Ее грешные избранники

30

ЭММА

Десять погребальных костров ярко горели зеленым и оранжевым магическим пламенем. Яркие цвета переливались на фоне темнеющего неба, когда над нами опустились сумерки. Десять. Именно стольких мы потеряли. Два вампира из Картеля «Ковен Нокс», трое из волков «Белой Реки», один медведь из Конгломерата «Три — Города» и четверо наших, включая Сэмюэля.

Я дала волю слезам, стоя между Лукасом и покрасневшей миссис Холт. Медведем, которого мы потеряли, был Хаск, заместитель Морфеуса. Вождь медведей обнимал миссис Холт за плечи, на его лице было мрачное выражение, как и у большинства окружающих нас. В том числе и у моих собственных пар — я продолжала называть их так мысленно.

В тишине мы отдали дань уважения тем, чьи души отправились в Подземный мир, или загробную жизнь, или куда бы они там ни отправились. Я уже скучала по Сэмюэлю. Его смерть потрясла меня до глубины души. Никто не знал, сколько времени у каждого из нас было здесь, на земле. В любой момент ее могли отнять. Время, проведенное нами друг с другом, было драгоценно. Я жалела, что не могла сказать Сэмюэлю, как сильно я его ценю. Теперь слишком поздно. Но я надеялась, что мои безмолвные слова благодарности достигнут его призрачных ушей, где бы он ни находился.

Пламя кремировало их тела и оставляло пепел в урнах из камня, похожего на обсидиан. Стеклянные, отражающие черный цвет камни были собраны лидерами. Зейн и Кейд взяли по два.

— Что ты собираешься с ними делать? — Я спросила Лукаса. В доме ведьмы камни были эквивалентом урн и часто выставлялись на каминной полке или книжном шкафу. Другие оставляли их в мавзолеях.

— Мы похороним их, как только изготовим надгробия, — сказал он. — В «Пенумбра " есть кладбище вон там, в лесу. — Он указал сквозь деревья.

— Полагаю, это опасная профессия. — Я вытерла слезы со щек и шмыгнула носом. Вероятно, там уже были свежие могилы с тех пор, как не так давно «Затмение» и «5-й Круг» напали на особняк. Следующие четыре могилы не будут последними.

Столько смертей, и все ради… чего? Власти? Контроля? Предрассудков? Я была бы рада прожить здесь спокойную жизнь со своими парами. Но это было невозможно, пока не исчезнет «5-й Круг». А после них? Появится ли какая-нибудь новая организация, которая ненавидит гибридов, или хочет заполучить кусок территории «Пенумбра», или затеет какую-нибудь вендетту против одного из нас? Необходимость бороться за выживание, казалось, никогда не изсчезнет.

Тогда все еще оставалось это проклятие и чародейка, как они ее называли. Чем это закончится? Снимется ли проклятие с них, когда я заявлю права на всех них? Что-то в этом было такое, что не давало мне покоя. Знала ли чародейка, что я предназначена всем троим, или это было какое-то странное совпадение? Потому что теперь, когда я нашла своего волка и поняла, что эти трое — мои предначертанные пары, я никогда не собиралась их отпускать.

Я посмотрела на трех боссов. Теперь уже знакомый гул и давление охватили мою грудь. Пара. Метка. Эти два слова гудели у меня в голове. Тепло затопило меня, но это была не просто похоть. Этот жар проникал все глубже, и это заставляло меня чувствовать себя связанной с ними, завершенной ими. Это было ощущение того, что ты в нужном месте, с нужным человеком — или, в данном случае, с людьми.

Это было похоже на поиск родственных душ. Я вздрогнула от осознания.

Мы присоединились к потоку людей, покидавших поле и направлявшихся к фасаду особняка. Все наши посетители были собраны и готовы к отъезду. Их долг миссис Холт был выплачен. Они могли вернуться домой.

В то время как настроение по прибытии было предвкушающим, их отъезд был омрачен печалью. Мы победили, смерти были ожидаемы, но реальность оставила нам горько-сладкую победу. Они обменялись тихими словами прощания. Домочадцы «Пенумбра» торжественно стояли на входной лестнице и по всему палисаднику, все были одеты в черное.

Когда последняя пара задних фар исчезла в ночи, мы вошли внутрь. В большом зале было устроено нечто вроде поминок. Сегодня вечером мы будем есть, пить и говорить о наших погибших друзьях.

Я провела ладонью по руке Лукаса. — Я иду в ванную. Увидимся там.

Маленькая комната находилась сразу по коридору. Я воспользовалась туалетом, вымыла руки, затем уставилась на свое отражение в зеркале. Я заправила прядь волос, выбившуюся из прически, затем убрала следы макияжа под глазами. Достаточно хорошо.

Я вышла, и мое внимание привлек сдавленный звук. Он доносился с противоположной стороны коридора от поминок. Охваченная любопытством, я направилась к нему.

В углу ниши привалилась крупная фигура. Его сутулые плечи тряслись. Сдавленный звук вырвался из его горла, и я поняла, что он плачет.

Мои волчьи глаза вонзились в темноту. — Эш?

Он вздрогнул, выпрямился и повернулся ко мне лицом. — Привет. — Он фыркнул.

— Ты в порядке? — Я потянулась к нему, положив ладонь на его руку.

— Да. — Он снова шмыгнул носом. — Я просто очень скучаю по Сэмюэлю и Итану, понимаешь? По Дону тоже. Чедвик был полным мудаком. Я удивлен, что кто-то не прикончил его раньше. — Он издал смешок. Звук превратился в еще одно рыдание. Он наполовину отвернулся. Я сократила дистанцию и сердечно обняла его.

— Я знаю. Я не знала остальных троих, но я тоже скучаю по Сэмюэлю. Вы, ребята, были близки? — Я подозревала, что так оно и было, поскольку неоднократно видела, как они бездельничают вместе.

— Да. — Он хлопнул себя по щекам. — Черт. Никому не говори, что видела меня плачущим.

— Я не буду. — Я сжала его в объятиях, затем отпустила и сделала шаг назад. — Тебе нужна минутка, или ты хочешь прогуляться со мной в большой зал?

Он шмыгнул носом, затем прочистил горло. — Я пойду с тобой. Сегодня вечером я собираюсь напиться до чертиков.

— Звучит как хороший план. — Мы шли плечом к плечу по широкому коридору в дружеском молчании. Войдя в большой зал, я заметила четыре обсидиановые вазы, стоявшие на видном месте на каминной полке. Люди с напитками в руках стояли перед ними, склонив головы, шевеля губами в прощании.

Кто-то грохнул бутылкой об стол. Я резко повернула голову и увидела, что Айя допивает рюмку ликера. Она взяла бутылку водки, налила всем собравшимся и выпила еще одну

— Эш! — позвала она. — Тащи свою задницу сюда. Эмма, ты тоже.

Я не могла отказаться от такого приглашения. Налани освободила место для меня и Эша рядом с собой. Мы обменялись грустной улыбкой. Мой нос дернулся. Я украдкой принюхалась к Налани. Ох, не могу поверить, что я это сделала. Но я ничего не могла с собой поделать.

— Почему от тебя разит волком? — прошептала я ей на ухо. Она была лисой — перевертышем, но от нее исходил волчий запах — и не один, если я не ошибаюсь, — и я не узнала ни одного из них.

Смуглая кожа Налани приобрела бордовый оттенок. — Э-э, я расскажу тебе позже.

Загадочно.

Айя налила еще по рюмке, и мы все взяли по рюмке в руки.

— Это за самого одаренного ведьмака, которого я когда-либо знала. — Айя подняла свою рюмку.

В унисон мы все сказали: — За Сэмюэля.

Водка обожгла мне горло. Я закашлялась, не привыкшая пить неразбавленный алкоголь. Налани похлопала меня по спине с ухмылкой на губах.

Минуту спустя Айя налила нам всем еще. На этот раз тост произнесла Налани. — За Итана. Он был великим охотником. Однако он ни хрена не ценил свою выпивку и обладал худшим певческим голосом. Серьезно, по сей день я сожалею, что пригласила его в караоке.