким удивлением полюбопытствовал Синь Юаньпин. – Я видел, что ты обращаешься в сияющего божественного воина-защитника лишь тогда, когда Чэнь Син зажигает Сердечный свет, а когда Свет гаснет, ты снова становишься смертным. Почему бы вам не воспламениться вместе и не пробудить силу напрямую?
На самом деле Сян Шу пробовал это сделать, но все закончилось тем, что Чэнь Син зашелся в приступе кровавого кашля. Больше Сян Шу не осмеливался возобновить попытки. Он просто позволил экзорцисту делать все, что тот считал нужным. Вот эти свои мысли Сян Шу и изложил Синь Юаньпину.
– Я вижу, что за триста лет магического безмолвия многие методы совершенствования оказались утрачены, – с улыбкой ответил Синь Юаньпин. – Поэтому вы оба и не понимаете, как можно это использовать. Я научу тебя потом, но сперва нам придется заняться более важными вещами.
Старшинство Синь Юаньпина было неоспоримо. Когда он заговаривал, никто не осмеливался прерывать его. Ровно до того, момента, когда Чэнь Син произнес:
– Ну хорошо. Тогда я думаю... сейчас старейшина Синь Юаньпин все еще остается великим экзорцистом...
Синь Юаньпин тут же замахал руками, и все поддержали его:
– Лучше, если Чэнь Син останется. Пусть прекратит уже ерундой страдать.
Чэнь Син с превеликой неохотой сдался, а Синь Юаньпин сказал:
– Я уже помог вам справиться с бедствием, которое учинил божественный демон, и теперь должен идти. Но, ествественно, я продолжу поддерживать вас, по мере своих сил
– Когда Ван Цзые напал на департамент экзорцизма, я взял на себя защиту артефактов, находящихся внутри, и сохранение людей в безопасности. Мы обсудили с Се Анем и обнаружили некоторые приемы, записанные в древних рукописях. Сейчас невозможно творить заклинания на расстоянии пяти ли вокруг горы Дуншань. Даже старейшина Синь Юаньпин не сможет здесь обратиться в цзяолуна. Но некоторые чудодейственные артефакты – такие, как Сердечный свет или Пронзающая Облака Стрела, которые подчиняются душам хуньпо, – а также те, которые распознали владельца через слияние душ, все еще могут быть использованы. Если кому-либо это причинило неудобства, прошу меня простить.
Все закивали, понимая, какие причины кроются за подобным решением. С другой стороны, Чэнь Син не подозревал, насколько мощен артефакт, который принадлежит Тоба Яню и именуется Пронзающая Облака Стрела. Но хорошенько обдумав, юноша понял, теперь, когда кроме него и Сян Шу есть еще человек, способный использовать силу Сердечного света, это означает, что у департамента есть еще один защитник, Тоба Янь. Он обладает достаточной силой, чтобы справиться с любыми непредвиденными ситуациями. И Чэнь Син успокоился, передав ему часть силы.
Экзорцист кивнул и, посмотрев на Се Аня, произнес:
– Ну теперь давайте обсуждать. Как обстоят у нас дела на данный момент?
Се Ань взмахнул рукой. Со своего места поднялся Чжэн Лунь, убрал наложенное на полку запечатывающее заклинание, взял колокол Лохунь и поставил артефакт перед Чэнь Сином.
– Три души хунь Ван Цзые поглощены колоколом Лохунь, – произнес Фэн Цяньцзюнь.
– Мы должны найти подходящее место, – задумался Чэнь Син. – При высвобождении его душ мы могли бы очистить их и, может быть, задать несколько вопросов.
Сам Ван Цзые находился под стражей. Среди последователей Чи Ю он был самым главным негодяем, разумеется, он многое знал. Возможно, он даже сможет дать им советы, как справиться с Чи Ю.
Но Синь Юаньпин возразил:
– Сила душ Ван Цзые очень велика. Это нужно будет еще раз хорошо обдумать, обсудить, обездвижить удерживающими душу печатями, и лишь после этого очень осторожно расспросить. Если же просто опрометчиво высвободить их, то они не вернутся в небесную жилу для последующих перерождений. Он лишь махнет перед нами хвостом и сбежит. Дело может дойти до того, что он найдет себе новое тело для воплощения, а мы даже не будем знать, кто это. Неприятностей не оберешься.
Все присутствующие согласились с этим. В конце концов Синь Юаньпин когда-то был великим экзорцистом, он обучался в те времена, когда магия находилась в самом своем расцвете, естественно, он был знаком со всеми древними свитками. Когда Чэнь Син увидел, с какой легкостью Синь Юаньпин использует жемчужину Цанлан, чтобы призвать воды Хуайхэ и создать из потока стену, способную защитит от демонической крови, юноша подумал: "До тех пор, пока этот могущественный воин остается на нашей стороне, я уверен, всем нам будет намного легче".
– Печати, удерживающие душу? – сосредоточенно наморщил лоб Сян Шу.
Синь Юаньпин кивнул:
– За последние несколько дней я пролистал ваши основополагающие книги. Множество заклинаний, известных всем триста лет назад, сейчас утрачены. Так что я попрошу Вэнь Чэ постепенно заполнить эти пробелы.
– Да, верно, – отозвался Чэнь Син, только сейчас вспомнивший: – А где же Вэнь Чэ?
– Позже мы обязательно поговорим об этом, – произнес Синь Юаньпин. – Я хочу попросить вас об услуге.
Се Ань улыбнулся:
– Нам сравнивать себя со старейшиной – все одно что размахивать топором у ворот Лу Баня [4].
– Не обязательно это так, – вежливо отказался от чести Синь Юаньпин. – Носитель Сердечного света обладает ярчайшим светом. И каждый из вас также имеет свои собственные таланты. Не говоря уже о том, что триста лет магия пребывала в молчании, так что совершенствование и развитие до нынешнего уровня – это невероятно трудная задача.
После своих слов, он жестом предложил продолжить собрание.
Сян Шу после недолгого размышления поинтересовался:
– Куда направился князь демонов?
После рукопашной схватки в тот день, Синь Юаньпин наложил печать и раскрошил костяного дракона на тысячу восемь кусочков, которые разбросал по всей империи, а череп дракона Сян Шу закинул на дно реки. Тогда же были изъяты жемчужина Цанлан и веер Тяньло.
– Насколько я помню... разве не Тоба Янь с Сяо Шанем отвечали за это? – спросил Чэнь Син.
– А и верно! – вспомнил Тоба Янь. – Должно быть, бултыхается где-то в море. Я послал его на восток.