Страница 41 из 462
To Phillis The Fair Shepherdess
My Phillis has the morning Sun,
at first to look upon her:
And Phillis has morne-waking birds,
her rising still to honour.
My Phillis has prime-feathered flowers
that smile when she treads on them:
And Phillis has a gallant flock,
that leaps since she does own them.
But Phillis has too hard a heart,
alas, that she should have it:
It yields no mercy to desert,
nor grace to those that crave it.
Sweete Sun, when thou look’st on,
pray her regard my moan!
Sweete birds, when you sing to her,
to yield some pity, woo her!
Sweet flowers that she treads on,
tell her, her beauty deads one.
And if in life her love she nill agree me,
Pray her before I die, she will come see me.
Томас Лодж (ок. 1558–1625)
Мадригал для Розалинды
Любовь нежданно расцвела
В моей груди…
Эрот, не вейся, что пчела,
И не гуди!
Сбирая слезы, что нектар,
И умножая жгучий жар,
Божок усерден, прыток, яр…
Даятель бед — и многих кар
Изобретатель!
Глаза ли хочется сомкнуть,
Коль сон берет —
Не утомившийся ничуть,
Жужжит Эрот!
Он завладел моим пером
И лютней — молния и гром! —
Моим достатком и добром —
И золотом, и серебром! —
Храни Создатель!
Эрота выдрал бы я враз
Букетом роз —
Да разве резвый лоботряс
Повесит нос?
«Покинь меня, и не тревожь, —
Твержу, — ты мил, да не хорош:
Капризен, зол, коварен тож!
Не ставлю больше ни во грош
Тебя, предатель!»
Эрота высечь бы кнутом
Я славно смог —
Да отомстит, боюсь, потом
Крылатый бог…
Ну что ж, божок… Терзай мне грудь,
Но все же дозволяй вздохнуть —
И уж поладим как-нибудь…
Коль скоро вместе правим путь,
Браниться кстати ль?
Перевод С. Александровского
Красавице-пастушке Филлис
С лучами первыми встаёт
Моя подруга Филлис,
Когда алеет небосвод
И птицы пробудились.
Ступает робко по цветам,
Весне и солнцу рада.
Бежит за нею по пятам
Её овечье стадо.
Но, видно, у неё гранит
В груди заместо сердца.
Он только горе мне сулит
И не даёт согреться.
О солнце, разбуди
Огонь в её груди!
Пропойте, птицы, ей,
Что надо быть добрей!
Откройте ей, цветы,
В чём прелесть красоты!
Пусть пощадит меня, коль я ей люб,
Покуда я не превратился в труп!
Перевод А. Васина
Mary Herbert, Countess of Pembroke (1561–1621)
Psalm 120: Ad Dominum
As to th’Eternall, often in anguishes
Erst I have called, never unanswered,
Againe I call, againe I calling,
Doubt not againe to receave an answer.
Lord ridd my soule from treasonous eloquence
Of filthy forgers craftily fraudulent:
And from the tongue where lodg’d resideth
Poison’d abuse, ruine of beleevers.
Thou that reposest vainly thy confidence
In wily wronging; say by thy forgery
What good to thee? what gaine redoundeth?
What benefitt from a tongue deceitfull?
Though like an arrow strongly delivered
It deeply pierce, though like to a Juniper
It coales doe cast, which quickly fired,
Flame very hott, very hardly quenching?
Ah God! too long heere wander I banished,
Too long abiding barbarous injury:
With Kedar and with Mesech harbour’d,
How? in a tent, in a howslesse harbour.
Too long, alas, too long have I dwelled here
With frendly peaces furious enemies: