Страница 198 из 202
Хоть с уборкой тел на алее и площади и управились за пару дней, кровь, застывшая на камнях и мраморе, казалось, не смоют даже ливневые дожди. Казалось, что и зловонье от тел останется там навсегда. Помимо этого, в некоторых блоках дворца было невозможно находиться из-за горелого запаха. Потому было решено провести коронацию в Шомабаде, и теперь огромная делегация не спеша подходила к городу, построенному в ночи.
Шомабад располагался на протяженном холме на открытой местности и состоял из двух частей, которые называют левая звезда и правая звезда. Строительство города было инициировано Расулом Вторым. Он хотел, чтобы старые падишахи уходили в этот город на покой, уступая трон молодым наследникам. Он сделал это для будущих поколений, ибо знал, что строительство города не завершится до конца его жизни. Расул Второй издал соответствующий закон, согласно которому падишах, дожив до шестидесяти пяти лет, обязан уступить трон наследнику, и первым же исполнил свой закон.
По воле Расула Второго строительные работы в основном шли после захода солнца и только в дни Ситорамона. Потребовалось одиннадцать циклов этого удивительного, до сих пор не объясненного феномена, чтобы возвести Шомабад.
Этот город — зеркальное отражение двух звёзд, появляющихся раз в двадцать два года под луной. Возведенные, а точнее выращенные из хвойной живой изгороди, стены представляют собой пятиконечные звезды с одним длинным хвостом в каждой. Эти хвосты тянутся друг к другу и между ними есть мост — единственный переход из одной звезды в другую, не считая внешние наземные тропы. Этот мост выполнен из веток самой изгороди.
В вершинах звёзд возведены мавзолеи, вокруг которых цветут сады и бьют фонтаны. В каждом пентагоне — посередине звёзд, построены дворцы с огромными стеклянными куполами. Эти купола состоят из множества пятиугольных выпуклых стеклянных блоков, напоминающих небольшие купола. Потому эти дворцы называют «купольными».
Сами купольные дворцы построены в основном из дерева с каменной основой. Высота стен составляет двадцать два газа, а купола добавляют к ним ещё двадцать два газа. Наружные стены украшены резьбой и цветной росписью. Купольные дворцы были возведены в форме пентагона и на каждой стороне перед стенами возвышались по одиннадцать колонн, скрывая за собой террасы и балконы. Каждый дворец состоял из двухсот сорока двух комнат и в них жили в основном слуги, присматривающие за падишахами до их смерти и за их мавзолеями и садами.
Городом руководит наиб, назначаемый падишахом. Однако, экономика города всегда была самостоятельной и мало зависела от внешних продовольственных и других поставок.
Общая площадь обеих звёзд Шомабада сравнилась бы с половиной Арружа. Её внешние зеленые стены в высоту достигают двадцати двух газов, а в ширину одиннадцать. За этими размерами строго следили садовники. Пару таких садовников заметил Азим на поступях к огромным воротам левой звезды.
— Их называют пауками, — объяснил, ехавший рядом Латиф.
— Почему? — спросил Азим, опустив на него взгляд.
— За то, что они с легкостью могут карабкаться по этим стенам, — Латиф указал на садовника в бледно-коричневых одеяниях, быстро спустившегося на пару газов вниз и исчезнувшего в зеленых ветках.
На удивление Азима ворота тоже оказались из живой, однако, цветущей изгороди, шириной в три, а высотой в одиннадцать газов. Ворота держались на больших незаметных петлях и стояли на почти незаметных каменных колёсах, с помощью которых и открывались.
Земля в проходе и до площади, ведущей ко дворцу, вымощена пятиугольными камнями, в основном, светлых оттенков. Центр площади пентагона занимал купольный дворец. Остальное место было отведено цветникам, небольшим фруктовым садам, беседкам и фонтанам, половина которых была обнесена низкой живой изгородью зеленого, зеленовато-синего и пурпурного цвета.
Азим, облачённый в белые шёлковые одеяния, первым въехал в город и его поприветствовали с почестями придворные слуги левого дворца и наиб Шомабада. За ним въехали Бузург и Латиф, которые также спешились и подошли к наибу Шомабада. Тот с учтивым поклоном встретил благородных гостей и пригласил во дворец. Пока они шли по мраморной тропинке, остальная делегация медленно втекала в пентагон, а симурги, не найдя себе место, улетели на север…
— Они здесь? — спросил Бузург ибн Махмуд.
Была и другая причина, по которой они приехали в Шомабад. Латиф и пара других чиновников Расулабада рассказали Азиму и Бузургу про Мехри и её третьего сына. Орзу заявлял, что это сын падишаха Нодира и у него есть права на трон. Однако Расим обвинял Орзу в порочной связи с Мехри и её сын — это его побочный сын. Теперь они оба мертвы и правду может знать только наиб Шомабада, где и рос этот предполагаемый наследник.
Чтобы поговорить об этом вдали от лишних ушей, Азима и его чету, включающую в себя султана Ахоруна, мэров Арружа и Мираса, наибов Чехры и Джоду, Латифа и пятерых чиновников Расулабада, пригласили на восточный балкон на последнем этаже левого купольного дворца. Их усадили за большой топчан, на котором заранее накрыли богатый дастархан со множеством фруктов, печёных и напитков, за исключением вина.
— Они… Узнав о провальной попытке свергнуть падишаха Расима и о подавленном мятеже, госпожа Мехри, опасаясь за жизнь сына, покинула город вместе с ним, — замешкав, ответил наиб.
— Где они? — спросил Бузург. Его тон не был расположен к душевному разговору, так как он понял, что наиб чего-то недоговаривает с самого начала.
— Я н-не уверен, г-господин, — с запинкой ответил наиб, избегая взгляда Бузурга. — Госпожа родом была из Чехры. Возможно, она могла вернуться туда, — он перевёл взгляд на наиба Чехры, надеясь, что султан от него отстанет.
Бузург тоже посмотрел на наиба Чехры, с намеком на вопрос в своих глазах.
— Она не обращалась ко мне за помощью, — сказал Окил, словно оправдываясь. — Я бы знал, если бы она появилась в городе.
— За провальными попытками свергнуть колдуна стоит госпожа Мехри? — спросил Азим.
Ахад, с досадой вздохнув, виновато опустил глаза и плечи.
— Боюсь, что так, мой господин, — негромко ответил он.
— Орзу заявлял права третьего сына Мехри на трон, но Расим обвинял его в интимной связи с госпожой Мехри, — заговорил Латиф.
— Это правда? — спросил Азим в один голос с Латифом.
Сжав губы, наиб Шомабада молча покивал. Не стоило углубляться в вопрос, он и так его понял.
— Орзу часто приезжал в Шомабад и навещал госпожу Мехри с её сыном. Вскоре я догадался о целях его визитов и поговорил с госпожой. Она рассказала мне обо всём, — признался наиб.
— Если вы знали правду, почему не сказали раньше? — вознегодовал Латиф. — Я был там и своими глазами видел, как Расим превратил голову Орзу в головешки. Этого можно было избежать!
Наиб томно вздохнул и посмотрел на негодующего Латифа.
— Орзу был гнилым человеком, — сказал он. — Все дети госпожи Мехри были его побочными сыновьями. Он знал, что за смертью Носира и Мунира стоял Расим. Он хотел мести и, поведай я эту тайну всему миру, его бы это не остановило. Узнав о гибели любимого, госпожа Мехри подкупила некоторых военачальников на мятеж.
— Мне не нужны мятежи, — предупредил Азим.
Наиб Шомабада растерялся и не знал, что ответить. Такого давления ему никогда не оказывали. Он думал, что находится на допросе и съёжился, как мышь в углу.
— Как его зовут? — спросил Азим.
— Амир, — ответил Ахад негромким голосом.
Бузург и Фотех иронично хмыкнули.
— Он знает о своём происхождении? — спросил Азим.
— Госпожа Мехри…
— Не называй её так! — потребовал Бузург. — Она утратила это право, изменив падишаху Нодиру.
Ахад кивнул и исправился:
— Мехри и Орзу решили скрыть это от юноши.
— А вы ему не рассказали? — спросил Азим.
— Нет, — повёл головой Ахад. — Но, когда старшие сыновья скончались и Мехри с Орзу вознамерились посадить на трон Амира, я рассказал юноше правду. Он отказался верить в неё.