Страница 4 из 7
Дом, милый дом
Рик вернулся в Лондон рано утром. В очереди на магической таможне в Гэтвике[1] перед ним было человек шесть, в основном из Европы. В прошлый раз он почти сутки ждал в общей зоне, куда портальные круги перемещали путешественников со всех континентов. Теперь для прибывающих из дальних стран отгородили целый зал, и толкаться среди угрюмых сибирских шаманов и шумных жрецов культа Вуду, разукрашенных от бритых макушек до голых пяток, не пришлось.
«Помыться и поспать. Или сначала поспать, а потом помыться?»
Рик сделал несколько круговых движений плечом, разминая затекшие мышцы. Последняя смена выдалась тяжелой, и ни один из егерей в банатском[2] заповеднике толком не сомкнул глаз. На пике брачного периода драконов иначе не бывает — каждый самец, едва научившийся извергать пламя, так и норовит пробить защитный барьер, чтобы подобраться к самке, только успевай их сдерживать. Если бы не выступление на ежегодном собрании меценатов Фонда охраны магических существ, Рик не сунулся бы в Лондон раньше сентября, но должность главного егеря обязывала лично отчитаться за каждый потраченный пенни.
— Здравствуйте, мистер Логан, — кокетливо улыбнулась бойкая девица в униформе проверяющей, едва Рик протянул ей документы. Смазливая и явно не из скромниц. — Как прошло ваше перемещение? Есть необходимость проверить усиливающий амулет?
Игривый прищур не намекал — кричал — о готовности помочь лично.
«Прости, милая. Сегодня я пас».
— Благодарю за заботу, мисс, — Рик выдал ответную улыбку. — Все прекрасно.
— Как долго планируете пробыть в столице? — не сдавалась она. — Порекомендовать вам приличные рестораны? Выставки? Спектакли?
Рик умело отбил атаку.
— Я полгода провел в Румынии, — правдоподобно зевнул он, изображая усталость. — И хотел бы для начала немного отдохнуть.
— Препятствовать этому — преступление, — томно промурлыкала девица, подавшись вперед, разве что грудью на стойку не легла.
От натяжения одна из пуговиц блузы расстегнулась, продемонстрировав темное кружево лифа. В ответ Рик сделал вид, что изучает на прикрепленный к стене шаблон заполнения декларации.
Смирившись, неудачливая соблазнительница со вздохом тиснула штамп на развороте маршрутного листа и выдала угрюмо:
— Добро пожаловать в Лондон.
Забрав документы, Рик вышел из-под купола таможни и шумно втянул в себя сырой утренний воздух. Вдали над городом густой белесой пеленой висел туман, скрадывая контуры зданий, но даже унылая погода не сбивала с сентиментального настроя. Он искренне любил Лондон — с дождями и без.
«Дом, милый дом».
Погруженный в приятные мысли, Рик ступил на скользкие булыжники мостовой, и едва успел отшатнуться от налетевшей тени — коляска свалилась прямо с неба и с дребезжанием развернулась перед ним.
— Поберегись, — пробасил сидящий на облучке[3] усатый толстяк, рывком натягивая поводья, так что лошади встали на дыбы, и, как ни в чем ни бывало, осведомился: — Вестминстер? Сити? Кенсингтон?[4] Домчу за четверть часа.
— Я по старинке, через портал, — махнул ему Рик, и коляска тут же взмыла в воздух.
Чутье подсказывало, что лучше бы заскочить в крошечную холостяцкую квартиру в Стрэтфорде,[5] но с дороги его разморило. Рик решил сначала переместиться в Вестминстер, сдать отчет в финансовый отдел и остаток дня отсыпаться. Чем не отличный план? Однако усталость внесла коррективы.
Еще создавая портальный круг, он заметил, что тот мерцает слабее обычного. Задержал дыхание, стиснул в кулаке амулет, отчетливо представляя особняк с золоченым гербом на фасаде, и… все равно не дотянул. Свечение поблекло не у здания Фонда, а за два квартала, на пафосной улочке, состоящей сплошь из магазинов, салонов и кафе. Рик чуть не пробил витрину одного из них, но вовремя притормозил — четко напротив веранды со столиками — вот только инерция поволокла его дальше. Закрутила, толкнула, и опрокинула на что-то мягкое. И весьма недурно пахнущее, как белье в дорогих отелях, в которые ему пусть и редко, но все же доводилось останавливаться.
«Идеально переместился».
Рик с наслаждением вдохнул цветочный аромат, не торопясь подниматься.
— Да как вы… смеете, — пружинящая опора под ним внезапно завозилась.
Распахнув глаза, Рик обнаружил, что уткнулся носом в ложбинку чьей-то груди. И какой груди! По сравнению с ней «достоинства» девицы с таможни казались жалкими прыщиками.
— Мисс, примите мои глубочайшие извинения, — широко улыбнулся он, продолжая пялиться на два пышных полушария, вздымавшиеся перед его лицом в такт дыханию.
И уже собирался сострить, что теперь как истинный джентльмен просто обязан обсудить условия помолвки, когда скулу обожгла пощечина.
— Хам! — вздернутый нос незнакомки брезгливо поморщился.
Рик понадеялся разрядить обстановку шуткой, но у жителей этой части Лондона чувство юмора отсутствовало напрочь. Надменная девица, так кстати и некстати оказавшаяся под ним, продолжала верещать и заламывать руки.
— Мисс, это недоразумение, — поднявшись, Рик перешел на серьезный тон, все еще надеясь, что его услышат. — Я не имел намерений…
— Откуда мне знать?
Пока он безуспешно доказывал свою непричастность, из трех портальных кругов к кафе шагнули полисмены. Двое тут же установили сдерживающий барьер, на случай побега, и принялись опрашивать свидетелей. Третий взял Рика под локоть:
— Мы вынуждены вас задержать до выяснения подробностей инцидента.
— Я требую судебного разбирательства, — истеричный визг не заглушала даже щитовая магия. — Мой жених из известной семьи! А вы… вы меня скомпрометировали!
Рик обреченно закатил глаза.
«Дом, милый дом».
Второй раз мысль прозвучала без ностальгии.
Полицейские продержали его в участке до следующего утра и выпустили за недостатком улик. Никто из присутствующих на улице зевак так и не подтвердил версию о домогательстве, ну а после того, как проверка амулета выявила сбой в усилении магии, обвинение официально признали безосновательным.
До начала собрания оставалась пара часов, и в этот раз Рик не стал рисковать, отправившись в Фонд на крылатой упряжке. Узнав, что он давно не был в Лондоне, извозчик принялся рассказывать последние новости — нудно и подробно.
— Налоги подняли, а о стоимости за дальние перелеты не подумали, — его широкие усы возмущенно дернулись. — И как прикажете кормить семью?
Рик из вежливости поддакивал, слушая вполуха, и пока лошади монотонно взмахивали крыльями, обдумывал вступительную речь. Она мало отличалась от предыдущей, как и таблица расходов — на содержание заповедника ежегодно выделялась одна и та же сумма, которую никогда не превышали.
«Отдам отчет, поблагодарю меценатов, и можно будет, наконец, отоспаться».
Перспектива улечься на удобной кровати вызвала мечтательную улыбку. С ней он и вбежал по ступеням к входу для работников Фонда, где его тут же узнал один из стражников.
— Логан! — зычно воскликнул он, выглядывая из-за проверяющей арки. — Какими судьбами? Я думал, что ты давно нашел себе хорошенькую румынку и приятно проводишь время где-то под Брашовом.[6]
— Привет, Кейдж, — Рик ответно похлопал его по плечу. — Я был бы рад осчастливить всех румынских девиц, но увы, отчет никто не отменял. Так что им придется меня подождать…
— Погоди, — радость на веснушчатом лице сменилась искренним удивлением. — Разве почтовый голубь до тебя не добрался?
— О чем ты? — насторожился Рик.
Неужели он разминулся с важным сообщением из Фонда?
— Ну так… собрание перенесли, — Кейдж в растерянности дернул бровями, словно вина за происшедшее лежала на нем. — Позавчера в восточном крыле случился пожар. Кто-то из архивариусов перемудрил с защитой, и сдерживающий барьер воспламенил стеллажи.