Страница 30 из 72
Но если Уэстон поверил, что я не девственница, что я переспала с Максимом и многими другими, то это то, что он мог думать. Девушка с фермы была девственницей. Сестра была опытной, даже если ей приходилось лгать об этом.
— Итак, что это будет? — Максим поднял бровь.
Мой желудок скрутило от мимолетного взгляда, которым одарил меня Уэстон; это напоминало грязное предательство, и сердце невольно упало в груди.
Я выдохнула, когда Уэстон толкнул меня перед собой, как преступницу перед мировым судьей. Но этот взгляд все еще проникал в мой разум, сожаление жгло мой желудок, и я не могла найти того раздражения, которое должна была испытывать.
— Это, что бы это ни было, черт возьми, — сказал он с горечью, — это сделано.
От этого резкого требования у Максима отвисла челюсть. Скрестив руки на груди, он посмотрел на меня, а затем с едва заметной вспышкой разочарования ответил:
— Договорились.
Максим соперничал с моей матерью как актер, но я была только рада, что все — что бы это ни было — прошло более гладко, чем я ожидала. Возможно, все остались бы живы. Теперь, если бы только я могла расстаться с Уэстоном полюбовно, я могла бы чувствовать себя довольной ситуацией. Это было завершение, в котором я нуждалась… не так ли?
Но, увы, я была девушкой, играющей в мужскую игру, и это обернулось тем, что я укусила себя за задницу.
— Ты сможешь проголосовать, как только твоя охрана выведет ее из города.
Чтобы полностью осознать слова Уэстона, потребовалось мгновение. Время остановилось в моем сознании, пока после пары неглубоких вдохов все не вернулось на круги своя, и серьезность, смысл не стали ясны. Он стоял совсем рядом со мной, и голос, от которого меня всего мгновение назад бросало в дрожь, теперь превратился в холодную фразу, как будто он действительно был судьей, а я — скромным простолюдином. Мое преступление: оказаться не в той таверне, не в том городе и не в то время. Его приговор: изгнание.
Я стояла совершенно неподвижно, мой душеприказчик стоял у меня за спиной.
Смятение скручивало и скручивало меня изнутри. Самый главный вопрос в моем сознании: почему? Почему его волновало, что я сделала? Где я это делала? Почему он считал, что имел право голоса в этом вопросе?
По какой бы то ни было причине, он спланировал это еще до того, как поцеловал меня сегодня вечером. Отправив Максиму ту записку, я многое прояснила.
— Далеко от юга. Север, запад, мне все равно. Но я не хочу видеть ее здесь снова. Сделай так, чтобы это произошло, и тогда ты получишь свой голос.
Я смотрела на Максима, мой разум оцепенел, тело все еще было ошеломлено требованием Уэстона.
— Готово.
Какое-то мрачное веселье захлестнуло меня.
Меня только что разыграли, и, черт возьми, это сработало.
У меня перехватило горло, я сглотнула и посмотрела на звездное небо.
Одно я знала точно: я пока не могла уехать из города. Я могла бы перевестись в другой дом Сестер с небольшими проблемами, но Сестричество не было тем, что удерживало меня здесь. Единственная возможность избавиться от Судьбы, о которой я знала, была настолько хороша. В "Книгах из колодца" была реальная документация об изменении Судьбы вспять, в отличие от других мистических сущностей, таких как Лейк Клэр. Это был мой лучший шанс.
Однако я не могла заставить себя отказаться от этого, и предвкушение пробежало вверх и вниз по моим рукам, оставив холодный пот от решения, которое я должна была принять. Даже если бы ожог на моих ладонях проявился в ближайшие несколько минут и я уехала бы быстро, Уэстон нашел бы меня за считанные секунды. Сбежать от него было невозможно, и это оставляло мне только один вариант.
— Я никуда не уйду. У меня здесь дело, и я останусь, пока не закончу его.
— Что это за дело? — спросили они одновременно.
Я улыбнулась Максиму, игнорируя Уэстона, который все еще стоял у меня за спиной.
— Это называется — мое дело, не твое.
На мгновение воцарилась тишина, и я заметила, как Максим обменялся взглядом с Уэстоном над моей головой. Планы. Они их строили. Ну, если уж на то пошло, я могла бы сказать, что свело их вместе. Впрочем, сейчас было не время для шуток; от нервозности у меня по коже побежали мурашки, но все же, — Правда? Сколько принцев нужно, чтобы заполучить одну девушку? — сорвалось с моих губ.
Следующие несколько дней обещали быть трудными, но единственным другим вариантом было покинуть город в сопровождении шести Неприкасаемых.
Заведя мои запястья за спину, Уэстон снял с меня серебряную манжету и бросил ее Максиму, который поймал ее, как будто они были лучшими друзьями. Почему он взял меня за рукав?
Уэстон взял меня за запястья одной рукой и, наклонившись, тихо прошептал мне на ухо:
— Отправляйся на север, в сонный городок, которому твое место. Живи своей жизнью. Выходи замуж за своего кузнеца.
Почему от этой мысли у меня скрутило живот от отвращения, когда он это сказал? Я тупо уставилась на Неприкасаемых, пробиравшихся к нам.
— Я планирую все это сделать, — равнодушно сказала я, — но не сейчас.
— Я думал, что мы могли бы сосуществовать здесь некоторое время, Каламити, но, очевидно, этого не произойдет. Если ты не покинешь этот город, ты не оставишь мне выбора. Не заставляй меня силой пробиваться к тебе.
Сосуществовать? Минуту назад мы прекрасно сосуществовали, не так ли? Моя грудь сжалась от предательства.
— У тебя отличный способ командовать людьми, — сказала я ему, у меня перехватило горло от решения, которое я должна была принять.
Он отстранился.
— Тебя готовили быть смешной, избалованной маленькой девочкой… Меня готовили указывать тебе, что делать. Это то, что у нас получается лучше всего.
— Тогда мы идеально подходим друг другу, не так ли? — саркастически спросила я.
— Жаль, что мы не можем это выяснить, — его протяжный голос пробежал по моему позвоночнику, недосказанность окутала нас, как душный, ленивый воздух, напоминая мне о его грубых руках на моей коже.
Я сглотнула.
— Уэстон?
— Что? Подожди, я знаю это — ты меня ненавидишь?
Наблюдая, как Максим разговаривал со своими людьми, я ответила:
— Да. Ты мне действительно не нравишься. На самом деле у меня даже есть список, но это было не то, что я собирался сказать.
— Список?
— Мммм. Хочешь посмотреть?
Он наблюдал за мной, слегка забавляясь.
— Думаю, я оставлю это своему воображению.
Я пожала плечами.
— Твоя потеря.
— Давай, выкладывай, что ты собирался сказать. Люди Максима отвезут тебя домой, а потом туда, куда тебе нужно. Ты можешь нанять магов в Шелтоне, — сказал он, упомянув соседний город, где магия не была запрещена. — Я бы не стал упоминать, что ты Сестра.
Суд магов был лишь одним из наших врагов.
— О, я и сама умею быстро перемещаться, — рассеянно сказала я, прикусив губу.
Ну, не совсем правду, но я не собиралась говорить ему, что моя магия неисправна.
— Я собиралась сказать, что я не ухожу. И я не смешна.
Он помолчал, глядя на меня сверху вниз.
— Да, это так. Что касается твоего ухода… Мне проводить тебя? Тебе нравится, когда я это делаю.
Я прикусила губу.
— Могу я взглянуть на один из твоих ножей?
Он перевел взгляд на меня, наблюдая за мной так, словно я сошла с ума. Но затем, задумчиво дернув челюстью, он потянулся за пояс своих штанов и вытащил маленькое лезвие, вложив его мне в ладонь. Почему бы и нет? Он не боялся меня. Не было ничего такого, что я могла бы сделать с этим ножом, чего он не смог бы остановить заранее.
Он мог иметь представление о том, кто я такая, слышать истории о том, откуда я родом, но он не знал, кем я была на самом деле — и я поняла это в тот момент, когда он вложил свой клинок в мою руку.
Максим закончил разговаривать со своими людьми и подошел, чтобы встать рядом с нами, его взгляд стал неуверенным, когда он увидел клинок в моей руке, затем посмотрел на Уэстона, как на сумасшедшего.