Страница 30 из 37
Капитан хмуро повертел «елдовину» в руках, присел на корточки и осторожно опустил на пол. Гафниевой бомбы ни он, ни кто-либо из его команды в глаза не видели, но все хорошо помнили, как в Иваново полгода назад точно такую же контору по скупке цветного лома разнесло на атомы после того, как гарнизонные офицеры сдали туда полтонны гильз от артиллерийских снарядов…
Он с немым укором посмотрел на инициативного бойца и подозвал участкового.
- Бери аккуратно эту фигню и поезжай в гости к эфэсбистам. Сдашь им - пусть разбираются, что это такое и с чем его едят…
Участковый тяжело вздохнул, хотел что-то сказать, но сдержался и ограничился коротким кивком.
В районном отделе ФСБ находку приняли без особого энтузиазма… однако с ее появлением во всем здании вдруг стала глохнуть мобильная и радиосвязь - примерно раз в полтора часа. Кто-то из технического отдела догадался связать этот феномен с доставленным цилиндром, его раскрыли, обнаружив внутри целую выставку достижений ультрасовременной электроники: сложнейших микрочипов, непостижимых интегральных схем, фантастически мощного передающего контура… Такое не могли соорудить ни в Колпаково, ни в Кукуеве, ни в Москве, да и, пожалуй, нигде на просторах родной страны. Поднялся переполох. Через час находку фельдъегерской связью отправили в Москву.
Колесо завертелось.
Задержанные скупщики лома показали на некоего Петра Токарева, безработного, из чьих рук непосредственно «елдовина» попала в пункт приема. Токарева допросили.
Он, в свою очередь, показал на уроженцев села Колпаково Демьяна Лысько и Владимира Кулькова.
Архипыча и Кулька сотрудники ФСБ после недолгих поисков обнаружили в колодце правительственной связи на окраине деревни. Те как раз собирались выпилить оплетенный свинцом кабель «московской» линии и были засняты на оперативную видеокамеру в разгар преступного покушения: с ножовкой и топором в руках. Можно сказать, что тщеславные мечтания Кулька материализовались, но ни его, ни напарника эта съемка не обрадовала.
Выйдя из состояния ступора, новоиспеченные бизнесмены принялись все отрицать, но после того, как на старом мехдворе обнаружились краденое дизтопливо и самогонный аппарат, а перспектива тюрьмы стала очевидной, быстро раскаялись и стали сотрудничать со следствием. Они показали, откуда сняли «елдовину», добросовестно ответили на множество самых разных вопросов, среди которых были и такие: «Имеете ли вы отношение к установке разведывательного прибора на линии правительственной связи?» Или: «Как и когда вы вошли в контакт с представителями иностранной разведки?»…
От последних вопросов удачливые торговцы металлом едва не впали в глубокую кому, но обилие дилетантских следов в колодце и пункт утильсырья, в котором оказался вполне исправный сканер-передатчик, полностью их реабилитировали, по крайней мере, в части шпионажа.
Архипыч и Кулёк никак не тянули на агентов иноразведки; за бутылку-другую повесить передатчик на кабель они, в принципе, могли, но при таком допущении возникали вопросы, на которые не было ответов.
Во-первых, какой сумасшедший шпион мог поручить деревенским алкашам столь ответственное дело и доверить им уникальный прибор? И, во-вторых: зачем им сдавать дорогостоящий передатчик в скупку за сущие копейки?
Нет, если отбросить некоторые нюансы, то объективная картина происшедшего говорила совсем о другом: российские патриоты Лысько и Кульков, проявив бдительность и высокую гражданскую сознательность, обнаружили и пре- секли шпионский съем секретной информации с каналов высокочастотной правительственной связи, чем предотвратили ущерб обороноспособности, государственной безопасности и политическому имиджу России!
Как только прозвучала такая оценка, сформулированная в «самых высших сферах», то про ворованное дизтопливо, самогонный аппарат и другие прегрешения патриотов все начисто забыли, а сами герои распрямили спины, ходили с высоко поднятыми головами и сдержанно намекали, что теперь они приняты в «органы» и ждут присвоения офицерских званий.
Но факт есть факт: кто-то воровал секретную информацию, причем не с помощью самодельного, спаянного на живую нитку прибора или несложных детекторов, которые используют частные детективы, а применяя высокотехнологичное устройство, созданное по последнему слову техники развитого иностранного государства. Кто это делал?
Практически все жители Колпаково были опрошены насчет появления в деревне незнакомых подозрительных людей. Место глухое, коттеджных поселков рядом нет, посторонние появляются редко, а если и появляются, то большей частью грибники с кошелками…
Ну а если не с кошелками, и не грибники?…
Жители только пожимали плечами.
Помог случай. На старый мехдвор приехал светловолосый мужчина на облезлых «Жигулях», один из клиентов Архипыча, покупавший у него солярку. Сотрудник ФСБ, дежуривший на мехдворе, проверил его документы по компьютерной базе, а заодно спросил насчет подозрительных людей, интересовавшихся люками правительственной связи.
Тот вдруг вспомнил, как месяца полтора назад, когда впервые ехал к Архипычу, видел на обочине молодого пьяного мужчину с рюкзаком, который сидел на крышке бетонного колодца. Он попытался узнать дорогу, но тот повел себя странно, разговаривать не захотел, как ему показалось, испугался чего-то, забеспокоился. Что было странно, потому что парень выглядел, как настоящий качок… не здоровенный от природы деревенский бугай, а именно спортсмен из тренажерного зала… Чего ему бояться? К тому же пьяный, а пьяный у нас ничего не боится, даже если его соплей перешибить можно… Но и опьянение атлета, по мнению светловолосого, тоже было преувеличенным.
Водителя «Жигулей» проводили в группу розыска, где он дал подробные показания, а заодно помог составить словесный портрет незнакомца. Сотрудники снова обошли жителей Колпаково, спрашивая на этот раз конкретно о молодом атлете ростом где-то метр девяносто, с аккуратной тонкой бородкой, одетом в темные джинсы и стоптанные туфли, за плечами - рюкзак.