Страница 57 из 77
– Грейди, не могли бы вы еще раз напомнить мне наш маршрут?
Грейди дернулся на своем Стетсоне, шлепнул его по бедру, сорвал с головы шляпу, шлепнул ею по своей коленке и уставился на Элизабет.
– Разрази меня гром, мисси! Что это с вами, дитя мое?
– Что со мной? – нервно переспросила она, испугавшись, что этот белобрысый горец что-то заподозрил. – Со мной все в порядке.
– Тогда почему вы не в состоянии запомнить то, что я вам уже говорил? – Он вновь нахлобучил шляпу на голову. – Вы прямо как сынок. Не может запомнить, как его зовут. Я уже говорил ему, что у него, прошу прощения, мозги не на месте. Никак не могу взять в толк, что с вами обоими случилось в Сэм-Хилле. Если б один, а то ведь я дюжину раз говорил о нашем маршруте.
– Простите меня, Грейди. Вы правы, я была невнимательна. Ничего. Я…
– Хорошо, я расскажу вам еще раз. – И он вновь заморгал глазами.
– На этот раз я буду очень внимательна, – пообещала Элизабет и приготовилась слушать.
– Да уж, пожалуйста, потому что я повторяю в последний раз. – Он указал на линию горизонта. – К закату мы уже будем там, в Сьерра-Кабаллос. Потом, минуя вершину, повернем чуть правее, к тому месту, которое конкистадоры называли Jornada del Muerto, то есть Дорога смерти. Там нет ничего, кроме голой пустыни, змей, скорпионов, ядовитых муравьев и диких индейцев.
Мы поедем через пустыню, затем поднимемся на нагорье Сан-Андрес Рейндж, вершины которого достигают девяти тысяч футов. Затем спустимся с другой стороны Сан-Андрес и окажемся в середине Эль-Малпаиса, в Бэдлендс. Нам придется проехать через огромный участок, покрытый черным базальтом и застывшей лавой, а потом вниз, вдоль долины Тулароса к Белым Пескам. – Он взглянул на Элизабет, чтобы убедиться, что его внимательно слушают. – Мисси, Белые Пески – это огромное песчаное озеро, белое, как горный снег, глаза слепнут от этой белизны. Вы в жизни не видели ничего подобного! От Белых Песков – в бассейн Туларосы, ну а дальше – на Сакраментос. Это громадные горы, черт их дери. Один пик Аламо – высотой десять тысяч футов!
– Правда? Наверное, там даже кое-где еще лежит снег.
– Мы обогнем Сакраментос по краю, остановимся у подножия и оттуда направимся в Гвадалупу. Затем снова спустимся в пустыни, а потом – на юго-восток, куда мы, собственно, и направляемся.
Так что первый отрезок пути – пустяк по сравнению с тем, что нас ожидает. Впереди – пустыни, подъемы, ущелья, перевалы, – самые разные препятствия. В общем, не место там женщине. Вот почему Вест пытался уговорить вас остаться на ранчо Кабалло. Почему вы не согласились, мисси?
Элизабет покачала головой, тяжело вздохнула и сказала:
– Я полагаю, что Вест и донна… Как вам сказать…
– Уже несколько лет вместе, – продолжил за нее Грейди. – С тех пор как однажды, теплым весенним утром сынок увидел ее в экипаже возле отеля «Ла Фонда». Красавица, каких свет не видывал! Эти белокурые волосы, блестевшие на солнце, и яркое платье… Вест совсем потерял голову…
– Продолжайте, – мягко попросила Элизабет. – Тогда они и были представлены друг другу?
– Представлены? – усмехнулся Грейди. – Ну, если можно так выразиться. Они были представлены друг другу, только сделал это сам сынок. Видите ли, мы выходили из ресторана, мы – это я, сынок и Таос, и увидели ее в экипаже. А потом, как это… Ну сынок ни с того ни с сего открыл дверцу ее экипажа, вошел и уселся рядом с ней. Вот так! Тогда он еще и понятия не имел, кто она такая. – Вспомнив этот случай, Грейди засмеялся, трясясь всем телом.
– А потом, Грейди? – взволнованно спросила Элизабет.
– Потом, значит, сынок взял донну за руку и, глядя ей в глаза, так прямо и сказал: «Где бы вы хотели заняться со мной любовью?» Представляете, мисси? Значит, так, запросто вскакивает прямо к ней в экипаж и сразу спрашивает, где бы она хотела заняться любовью с ним! – Грейди вновь разразился хохотом, вытирая мокрые от слез глаза.
Заставив себя улыбнуться, Элизабет подождала, пока он успокоится, и, продолжая улыбаться, проговорила:
– Какая наглость! И что же ему ответила бедная женщина?
– В том-то и дело, – весело ответил Грейди. – Может, мне и не надо все это рассказывать, а вам слушать такое, мисси. Ну а как вы думаете, что ему ответила донна Хоуп?
Уверенная в том, что догадалась правильно, Элизабет тем не менее проговорила:
– Понятия не имею.
– Вы не поверите. Эта писаная красавица, надушенная дорогими духами, баснословно богатая вдова, посмотрела сынку прямо в глаза и сказала: «Ковбой, мне бы хотелось поехать с вами ко мне домой, но мое ранчо слишком далеко. Давайте поднимемся в мой гостиничный номер». – Грейди снова засмеялся и добавил: – С тех пор они вместе.
– Понятно. Они любят друг друга?
– Любят? Ну нет, ничего такого там нет. По крайней мере сынок не влюблен. – Неожиданно улыбка исчезла с обветренного лица Грейди. Он как-то сразу помрачнел. – Вест не из тех мужчин, которые способны полюбить, – с горечью проговорил Грейди и посмотрел куда-то вдаль, будто увидел то, чего Элизабет не могла видеть. – Он ведет такой образ жизни… у мексиканцев это называется nо 1е hace.
– Что это значит?
– А… так, ничего особенного.
Экспедиция миновала высокогорные луга юга Нью-Мексико и к ужину достигла поросшего кедровыми лесами склона Сьерра-Кабаллос.
Они остановились на привал на поляне, сплошь усеянной пурпурными лилиями. С цветка на цветок порхали золотистые бабочки. Синяя птица, крылья которой переливались на солнце всеми оттенками индиго, грациозно подлетела к небольшому ручейку с чистой холодной водой.
Птичка приземлилась на валун, торчавший из воды посреди ручья. Переминаясь с лапки на лапку на скользком камне, она обмакнула свой клюв в воду и, вспорхнув, полетела прочь к высоким вершинам.
Элизабет сидела в тени на гладком валуне и осматривала окрестности. Это была тихая, живописная долина, и при других обстоятельствах Элизабет была бы просто очарована этой фантастической красотой. Но не сегодня.
Она бросила враждебный взгляд на Веста, который вместе с другими мужчинами разбивал лагерь на ночлег. Элизабет пришло в голову, что движения Веста напоминают повадки хищника, заключенного в клетку. И никто в мире, кроме нее, не мог знать, насколько он опасен. Элизабет почувствовала, что у нее пересохло в горле. Она невольно представила себе могучие мускулы Веста, выступавшие буграми на его обнаженном теле, когда он стоял возле нее на коленях в залитой лунным светом комнате.
Элизабет сказала себе, что происшедшее прошлой ночью больше никогда не повторится.
По всей видимости, Вест думает, что теперь она будет принадлежать ему, как только он этого пожелает. Ну что ж, пусть узнает, что он ошибается. По непонятной ей самой причине прошлой ночью она просто потеряла голову. И сегодня горячо раскаивается в этом. Чувство вины и угрызения совести терзают ее душу. Сейчас она бы отдала все за то, чтобы вернуть время на двадцать четыре часа назад.
Если бы можно было вновь вернуться во вчерашний полдень, когда они еще не приехали на ранчо Кабалло. Или во вчерашний вечер до того, как она вышла в благоухающий цветами дворик, где ее ждал Вест.
Боже! Если бы можно было вернуть ту полночь, когда она увидела Веста, внезапно появившегося из ночной тьмы. Даже тогда все еще могло сложиться иначе. Стоило ей всего лишь вбежать в комнату и запереть двери балкона.
Впрочем, нет. Этого могло и не понадобиться. Несмотря ни на что, Элизабет знала, что Вест не позволил бы себе овладеть ею силой. Он же не дикий зверь, он же не такой, как полковник Фредерик Доббс, которого она когда-то в Луизиане…
Размышления Элизабет прервал Таос, внезапно появившийся перед ней с тарелкой, полной еды. Улыбнувшись, она поблагодарила его, взяла тарелку и поставила себе на колени. Она была не голодна, однако заставила себя проглотить пару маленьких кусочков. Вздохнув, Элизабет отставила тарелку, огляделась вокруг и увидела Веста. Наклонившись к воде, он сидел на берегу ручья и смотрел куда-то в сторону. Возле него на камне стояла тарелка с нетронутым ужином.