Друиды

«Он твой!» — согласно выкрикнули друиды, сотворили знак призыва и запели слова силы.

Я прислушался к себе и ощутил пустоту. Сосредоточился. Пустота исчезла, сменившись чувством наполненности. Во мне билась сила, во мне плескалось море способностей, завещанных поколениями людей, лежавших на этом камне до меня. Все они были здесь. День был холодным, и камень был холодным, но душа моя горела древним огнем. Когда я поднялся, я больше не чувствовал себя молодым.

Той ночью в доме собраний устроили пир для членов Ордена. В соседних домах тоже праздновали. Я чувствовал себя на редкость неудобно. Каждый из тех, кто встречался со мной раньше, даже те, кто видел меня впервые, во весь голос обсуждал мои достоинства и недостатки. В соответствие с моим новым положением, достоинства превозносились неимоверно, а недостатки оказывались пренебрежимо малыми. Пришлось встать и напомнить остальным, чтобы они соблюдали равновесие. Но слова мои вызвали только новый шквал восторгов. «Вот! Мудрая голова!», — кричали люди и хлопали в ладоши.

Я сел и уставился в свою чашку. В конце праздника мы воздали дань уважения огню, воде и четырем ветрам. Сразу же после бессонной ночи, на рассвете я отправился на посвящение. Нельзя терять времени, Орден не должен оставаться без своего навершия.

Обряд, сделавший меня главным друидом карнутов и Хранителем Священной рощи Галлии, оказался очень простым. Аберт разложил на поляне в центре Рощи небольшой костер из веток ясеня, рябины и орешника. Граннус подвел меня к огню и закатал рукава моего плаща выше локтей.

— Скрести запястья, Айнвар, и опусти руки в огонь. Медленно, — приказал Аберт.

Я повиновался. С моим высоким ростом пришлось согнуть колени, чтобы руки мои коснулись пламени. Друиды, стоявшие среди деревьев, начали петь: «Ты войдешь в огонь, но пламя никогда не причинит тебе боль!» Мне показалось, что бабушка слегка надавила мне плечи, пригибая еще ниже в костру. Волна жара облизнула меня, красно-золотые языки пламени обвились вокруг рук; запахло паленой шерстью — это огонь добрался до коротких волос на руках.

«Ты войдешь в огонь, но пламя никогда не причинит тебе боль!» — пели друиды.

Я долго держал руки в огне, до тех пор, пока пение не перешло в торжествующий рёв, а затем внезапно оборвалось. Я распрямился, испытывая легкое головокружение. Аберт и Граннус подняли мои руки вверх, показывая их всем собравшимся. Я тоже взглянул вверх. Кожа на руках оставалась чистой и неповрежденной.

Вздох облегчения прошелестел над Рощей. «Духи принимают тебя!» — воскликнул Диан Кет. Друиды столпились вокруг, рассматривая опаленные волоски на руках и нетронутую кожу. Кто-то спросил, почувствовал ли я боль?

— Нет, — ответил я, и это была правда. Боли не было. Не было ничего, кроме внутреннего спокойствия, подобного тишине заснеженных полей.

— Покажи руки деревьям, — сказал Аберт.

Я снова поднял руки и медленно повернул ладони к солнцу.

Костер погасили, присыпали землей и отправились в поселок. Орден Мудрых снова существовал в полном составе. Друиды шли позади меня; нет, не рядом со мной. Главный друид должен быть один.