Безмолвная ясность сознания

— Я возвращаю наши имена, — позвал он. — Тентил и Абелла. Пустота больше не имеет на нас прав.

Несколько послушников обменялись испуганными взглядами.

Тентил медленно выдохнул. У него была бы, в лучшем случае, секунда, чтобы действовать, если бы что-то пошло не так. Недостаточно, не против стольких.

— Наши контракты расторгнуты. Кто-нибудь из вас возражает?

Глаза послушников были прикованы к нему, и тяжесть их взглядов была тяжелее, чем тишина, воцарившаяся во дворе.

Одна из послушниц, та самая седхи женского пола, которую Тентил видел в гараже в ночь, когда встретил Абеллу, сделала один шаг вперед. Она склонила голову и присела на корточки, деактивируя энергетический клинок и кладя его на землю. Больше не глядя на Тентила, она встала, повернулась и направилась к одной из боковых дверей по краю двора.

Один за другим послушники последовали ее примеру, сложив оружие и уходя, ни один из них не встретился взглядом с Тентилом. Через минуту Тентил и Абелла остались одни.

Абелла вернулась к нему и прерывисто вздохнула, обняв одной рукой. Он положил руку ей на плечи, и они вместе спустились из колодца. Фальшивое небо над головой не казалось таким уж темным, пока они пересекали двор.

Когда они подошли к двойным дверям, он толкнул одну из них и вместе с Абеллой вышел в вестибюль, задержавшись лишь для того, чтобы повернуться и захлопнуть дверь пинком. Эхо от того, как она захлопнулась, содержало удовлетворяющую ноту завершенности.

Порядок Пустоты больше не был его заботой.

ГЛАВА 18

Они вернулись на конспиративную квартиру в Недрах после того, как Тентил бросил транспортное средство, украденное из гаража храма, и раздобыл другой автомобиль на воздушной подушке. Ни один из них не произнес ни слова в дороге. Тентил держал руку у нее на бедре, рассеянно проводя большим пальцем по брюкам, а она держала свою руку поверх его. Этого простого контакта было достаточно, чтобы успокоить, прогнать чувство невозможной, всепоглощающей уязвимости, сказать ей, что Тентил настоящий, живой и рядом.

Как только они оказались в квартире и дверь за ними закрылась, Абелла бросилась к Тентилу, обвивая руками. Он отшатнулся к двери, когда поймал ее в свои объятия, и ее руки ударились о металл позади него, но она не почувствовала боли, ей было все равно. Она прижалась щекой к его груди.

Они вырвались из тьмы и снова были вместе. Это было все, что имело значение.

Она глубоко вдохнула, наслаждаясь знакомым ароматом, несмотря на то, что к нему примешивались запахи крови, дыма и пота.

— Это действительно конец?

Он пригладил ладонью ее волосы.

— Да.

— Они больше не будут преследовать нас?

— Нет. Мастер и его заместитель мертвы, а мы вернули себе наши жизни.

— Кем он был, Тентил? Это было… это было так, как будто он был внутри меня. Я не могла остановить его, не могла вытолкнуть. Он знал мое прошлое, мои мысли, мои желания, все, что касалось нас.

Дрожь охватила ее, когда призрак ледяного присутствия Мастера пронесся в сознании. Даже воспоминание о вторжении было почти невыносимо, это было похоже на то, как насекомые копошатся в черепе.

— Он был калзиком, — ответил он слабеющим голосом, — одной из рас Консорциума. Они древние и могущественные. Кроме этого, я мало что знаю.

Абелла запрокинула голову и посмотрела на него снизу вверх. Бледно-серая кожа была забрызгана кровью различных оттенков, но один цвет выделялся больше остальных — алая кровь Тентила. Она переместила руку, чтобы слегка провести кончиками пальцев под шрамом на его правой щеке, часть которого, ближе всего к уголку рта, выглядела так, словно это свежая рана.

Он казался отчасти ассасином, с которыми сам же сражался в храме, но она видела, чем он пожертвовал чтобы спасти ее. Это зрелище ошеломило. Когда возникала необходимость, он был скорее природной силой, чем живым существом, неудержимым и безжалостным. Ничто между ним и его целью не могло ускользнуть невредимым.

Теперь, без всяких сомнений, она поняла, насколько он силен, насколько опасен… и насколько уязвим.

Я могла потерять его.

Отступив назад, Абелла взяла его за руки и повела дальше в комнату. Остановила у кровати и сняла с него оружейный пояс и оружие, аккуратно положив их на ближайший стол, прежде чем приступить к доспехам. Она позволила забрызганным кровью щитам упасть на пол. Ее взгляд поднялся к нему, когда она расстегнула его рубашку, спустила ее с плеч и осторожно сняла с рук.

Слезы навернулись у нее на глаза, когда она осознала ущерб, нанесенный его телу.

Кожу в нескольких местах покрывали темные синяки, самые сильные на боку и плечах, а на правом предплечье виднелась почерневшая рана, похожая на ту, которую он получил, сражаясь с послушниками в переулке несколько дней назад. На его лице было больше следов кровоподтеков, и теперь, когда она присмотрелась повнимательнее, она знала, что он наспех перевязал шрам на щеке, который в какой-то момент явно разошелся.

— О, Тентил, — прошептала она, легонько проводя пальцами по синякам на его груди. Она не знала, как бы он выглядел, не будь на нем доспехов во время боя, она даже не хотела представлять. Горячие слезы потекли по щекам.

Он поднес руку к ее лицу и стер влагу тыльной стороной ладони, что-то в его руке хрустнуло, когда он пошевелил запястьем.

Она схватила его за предплечье.

— Прекрати. Пожалуйста, прекрати. Просто… скажи мне, что сделать, чтобы помочь тебе.

Левый уголок его рта приподнялся в легкой, кривой улыбке.

— Люби меня.

Абелла несколько секунд смотрела на него, открыв рот.

— Но тебе больно! Ты не можешь на самом деле хотеть… хотеть…

Он усмехнулся и покачал головой, в серебристых глазах плясало веселье, какого она никогда не видела.

— Нужно несколько часов, чтобы прийти в себя перед этим. Просто сейчас нужна твоя любовь. И душ.

Ее щеки вспыхнули и, несмотря на их ситуацию, несмотря на все, через что они только что прошли, возбуждение расцвело внутри. Что-то в его взгляде и звуке смеха глубоко тронуло ее. Она улыбнулась в ответ.

— Я могу это сделать.

Усадив его на кровать, она опустилась на колени, сняла с него ботинки и отставила их в сторону. Она помогла ему снять оставшуюся одежду. Нагота только еще больше обнажила нанесенный ущерб. У нее защемило сердце.

Легкое прикосновение костяшек пальцев к ее щеке вернуло внимание Абеллы к его лицу.

— Тебе пришлось хуже всего, — мягко сказал он.

— Как ты мог подумать, что то, что у меня было, было хуже? Посмотри на себя, Тентил. Ты весь в порезах, синяках и крови.

— Большая часть крови не моя.

— Это ничего не меняет!

Тентил обхватил ладонями ее лицо, убирая выбившиеся пряди волос назад к ушам.

— Мое тело исцелится. Уже исцеляется. Но то, что он сделал с тобой… — Он нахмурился и нежно постучал подушечкой пальца по ее виску. — Это не заживет так легко. Я ношу эти шрамы годами. Они худшие из всех.

Абелла накрыла его руки своими, ненадолго повернула лицо, чтобы поцеловать ладонь, и закрыла глаза, откликаясь на прикосновение. Его присутствие было бальзамом для души, она знала, что со временем шрамы от Мастера исчезнут.

— Сейчас ты здесь, со мной. Это все, что имеет значение, — сказала она.