Страница 1 из 19
Виктория Горнина
Троя. История первая
От автора
Эта мысль, сделать из тяжело читаемых отрывочных произведений более приемлемый для восприятия единый связный рассказ пришла мне, когда один из сотрудников нашей конторы так, между делом жаловался, как накануне вечером его дочь учила домашнее задание. Тема была – мифы Древней Греции, и речь шла, кажется о Тесее, а может, и о Геракле – так никто из нас и не понял.
– Ну, в общем, один мужик пришел туда, а там был этот, ну, как его, и он ударил его и убил. А потом спас всех и стал героем – так говорила девочка.
Скучно, неинтересно, краски поблекли, впечатления – никакого, и ничего не отложилось в голове. Мне захотелось, чтобы прочитанное ожило, запомнилось, было ярким, с хорошим юмором и подлинным трагизмом и чтобы все это не ускользало от внимания, а напротив, произвело впечатление своей героикой, захватывающими сюжетами и искренностью персонажей. Именно такими стали для меня мифы Древней Греции, и, смею надеяться, что моя версия понравится вам.
1. Предыстория.
Да, жили некогда великие герои, светловолосые, голубоглазые богатыри, что в лихие годы не спасовали пред многочисленными бедами Девкалионова потопа и последовавшим за тем страхом голода – презрев опасности, эти сильные духом люди отправились на поиски новых земель – и их усилия увенчались успехом.
Наградой стал благодатный край, где цветущую равнину окружали холмы и горы, а полноводные реки замыкали ее со стороны континента, превращая обретенную землю в желанный рай для скитальцев, вынужденных покинуть родные места. Они решили остаться здесь и остались, построив город. Однако местные народы враждебно отнеслись к чужакам, и героям пришлось сражаться. Они разгромили беспокойных соседей, но потеряли своего предводителя – того, кто привел их в эти места. Полные печали, они назвали одну из рек, огибавших этот Эдем, Скамандром, а место погибшего отца, как водится, занял его сын Тевкр – отныне переселенцы стали называть себя тевкрами.
Примерно в то же самое время другие герои покинули Аркадию, и обрели новую родину на острове Самофракия.
Однако остров был так мал, а печаль по погибшим братьям так велика, что один из героев – Дардан отправился в одиночку через море на плоту, моля богов о легкой смерти. Но другой жребий уготовила ему судьба. Благополучно завершилось плавание Дардана, и плот пристал невредехонек прямо к городу Тевкра – Сминфию.
Радушно принял Тевкр Дардана. Дал пришельцу в жены дочь свою царевну Батию и часть царства в придачу. Однако тесно было двум героям в Сминфии. Новый город решил основать Дардан. Небольшой холм Ата, что возвышался над живописной долиной, как будто подходил для этой цели. Но оракул Аполлона был неумолим – проклятие лежит на холме Ата – возвестил он ошарашенному Дардану. Несчастья одно за другим будут сыпаться на жителей будущего города – так звучало зловещее предсказание. Но Дардана не так просто было напугать.
– Что же нам теперь так и толкаться на одной кухне? Нельзя в этом месте – найдем другое.
Так на нижних склонах горы Иды появился новый город – Дардания.
После смерти Тевкра Дардан круто взялся за дело. Весь цветущий край теперь принадлежал ему. И вот тут-то всплыла вся правда об этом Дардане, некогда нищим скитальцем явившимся сюда. Всплыть-то она всплыла, да было поздно. Напрасно царевна Батия кусала себе локти. Не успели тело Тевкра предать земле, как в Дардании один за другим появились сыновья Дардана от предыдущих браков – Эрихтоний, Ил и Идей.
Идей приволок с собой огромное количество священных изваяний, и взялся обучать народ всяким мистериям и заморским культам – словом, вплотную занялся духовной жизнью жителей Дардании.
Правда, на светскую власть он не претендовал. По существу этот Идей был жрецом, и должность главного духовного отца народа его вполне устраивала.
Как не стонала бездетная Батия, сколько не причитала, а наследовал Дардану старший сын Эрихтоний, а Эрихтонию – Трос. Этот Трос более всего известен тем, что при нем край стал называться Троадой, а так же тем, что его младший сын Ганимед служит виночерпием на Олимпе.
В качестве компенсации за исчезнувшего сына, между прочим, самого красивого юноши, когда-либо жившего на земле, Тросу досталась золотая лоза работы Гефеста и пара крылатых коней, а также голословные уверения в том, что Ганимед обретет бессмертие.
История, прямо скажем, довольно темная – и мы сильно сомневаемся, что Зевс до сих пор сам обслуживал себя за столом, и на Олимпе некому мыть тарелки. Скорее всего, Зевсом двигала похоть – с этой целью он и похитил мальчика. Но Гера живо охладила пыл драгоценного супруга. В конце концов, Ганимед оказался в созвездии Водолея.
А что делал все это время младший из братьев – Ил? Он, оказывается, даром времени не терял. Понятно, что как самому младшему, ему не на что было рассчитывать. И он, не долго думая, отправился искать счастья во Фригию, что находилась по соседству. Боги не обидели Ила. Это был крепко сбитый молодой человек с хорошо развитой мускулатурой и дерзким выражением лица. Поэтому, когда во фригийской Эвлейе он вступил в начавшиеся игры и стал победителем в борьбе, никто особенно не удивился.
Получив награду – пятьдесят юношей и столько же девушек, Ил хотел было зажить спокойно, но фригийский царь, поразмыслив, расспросил пришельца кто он и откуда, почел за благо отправить его восвояси – и желательно подальше.
С таинственным видом практикующего заклинателя змей царь выделил Илу пятнистую корову и посоветовал основать город там, где животное первый раз ляжет на землю. При этом хитрый царь распорядился изловить овода и незаметно выпустить его под хвост той самой корове, что виртуозно и проделали слуги фригийского царя, когда выводили ее из стада – корова понеслась как хорошая скаковая лошадь – Ил и его спутники едва поспевали за нею. Территория Фригии осталась далеко позади, а корова все неслась и неслась, не зная покоя. Так Ил неожиданно для себя галопом вернулся в Дарданию или Троаду – это уж как угодно. Обессиленная корова свалилась замертво у холма Ата.
Озадаченный Ил обратился к Зевсу с вопросом – как быть? Ведь на холме Ата лежало известное проклятие однажды уже озвученное оракулом – Ил хорошо знал об этом.
– Не волнуйся – ответил Зевс – Строй свой город. Богиня, упавшая с небес, будет беречь его от всевозможных бед. Сохрани ее – и ты сохранишь все, чего достигнешь.
Полночи ломал себе голову Ил, что это за божественная галиматья, и как все это понимать. Он мерил шагами ограниченное пространство своего шатра, то и дело прикладывался к чаше с вином – но ситуация от этого яснее не становилась.
Наконец, под утро сон все же сморил его – потому громкие крики, что раздавались с улицы, не сразу разбудили Ила. Едва злая опухшая физиономия появилась в складках шатра, служивших дверью, как все сто человек (те самые пятьдесят юношей и пятьдесят девушек, что должны были стать и стали первыми жителями нового города) загалдели еще сильнее, перебивая друг друга.
– Господин, посмотрите.
– Вчера ее здесь не было.
– Это упало с неба.
– Какая-то фигура, господин. Вроде деревянная.
– Да тихо вы. Дайте посмотреть, что такое.
Народ расступился, и перед Илом оказался деревянный предмет в три локтя высотой.
Фигурка богини держала копье в правой руке, а прялку с веретеном – в левой. Сообразительный Ил понял сразу – это знак, тот самый знак, что послал ему Зевс. Вот она, богиня, упавшая с небес. Теперь ничто не помешает ему возвести здесь новый город. Ил ясно ощутил, что находится в преддверии сбывшейся мечты – самой заветной мечты его жизни, а потому его лицо едва не светилось от счастья – он смотрел на свой народ взглядом полководца только что одержавшего главную победу в самом грандиозном сражении. Спутники Ила молчали, переминаясь с ноги на ногу, явно не понимая всей торжественности момента.