Страница 410 из 429
— Ты не знаешь Жуань Наньчжу? Но кто же тогда руководит Обсидианом?
— А разве не ты? — испуганно спросил Е Няо. — Линь-гэ… с тобой… всё в порядке?
Линь Цюши долго стоял на месте неподвижно, затем на глазах перепуганного Е Няо быстро взбежал по лестнице, чтобы найти в комнате доказательства существования Жуань Наньчжу, но… ему это не удалось.
Там были только его личные вещи, а Жуань Наньчжу будто и не существовало вовсе.
Линь Цюши застыл ненадолго, потом ему в голову пришла другая идея, и он вновь поспешил на первый этаж, где задал Е Няо вопрос:
— Е Няо, через какую дверь я только что прошёл?
Тот уставился на него с ещё большим испугом и крайне осторожно произнёс:
— Через… двенадцатую.
Воцарилось долгое молчание.
Е Няо по выражению лица Линь Цюши понял — происходит что-то странное — и спросил:
— Линь-гэ, ты в порядке?
Линь Цюши же вдруг громко рассмеялся, он смеялся, пока из глаз не потекли слёзы, со смехом помахал рукой и, пошатываясь, ушёл из гостиной.
Глава Обсидиана, Линь Цюши, успешно вышел из своей двенадцатой двери. Это событие стоило бы отметить, но над Обсидианом почему-то повисла странная тень. Всем казалось, что Линь Цюши слегка повредился умом, возможно, от перенесённого потрясения… он придумал какого-то несуществующего человека.
Линь Цюши понадобились ещё сутки, чтобы прийти в себя. На следующий день он позвал Е Няо, чтобы сверить кое-какие сведения.
Тогда-то он и обнаружил, что помимо исчезнувшего Жуань Наньчжу, остальные воспоминания полностью совпадают с реальностью.
Тань Цзаоцзао и Чэн Цяньли погибли, Чэн Исе покинул Обсидиан, остальных членов команды Линь Цюши привёл в коттедж лично, включая Чэнь Фэя, И Маньманя и Лу Яньсюэ.
Это Линь Цюши занимал место руководителя Обсидиана, более того, он и Бай Мин оказались лучшими друзьями.
Теперь Линь Цюши запутался окончательно. Неужели он в самом деле выдумал Жуань Наньчжу? Или всё же дверь стёрла все воспоминания о нём?
Или может… Жуань Наньчжу и был его двенадцатой дверью, его испытанием.
По логике вещей после выхода из двенадцатой двери Линь Цюши должен был оказаться в центре всеобщего внимания, ведь он заполучил бесценную информацию. Но вот что странно… его существование будто начало бледнеть, и тогда Линь Цюши вспомнил наставника Жуань Наньчжу, которого даже тот почти забыл.
Е Няо и остальные начали неосознанно упускать из виду его присутствие. Несмотря на то, что он мог находиться прямо перед ними, они как будто не видели Линь Цюши, более того, никто ни разу не расспросил его о двенадцатой двери.
Линь Цюши всё это казалось абсурдным, до смешного нелепым. Он на следующий же день отправился домой к Жуань Наньчжу, но и там обнаружил, что такого человека никогда не существовало.
Жуань Наньчжу нет, все и всё вокруг давали Линь Цюши одинаковый ответ.
Но мужчина не собирался в это верить. Он уехал из коттеджа и вернулся в свою съёмную квартиру.
Члены Обсидиана сначала уговаривали его остаться, но Линь Цюши был непреклонен — он сказал им только, что впредь не стоит нести за дверь недобрые намерения, иначе за это придётся дорого заплатить. Наверное, из-за довольно обтекаемой формулировки эта фраза не стёрлась и была услышана каждым членом Обсидиана. Между тем никто так и не задал вопроса, который Линь Цюши ожидал услышать: «С чем же ты столкнулся за двенадцатой дверью?»
Возможно, подобное явление возникало, чтобы не допустить утечки информации о мире за дверью. Линь Цюши это по-прежнему казалось смешным, он даже дёрнул уголком губ, но рассмеяться не получилось.
Единственным утешением после выхода из двери для него стала огромная сумма, сохранившаяся на карточке. Линь Цюши потратил часть, чтобы выкупить свою съёмную квартиру, и вместе с Каштаном въехал в неё снова, даже сделал такой же ремонт, какой был здесь до того, как мужчина попал за дверь. Как будто только это давало ему надежду, что однажды он проснётся и, как в их первую встречу, Жуань Наньчжу будет сидеть у кровати и скажет ему «доброе утро».
Линь Цюши решил, пусть даже целый мир забудет Жуань Наньчжу, сам он не забудет никогда. Это обещание, которое он дал Жуань Наньчжу. Возможно, тот в конце концов выберет иллюзию, бросит его в холодной реальности, но Линь Цюши по-прежнему будет любить его и не станет ни в чём винить.
Время двигалось вперёд, и незаметно прошёл целый год с тех пор, как Линь Цюши вышел из двери.
Вначале он будто сумасшедший искал любые доказательства существования Жуань Наньчжу, потом постепенно принял жестокую действительность. За это время Линь Цюши прошёл через серьёзное психологическое испытание.
Однажды он даже не спал больше месяца, потому что каждый раз, когда закрывал глаза, будто слышал возле уха шёпот Жуань Наньчжу.
Он побывал в бывшей школе Жуань Наньчжу, даже отыскал всех людей по имени Жуань Наньчжу в стране, но все поиски приводили к одному выводу — на свете не существовало такого человека.
Линь Цюши казалось, он сойдёт с ума, но каким-то образом ему удалось пережить свалившееся на него испытание. Долгими ночами ему приходилось обнимать кота и сидеть перед телевизором за просмотром новостей, в ожидании, что кто-то постучит в дверь.
Но все надежды обернулись пустотой, и Линь Цюши понемногу очерствел, перестал ждать чего-либо в своей жизни.
Пока однажды у него вдруг не зазвонил телефон.
Ему звонил Е Няо. Линь Цюши ответил на звонок и услышал в трубке взволнованный голос:
— Линь-гэ, Жуань-гэ вернулся!
Линь Цюши понадобилось несколько секунд, чтобы осознать смысл этих слов.
— Что ты сказал?
— Жуань-гэ вернулся! — повторил Е Няо. — Он везде тебя ищет!
В тот момент Линь Цюши шёл по дороге и, полностью поглощённый телефонным звонком, запнулся о камень и выронил телефон. А когда в панике поднял, то увидел, что экран покрыт плотной сеткой трещин, и звонок, конечно же, прервался.
— Бл*ть, — не сдержавшись, выругался Линь Цюши, поймал ближайшее такси и поспешил в коттедж Обсидиана.
Но оказавшись у двери, он не мог найти в себе смелость войти, его обуял страх, словно перед возвращением в родные края, которые давно покинул. Он боялся, что надежда вновь окажется призрачной.
Поколебавшись ещё немного, Линь Цюши всё же принял решение и потянулся к звонку, но дверь перед ним вдруг со скрипом распахнулась.
На пороге стоял Жуань Наньчжу. В следующий миг он заключил Линь Цюши в крепкие объятия, сжав так сильно, что казалось, хочет впитать его в себя целиком.
— Прости, — прошептал Жуань Наньчжу. — Я припозднился.
Линь Цюши не знал, что сказать. Зарывшись лицом в плечо Жуань Наньчжу, он вдыхал до боли знакомый запах. Затем хрипло проговорил:
— Почему ты только сейчас вернулся… Неужели так долго искал чёртов ключ?!
— Я не думал, что он окажется спрятан в часах, — грустно усмехнулся Жуань Наньчжу.
Линь Цюши хотел сказать ещё много чего, но Жуань Наньчжу опустил голову, и все слова растаяли в нежном поцелуе.
Ощутив, как расслабленное спокойствие разливается по телу, Линь Цюши пробормотал:
— Я думал, ты не вернёшься.
Жуань Наньчжу посмотрел ему в глаза.
— Я думал, ты выбрал иллюзорный мир, — продолжил Линь Цюши. — Думал, что мне придётся всю жизнь провести в одиночестве.
— Я же говорил, — напомнил Жуань Наньчжу. — Все миры, в которых нет тебя, — нереальны.
— Но в том мире тоже был я! — с сомнением посмотрел на него Линь Цюши. — Ты же наверняка встретился со мной, только помладше?
— Нет.
Он ответил слишком быстро, отчего в душу Линь Цюши закрались подозрения, и он наконец понял Жуань Наньчжу, когда тот ревновал его к самому себе.