Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 245 из 612

Том 3. Будун Жушань. Глава 63. Душевные волнения

«Мне казалось, ты уже больше никогда не очнешься» (анлейт)

«Разящий нечисть меч, что уничтожил князей - демонов засухи,

одновременно убивает и тебя» (оригинал)

«Юноша искренне желал отдать ему все, что у него было, дабы показать, что понимает и ценит то сердечное отношение, которое проявляет к нему Сян Шу... Но что у него было? Ничего. Он даже сам себе не принадлежал» (анлейт)

Чэнь Син откинул одеяло и попытался встать, но ноги внезапно подкосились. Сян Шу тут же подхватил его.

- Посиди еще, - сказал он, - а я пойду и попрошу кого-нибудь приготовить тебе поесть.

Спустя некоторое время в комнату с криком ворвался Се Ань.

- Наконец-то ты очнулся, - произнес он, вздохнув с облегчением. - Никогда бы не подумал, что все окажется настолько серьезным.

Чэнь Син и подумать не мог, что после схватки в Куайцзи он, оказывается, целых три месяца провалялся в кровати без сознания. Юноша расспросил Сяо Шаня, и мальчик не только рассказал, но еще и жестами красочно показал, что происходило после того дня, в том числе как Сян Шу вернулся с ним, бесчувственным, в Цзянькан.

Се Ань, узнав о случившемся, тоже не находил себе места от беспокойства. Он помогал Сян Шу с поисками бесчисленных лекарей и даже приглашал придворных целителей из императорского дворца. Все они ставили один и тот же диагноз и предлагали одно и то же лечение - повреждение меридианов сердца, больному необходим отдых и покой. И только фанши[1] по имени Пу Ян из ближайшего окружения цзиньского императора Сыма Яо хватило опыта, чтобы определить суть проблемы. Бессознательное состояние Чэнь Сина было неизбежным следствием истощения энергии души. Со временем ее запас должен восстановиться, и когда это произойдет, человек, скорее всего, сам очнется.

Три души хунь и семь душ по - это энергия, которой каждый наделен с рождения. Если она вдруг резко истощится, то человек в лучшем случае столкнется с помутнением сознания, а в худшем - свалится без чувств или даже умрет. Жертвы поветрия, лишившиеся одной души хунь из-за колокола Лохунь, целыми днями пребывали в полусонном состоянии. Чэнь Син, правда, душу не терял, и его состояние объяснялось иной причиной, о которой Сян Шу знал лучше других... В тот день, когда три князя - демона засухи были наконец уничтожены, он сам непонятно как вытянул из Чэнь Сина его энергию души, из-за чего она истощилась, и юноша свалился без чувств.

К счастью, даже в случае серьезного истощения энергия души способна постепенно восполняться. Пока человек жив, его телесная сущность, жизненная сила и дух[2] потихоньку восстанавливаются. На протяжении всех тех дней, что Чэнь Син провел в забытьи, Сян Шу неотлучно находился рядом. Он давал ему лекарства, поил и кормил, обтирал водой и переворачивал. Днем он не покидал его комнату, и ночи проводил подле него.

- Что? - словно сумасшедший воскликнул Чэнь Син. - Он... он меня... меня... и часто он меня мыл? А жидкой кашей тоже он меня обычно кормил?

- Ну... даже не знаю, что сказать, - ответил Се Ань. - Может, сам спросишь у защитника Сяна? Похоже да, э... кормил тебя кашей. Ты хоть и был без сознания, но глотать, однако, мог. Несколько раз, когда я заглядывал к тебе, я видел, как братец Сян кормил тебя кашей и массировал шею, чтобы ты проглотил.

- Когда он мыл тебя и обтирал водой, то, конечно же, запирал дверь.

- Неужели он в самом деле заботился обо мне... все эти три месяца? - Чэнь Син уже и не знал, как ему к этому относиться.

Пришел Сян Шу и принес жидкую кашу.

- Отдохни как следует, - сказал Се Ань. - Хорошо, до чего же хорошо, что ты очнулся! Это просто прекрасно! Сяо Шань, братец Чэнь только-только пришел в себя. Ты разве не хочешь дать ему отдохнуть?

Сяо Шань, лежавший на Чэнь Сине, даже не шевельнулся, поэтому Се Аню ничего другого не оставалось, кроме как откланяться. После его ухода Сяо Шань все же перекатился на внутреннюю часть кровати и улегся там, беззастенчиво задрав ноги и положив руки под голову.

- Съешь немного каши, - сказал Сян Шу.

- Я в самом деле так долго спал? - спросил Чэнь Син. - А в Куайцзи все хорошо?

Сян Шу угукнул и приготовился кормить Чэнь Сина кашей, но тот поспешно его остановил:

- Я сам поем.

Сян Шу не стал настаивать и просто наблюдал со стороны, как Чэнь Син ел. Юноше казалось, что его руки утратили силу и стали будто ватными. Впрочем, он знал, таково было печальное последствие долгого сна. Со временем, после того как он начнет больше двигаться, все, естественно, придет в норму.

Чэнь Син чувствовал себя настолько голодным, что мог съесть целого быка, но ему дали только кашу, и эта каша уже была лучше, чем ничего. Выпив ее, юноша прикоснулся к своему животу.

- На первых порах Се Даоюнь разрешила кормить тебя только жидкой пищей, - объяснил ему Сян Шу, - но через несколько дней ты сможешь снова питаться как раньше... В течение этих трех месяцев ты...

- В течение этих трех месяцев я...

Они вдруг заговорили одновременно и внезапно замолчали. Сян Шу жестом предложил Чэнь Сину продолжить, но у того неожиданно задергались уголки рта. Юноша хотел сказать, что в течение трех месяцев доставлял Сян Шу неудобства, однако побоялся разозлить его этими словами. Ведь если бы Сян Шу оказался без сознания, он бы точно так же заботился о нем, поэтому не было никакого смысла что-либо говорить.

- А, неважно, - Чэнь Син улыбнулся и покачал головой.

- Тебе снилось что-нибудь? - спросил Сян Шу. - Совсем ничего не помнишь?

Чэнь Син вообще ничего не чувствовал, как если бы он просто проспал всю ночь. Единственный сон, который он действительно видел, это сердце Чи Ю. Однако юноша подозревал, что то был вовсе не сон, о чем он не преминул сообщить Сян Шу.

- Похоже, удалось покончить со всеми князьями - демонами засухи, - Чэнь Син не забыл ту сцену, которую он видел последней, прежде чем потерять сознание. И пусть ему пришлось заплатить за это своими страданиями, они все-таки избавились от них. Единственное, о чем они не знали, выжил ли тогда Сыма Вэй.

Сян Шу кивнул в ответ.

- Если я ничего не упускаю, - сказал он, - то остается только Ши Хай, личность которого до сих пор неизвестна.

Они собственноручно уничтожили уже пятерых из шести князей - демонов засухи, и лишь судьба Сыма Вэя оставалась неясной: выжил он или нет после того удара молнией. С подручным Ши Хая, тайно действовавшим на Юге, тоже было покончено. Когда-то Чэнь Сину казалось, что путь перед ним устлан шипами и терниями и преодолеть его будет крайне сложно, однако, сами не замечая того, они каким-то образом сумели сделать уже так много.

Сяо Шань повернул голову и посмотрел на Чэнь Сина. Юноша погладил его по волосам и сказал:

- Из тех артефактов, что были отняты у Чжан Лю, нам удалось вернуть три: зеркало Инь-Ян, барабан Чжэн и колокол Лохунь.

Пусть они по-прежнему не знали, где прячется Ши Хай, это все равно было огромным рывком вперед. Минуло три месяца, и момент его смерти приблизился еще на шаг. Два года назад, тоже осенью[3], Чэнь Син покинул гору Хуашань и отправился в Сянъян. На сегодняшний день, юноша прикинул на пальцах, у него оставалось в запасе примерно два года, так что, возможно, они действительно успеют предать Ши Хая смерти до того, как Юпитер покинет его и он умрет.

- Оказалось, тот лазурный дракон на самом деле был Синьюань Пином, - стоило Чэнь Сину вспомнить о произошедшем в Куайцзи, и он снова начинал об этом переживать.

- Неужели не можешь поговорить о чем-нибудь другом? - сказал порядком уставший от подобных тем Сян Шу. - Почему ты только об этом и думаешь?

- А? И о чем поговорить? - с улыбкой поинтересовался Чэнь Син.