Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 66 из 81

— Расскажи, — дернула она меня за пуховик.

— Обязательно, — кивнул я. — Вот только я устал и есть охота. Поехали ко мне?

Отступление

Старший инспектор ОБХСС Ситников сел в припаркованный возле Индустриального РОВД автомобиль, и уже собрался отъезжать, как увидел спускающегося по ступеням Чапыру. Именно из-за него он приезжал сегодня в райотдел. Был у него здесь один приятель в уголовном розыске. Ну, как приятель, скорее, должник. Ситников помог ему в свое время, не за так, конечно, но все равно считал себя благодетелем.

Так тот рассказал ему об этом Чапыре много интересного.

Молодой следак, всего лишь за два месяца службы умудрился реанимировать мертвую меру пресечения — залог, раскрыть серию грабежей, за что был отмечен благодарственным письмом, пристрелить подозреваемого, за что получил отстранение от службы с последующим восстановлением, буквально на днях провернул операцию, где взял с поличным группу квартирных воров. И самое свежее — это вчерашнее задержание по горячим следам банды гастролеров, что нападали на инкассаторов по всему Союзу. Информация об этом задержании прошла уже по всем сводкам и ходят упорные слухи, что причастных к нему сотрудников милиции ждут награды, должности и дополнительные звезды на погонах.

По личности Чапыры должник сообщил тоже странное. Так и сказал — нормальный следак. Редко когда можно такое услышать от инспектора УГРО в адрес следователей.

Чапыра, оказывается, недавно дежурную смену спас от неприятностей. При конвоировании сбежал жулик, так следак разорвал постановление о задержании и сообщил начальству, что сам его отпустил. И теперь ему везде почет и уважение. При этом еще и честный — не захотел выбивать показания из подозреваемых. Придумал и провернул операцию со взятием с поличным.

В общем, странно это все. Ситникову Чапыра показался совершенно другим. Наглым, циничным и жадным до денег. Осталось придумать как устроить так, чтобы и остальные также думали о Чапыре.

Прощать унижения Ситников не собирался. Его уязвленная гордость требовала отмщения.