Страница 20 из 71
Дмитрий ничего не сказал, когда Хонор в машине уткнулась в ноутбук, чтобы проверить, нет ли на снимках улик, которые могли бы привести к идентификации других членов извращённой группы.
— Я уничтожу всё это, — сказала она, когда они шли прочь, не найдя в спальне больше ничего полезного. Да, флешки — улика, и обращаться с ними следовало осторожно. Но на улице — голая, связанная и обесчещенная Хонор, желающая чтобы фотографии исчезли, и их больше никто и никогда не видел.
Подойдя к багажнику, Дмитрий открыл небольшой набор инструментов и достал молоток. Им она расколошматила карту памяти, затем взяла протянутые плоскогубцы и вытащила металлические детали. Дмитрий хладнокровно за всем наблюдал. Но к моменту, когда закончили осмотр дома, хладнокровие стало тягостным — Томми не оставил никаких зацепок, где мог находиться.
— Хонор. — Дмитрий повернулся к ней лицом, когда остановил Феррари перед штаб-квартирой Гильдии. Выдержав её взгляд, он протянул руку и намотал на палец выбившуюся прядь волос ц неё на затылке, стараясь не задеть больше ни одну часть тела. — Такие мягкие, — поговорил он. — Ты красивая женственная, и сломить тебя так трудно.
Боль — эта ужасная штука — в груди не ослабла.
Но в этот момент она отдала бы всё за поцелуй Дмитрия. Он не человек, даже не хороший вампир, но вернул ей частичку гордости, которой лишил Томми.
— Когда что-то узнаю, позвоню, — сказала она, и это походило на обещание. Вместо того чтобы пойти наверх к Саре, Хонор пошла в подвалы. Подземные убежища служили двум целям — место, где охотники могли укрыться, когда ситуация накалялась, и дом для сложных систем наблюдения и сбора данных. Всё это управлялось блестящим умом, запертым в, сломанном после несчастного случая в детстве, теле.
Вивек мог чувствовать лишь плечи и выше, но если кто-то думал, что это мешает ему быть лучшим аналистом/шпионом в интересах Гильдии, его ждёт чертовски неприятный сюрприз.
— Хонор, — поздоровался он, когда она прошла все протоколы безопасности, чтобы войти в бункер, в котором размещались компьютеры, откуда — по слухам — он правил миром. — Дмитрий тебе уже надоел?
Глава 11
Поражённая, она внимательно присмотрелась… и заметила морщинки озабоченности на его лице.
— Я не прячусь от Дмитрия
— О, хорошо. Хотя, если сильно разозлишь его, постарайся не стрелять средь бела дня. Сара до сих пор не простила Елену за это. — Хонор слышала об этом инциденте, и даже просмотрела сообщения в Интернете.
— Думаю, пуля недолго пощипит, но совершенно уверена, что вампир слишком стар, чтобы его можно было ей убить, пусть даже попадёт прямо в сердце. — Вивек поморщился.
— О-о-о-о, Елена этого не знала. — Повернув кресло тихой голосовой командой, он поехал к главным компьютерным панелям, чтобы проверить мигающее предупреждение. — Значит, ты пришла насладиться моей весёлой компанией? — Саркастическое заявление, но Хонор провела детство в одиночестве и понимала эти эмоции лучше, чем большинство.
— Прости, что долго не навещала тебя, — сказала она. — Правда в том, что я, вероятно, не покинула бы Академию даже сейчас, если бы Сара не заставила. — Казалось невозможным, что она такое слабое, избитое существом, но так и было, и это нельзя игнорировать. Но Хонор никогда больше не вернётся в это состояние. Вивек бросил на неё проницательный взгляд. — Тут безопасно. Люди не понимают, что им это нужно. — Она подумала о Вивеке в бункере, защищённом от мира, который отверг его, когда он стал не таким совершенным. За исключением… — У тебя гораздо больше мужества, чем у меня когда-либо будет, Ви.
Брошенный в учреждении своей семьёй, он буквально являл собой явный, упрямый отказ сдаться.
— Я был ребёнком, когда это случилось, — грубо сказал он. — Мне хватило времени, преодолеть жалость к себе, пока гнил на больничной койке, так что не хвали меня, я этого не заслуживаю.
Хонор покачала головой, но промолчала.
Затем спросила, зачем пришла, хотя ужас от этого по-прежнему был похож на зазубренный кирпич, рвущий душу.
— Мне нужно, чтобы ты кое-что поискал. — Гнев, паника и тошнота скрутили внутренности. — Фото или видео со мной.
Глаза Вивека вспыхнули такой яростью, что она могла бы испугаться, не знай, что он рождённый охотник — прикован к инвалидному креслу или нет, у него были те же инстинкты, что и у остальных в Гильдии. Сосредоточившись на компьютерах, он начал так быстро отдавать голосовые команды на стольких разных экранах, что она не успевала уследить. Капля холодного пота скатилась по спине, пока Хонор смотрела, как кадры накладываются один на другой. Сглотнув желчь, обжигающую горло, она заставила себя подождать, пока Вивек закончит поиски. — Покажи мне. — Фото за фото заполняло экраны. Она просмотрела каждую страницу результатов, а Вивек перепроверил их.
— Это всё?
— Да. Я копнул очень глубоко, использовал самое большое количество разнообразных поисковых запросов. — Содрогнувшись, она рухнула в кресло.
— Это все фотографии файлов, опубликованные, когда я исчезла, или откровенные снимки, сделанные после моего спасения? — Вивек продолжал разговаривать с компьютерами ещё минут десять, проверяя и перепроверяя.
— Сеть чиста, Хонор. Какие бы фотографии ни сделали эти ублюдки, они их не загрузили. — У него заблестели глаза — Я бы сказал, что они слишком боятся Башни.
— И правильно делают. — Она должна обрадоваться, но то, что нашла Валерию и узнала личность Томми, только усилило осознание, что другие, которые обращались с ней как с куском мяса, всё ещё жили, насмехаясь над ней, живя своей жизнью, свободной от ужаса или страха. — Я не остановлюсь, — сказала она так тихо, что Вивек не услышал, и стиснула кулак. — Как и Дмитрий. — Она напомнила себе, что на её стороне кто-то бесконечно опасный и безжалостный, страшнее любого из больных друзей Валерии.
«Хонор, я не намерен тебя ломать. Планирую соблазнить».
Конечно, этот мужчина хотел откусить от неё кусочек. И ни маленький. Нет, Дмитрий не удовлетворился бы ничем меньшим, чем полная капитуляция.
Через девять часов после того, как в последний раз видел Хонор, когда ночь уже окутала мир, Дмитрий закончил говорить с Галеном по спутниковой связи, когда Веном связался с ним.
— Сорроу убежала от охраны. — Вампиру не составило труда привыкнуть к новому имени Холли… возможно, потому, что когда-то он принял собственную новую личность. — Чуть больше часа назад. — Дмитрий не стал чертыхаться.
— Я найду её. — А ещё пообщается с охранниками. Хотя Сорроу очень умная и не совсем человек, ей меньше четверти века, а им сто пятьдесят с лишним лет.
Веном тряхнул головой, отчего волосы упали ему на лоб.
— Слушай, — сказал он, нетерпеливо убирая локон, — ты разбираешься с другим делом. Я…
— Нет. Она под моей ответственностью. — Елена нашла её, но именно он вытащил Холли из той крошечной будки, где она, вся в крови, пряталась. — Я знаю, куда она пойдёт. — Веном не сдвинулся с места, его готовность противостоять остальным в Семёрке одна из причин, по которой его взяли в эту команду.
— Дмитрий, ты слишком глубоко в это погружаешься. Если… — Чёрные зрачки вампира сузились, превращаясь в точки на фоне жгучей зелени радужки. — Если в ней больше Урама, чем человечности, может последовать казнь.
— Это не проблема. — В конце концов, он сломал шею собственному сыну.
«Всё будет хорошо, Миша. Обещаю».
Он солгал с улыбкой на устах, поцеловал сына в лоб, и эта нежная, как у младенца, кожа горячо прижалась к его губам.
«Папа всё уладит».
Заметив Феррари парни, болтающиеся у обочины, когда он припарковался на свободном месте перед грязным маленьким зданием с неоновой вывеской, провозглашающей «Кровавое логово», одобрительно заворчали. Поскольку по номерному знаку ясно, что машина принадлежит Дмитрию, он не стал утруждаться предупреждениями. Любой, кому хватит тупости прикоснуться к его машине, заслуживал того, что причиталось.