Страница 4 из 91
— Ситуация простая, как твоё чувство юмора, Петруша: мы с тобой сделаем вид, что находимся на разных планетах. Тебя не существует для меня, а меня не существует для тебя. Лучшими друзьями нам не быть, но и из войнушек в стиле залить чернила в портфель мы тоже уже выросли, я надеюсь. Ну, я — точно. Мне без разницы, что там происходит в бизнес-мире, я предлагаю поступить по-взрослому: будем друг друга игнорировать до конца года.
Миля посмотрела на Ваню таким взглядом, что он едва удержался от смешка. Певцов, к его удивлению, только серьёзно кивнул.
— Согласен. У меня большие планы на этот учебный год, и в них точно не входят Вольские.
Он одарил Вику наглой ухмылочкой, развернулся вместе с Милей и пошёл по коридору. Не оборачиваясь, он отсалютовал Вике, которая всё ещё сердито смотрела ему вслед:
— До встречи, милая!
Спустя секунду Ваня услышал, как Вика злобно пробормотала:
— Никакого Шекспира. Я никогда не влюблюсь в Певцова, даже если он останется последним парнем во всех вселенных. Никогда.
Ваня улыбнулся и протянул Вике мизинец:
— Клятва на мизинчиках! Никакой любви в этом учебном году!
Вика зацепилась за его мизинец своим, Ваня почувствовал, как в палец врезалось Викино колечко.
— Никакой любви! — торжественно проговорила она, затем отпустила его руку и бодро зашагала по коридору в противоположную от удаляющегося Певцова сторону.
«Может, этот год будет не таким уж и ужасным», — с улыбкой подумал Ваня и поспешил догнать Вику.
Глава 2. Русичка
ВАНЯ
Вика и Ваня присоединились к самому многолюдному потоку, который, как оказалось, привёл их во внутренний двор.
— Фонтан? Серьёзно? — Вика скептически окинула взглядом территорию, которую быстро заполняли ученики.
Двор из себя представлял большую квадратную лужайку, окружённую с четырех сторон школьными стенами. Посередине журчал круглый фонтанчик, на небольшом расстоянии от него расположились скамейки. Всё остальное пространство покрывала трава, и ребята бросали сумки и садились, а некоторые — ложились, где придётся. Несколько человек кучковалось в центре, подставляя лица солнцу, но большинство выбирали тенёк под небольшими деревцами, посаженными по периметру. Обстановка была приятная, даже слишком, как в европейских школах из молодежных фильмов. Ваня почувствовал странную тоску. Он не принадлежал этому миру вычурной роскоши, в отличие от Вики, которая уверенно повела его через весь двор к противоположному крыльцу. Они сели на ступеньки и оба молча уставились на фонтан перед ними. Потом Ваня тихо сказал:
— Я так и не понял, почему ты здесь оказалась.
Вика хмыкнула и перевела на него взгляд.
— Расскажи мне свою историю, и я расскажу свою.
Ваня вздохнул.
— Моя история проста. Как юмор Певцова, — добавил он, и оба прыснули. — Я нищий голодранец, который с детства мечтал здесь учиться. Подавал заявления каждый год и каждый год получал отказ. Со временем из упорства это превратилось в тупой ритуал без какой-либо надежды. Но почему-то я снова и снова подавал документы. Целый год пахал, участвовал во всех возможных олимпиадах, чтобы собрать грамоты и снова летом сюда поступать. И снова получить отказ.
— Но вот ты здесь, — сказала Вика.
— Но вот я здесь, — повторил Ваня.
— Что-то тебя не распирает от радости. Мечта оказалась не такой сладкой?
— Что-то в этом роде. Я не учёл, что помимо мозгов тут ещё важны деньги. У всех крутые родители, а моя мама — нянечка в детском саду.
— А папа?
Ваня сжал губы.
— Его нет.
Вика кивнула.
— У меня тоже. Этот идиот ушёл от нас, когда влюбился в какую-то практикантку или секретаршу, или бог знает кого. Мама расстроилась и отсудила у него кучу денег и бизнес.
— Я уже понял, что твою маму лучше не расстраивать, — сказал Ваня с тихим смешком.
Вика вздохнула и снова посмотрела на фонтан.
— Это точно.
Ваня посмотрел на неё, она выглядела печальной.
— Теперь твоя очередь. Что там за история с Певцовыми?
Вика немного помедлила с ответом, сорвала травинку и начала вертеть её в руках.
— Моя мама — корпоративный юрист. Свою карьеру она начинала в компании Певцова.
— Серьёзно? Твоя мама работала на Певцова-старшего?
— Да, хотя тогда у него была совсем крошечная фирма, но они очень быстро росли. Потом мама выяснила, что Певцов работает не совсем законно, и пригрозила разоблачением. А он так всё обернул, что виновата оказалась она — якобы допустила ошибки в документах или что-то в этом роде. С мамой после этого никто не хотел работать, а Певцов высоко взлетел. Мама решила, что отомстить ему — дело чести, работала сутками, делала себе имя и в итоге стала самым крупным корпоративным юристом города, у неё тоже уже своя фирма, сотрудники и успех. Но по пути к успеху от нас ушёл отец, а мама стала одержима идеей сделать так, чтобы Певцов потерял бизнес, начатый нечестным путём. Она берётся за любые дела, так или иначе связанные с его корпорацией. Несколько раз она была очень близка к тому, чтобы утопить его, но Певцову как-то удавалось выходить сухим. Сейчас он ведёт дела почти безгрешно, мама бесится ужасно. Именно её одержимость привела меня сюда — кто-то ей сказал, что она статусом до Певцова не дотягивает, чтобы с ним тягаться, даже её дочка ходит в обычную школу. Маме этого было достаточно, чтобы из очаровательной леди превратиться в огнедышащего дракона, который пригрозил директрисе всеми налоговыми мира, если меня не возьмут.
— Мда. Это действительно что-то из Шекспира.
— Давай сойдёмся на «Отелло», только пусть в роли Дездемоны будет Певцов.
Ваня прыснул.
— Думаешь, он действительно так плох?
— Как Дездемона?
— Как его отец.
— Уверена. Сразу видно, что этот надутый павлин считает себя центром мира. Человек, которого вырастил Сергей Певцов, не может быть хорошим.
Ваня покачал головой.
— А что, если ты ошибаешься, и он нормальный парень?
Вика окинула взглядом двор.
— Тогда ненавидеть его будет гораздо сложнее.
— А обязательно ненавидеть?
— Ты что, не слышал ничего из того, что я сказала?
— Слышал. Но, по-моему, это слишком категорично. И ты слишком предвзята. А уж решение ненавидеть человека из-за того, что у твоей мамы к их семье вопросы, — это совсем тупо.
— Ну вот мы и выяснили, что из нас двоих умный только ты. Поступил на бюджет, не одобряешь ненависть к детям идиотов-родителей, здорово. Как тебе, кстати, будет удобнее мне готовую домашку присылать — на почту или в мессенджер?
Ваня засмеялся.
— Не рассчитывай.
— На твоём месте я бы поаккуратнее отказывала будущей старосте.
— Даже если ты завтра станешь президентом, я не буду делать за тебя домашку.
— Очень жаль, — беспечно ответила Вика. — Но попробовать всё равно стоило.
Они продолжали перешучиваться о необходимости раболепного преклонения перед школьными старостами, пока не прозвенел звонок. Вика поднялась со ступенек и посмотрела на суету вокруг них — ребята быстро расходились в разные стороны.
— Если бы ты был кабинетом русского, где бы ты был?
Ваня закинул на плечо рюкзак.
— В правом крыле. Пойдём, я знаю, куда.
И Ваня повёл их на третий этаж.
ПЕТЯ
За минуту до звонка Петя выскочил из столовой и быстро пошёл к кабинету русского. В этом году у них новая учительница, неизвестно, как она отнесётся к опозданиям. Хотя Петя и сам ненавидел опаздывать. В коридоре на третьем этаже он услышал голоса одноклассников:
— Кто-то её уже видел?
— Кого?
— Новую русичку.
— У нас новая русичка?
— Чем ты слушал на классном часе, Трофимов?
— Ничем я не слушал, я был занят.
— Любовался своим отражением?
— Заткнись!
Петя замедлил шаг, вывернул из-за угла и вальяжно подошёл к двери нужного кабинета, где уже столпились ребята.