Страница 28 из 158
– Нет, Анна, я… Ты мне уже столько всего купила.
Но она уже открыла дверь бутика и обратилась к продавщице:
– Добрый день! Мы хотели бы примерить это платье! – Она указала на манекен в углу витрины.
– Конечно, сейчас принесу, – вежливо ответила девушка-продавщица и ушла в подсобку.
Я потянула Анну за рукав.
– Анна, правда, не нужно.
– А почему нет? – ответила она, улыбаясь. – Я хочу посмотреть, как ты будешь в нем выглядеть. Ты ведь не откажешь мне? Сегодня мы гуляем!
Я пробормотала что-то, в зале появилась продавщица.
– Эти платья уже закончились, – сообщила она, – но мы достанем платье с витрины.
Она подошла к манекену и осторожно сняла с него платье.
– Последнее осталось. Специально для тебя.
Девушка вручила мне платье, и я посмотрела на него с восхищением.
– Примерочные в той стороне, пойдемте.
Анна, взглядом подбодрив меня, забрала пакеты. В бутик тем временем вошел Норман, а за ним Ригель.
Я последовала за продавщицей к примерочным, которые находились в глубине зала, и зашла в ту, что была в углу. Удостоверилась, что шторка хорошо задернута, разделась. Надела платье через голову, запутавшись в паутине своих волос. Я не привыкла примерять такие красивые вещи. Платья в Склепе были всегда или широкие, или растянутые, возиться с ними не приходилось. Хорошие платья я надевала всего несколько раз в жизни и пребывала в эйфории от того, что должна в них кому-то показаться на глаза.
Небесно-голубое платье скользнуло по мне и село на фигуре как влитое. Меня смущало, что оно плотно облегало грудь и открывало ноги. Я смотрела на него, не в силах поднять глаза. Я попыталась застегнуть молнию сзади, но не смогла.
– Анна! – нерешительно позвала я. – Анна, не поможешь мне с молнией?
– Конечно, – ответила она, – подойди к шторке.
Она протянула руки в щель и застегнула молнию. И, прежде чем я успела что-либо сделать, Анна отдернула занавеску, застигнув меня врасплох.
– Вот это да! – воскликнула Анна. – Оно на тебе отлично смотрится! Ника, какая ты хорошенькая!
Я смутилась, а она смотрела на меня сияющими глазами, полными удивления.
– Похоже, оно прямо создано для тебя! Ты видела, какая ты красивая? Посмотри в зеркало! Как оно на тебе сидит!
Анна подошла ко мне, и я увидела в зеркале свое красное от смущения лицо, чуть взлохмаченные волосы.
– Ну как? – спросила подошедшая продавщица, но, увидев меня, сказала: – Ой! Ты похожа на ангела! Мэм, она прекрасна!
Анна подхватила:
– Это правда.
– Тебе не хватает только крыльев! – пошутила девушка, а я скользнула за шторку, услышав, как в магазин вошли посетители. Стоя в примерочной, опустив голову, я в растерянности почесала щеку.
– Гм, я…
– Ника, оно тебе нравится? – спросила Анна.
– А тебе?
– Ника, как оно может не нравиться? Взгляни в зеркало!
Подняв голову, я посмотрела на себя. Я действительно это сделала! И обнаружила в своих глазах блеск, которого до сих пор никогда в них не замечала. Откуда он взялся – непонятно. Но благодаря ему я изменилась. В глазах было что-то живое, нежное, светлое. В них была я.
Меня окутывало небо, к которому я всегда стремилась. Платье как будто стало знаком того, что одна моя мечта уже сбылась и мне больше никогда не придется натирать себя незабудками, чтобы чувствовать себя менее грязной…
– Ника! – позвала меня Анна, и я опустила голову. Глаза защипало от подступающих слез. Хоть бы она не услышала, как я всхлипнула. Стиснув подол платья, я тихо прошептала:
– Оно мне нравится… Очень нравится. Спасибо.
Я почувствовала руку Анны на своем плече. Она так нежно меня коснулась, что я снова подумала о том, что мне хочется быть рядом с Анной каждый день. Она давала мне очень много, слишком много для такого мягкого сердца, как мое. Мысль, что я могу потерять ее, была невыносима. Если что-то пойдет не так на этапе удочерения, я больше никогда ее не увижу.
– Мы его берем, – услышала я ее слова.
Я провела пальцами по ряду белых пуговиц на груди.
Когда пришло время снимать платье, я вспомнила, что одной мне не справиться с молнией.
– Анна, прости, ты мне снова не поможешь? – спросила я, подходя к шторке примерочной. Я отодвинула ее ровно настолько, чтобы в прорезь поместилась спина. За шторкой было тихо. И все же я ощущала чье-то присутствие. Перекинув волосы на одну сторону, я придержала их, чтобы не мешали.
– Молния, Анна, – робко напомнила я, – извини, я не могу до нее добраться. Поможешь мне?
Анна не отвечала. Потом я услышала приближающиеся шаги. Мне на шею легла одна рука, удерживая воротник, другая взялась за застежку и медленно потянула ее вниз. Грубый, жужжащий звук резанул слух.
– Отлично, спасибо, – сказала я, когда застежка опустилась до лопаток. Но Анна не остановилась. Молния продолжала спускаться с упрямой медлительностью, и я почувствовала, как она скользнула вдоль моего позвоночника.
– Анна, теперь я смогу сама, – деликатно намекнула я, но пальцы по-прежнему придерживали воротник платья на шее, застежка продолжала ползти вниз. Вниз, ниже талии, до изгиба спины. Платье разошлось на мне, как крылья жука, и я сказала тверже:
– Анна!
Щелк!. Застежка добралась до конца и врезалась в углубление в ткани. Я поймала себя на том, что смотрю на свое отражение, обхватив руками грудь и поддерживая платье. Теперь я могла снять его без проблем.
– Ой, ну… спасибо, – пробормотала я, прежде чем закрыть шторку поплотнее. Я покачала головой, сняв платье через ноги, и осталась в нижнем белье. Надела старую одежду и вышла из примерочной. Рядом никого не было.
Я вернулась в зал и нашла Анну у прилавка с телефоном в руке. Норман снаружи рассматривал витрины.
– Все в порядке? – спросила она.
– Да, спасибо! – Я улыбнулась, сжимая платье в руках. – Без тебя я не сняла бы его.
Анна приложила руку к груди и извиняюще улыбнулась.
– Ой, Ника, прости меня! Мне позвонили, и я отвлеклась! Вижу, ты сама справилась, да?
Я смотрела на нее с той же улыбкой, застывшей на губах, ничего не понимая.
– Да, благодаря тебе, – снова сказала я. Замешательство в ее взгляде еще больше озадачило. И тут мне в голову пришла тревожная догадка. Я огляделась. Ригель стоял в холле снаружи, прислонившись к колонне. Скрестив на груди руки, со скучающим видом он равнодушно смотрел прямо перед собой. Нет, вряд ли… Что я придумываю?
Подошла продавщица и весело посмотрела на меня.
– Решили его купить, верно? Хороший выбор, – улыбнулась она. – Это платье смотрится на тебе великолепно!
– Спасибо! – Я немного смутилась, щеки порозовели.
– Ты можешь сочетать его с чем угодно. К нему подойдут вещи в повседневном стиле… Смотри! – Она сняла что-то с вешалки. – Например, вот такая… И теперь скажи мне, что это некрасиво!
Я слишком поздно поняла, что у нее в руках. Девушка накинула на меня ремень, но я не успела убрать руки, и они оказались прижаты к телу.
Одного этого мгновения было достаточно. Я почувствовала кожаный пояс у себя на коже, его трение. Я ощущала, как он давит, сжимает, застегивается и обездвиживает меня…
Я резко сорвала с себя ремень и отбросила его. Попятилась, в панике выпучив глаза. Продавщица с изумлением смотрела на меня, а я продолжала пятиться, пока не уткнулась в прилавок. По телу пробежала дрожь. В груди похолодело, где-то в глубине меня гулко билось сердце, грозя взорваться. Я понимала, что сейчас всех напугаю, и попыталась успокоиться, но руки дрожали, и пришлось схватиться за прилавок, чтобы удержаться в реальности, не упасть в темноту.