Страница 39 из 84
Чувствуя, что ее уверенность в себе пошатнулась, Пайпер вышла из кареты и направилась к станции, чтобы, как обычно, справиться о Гранте Фредериксе.
Услышав описание Гранта, почтовый служащий кивнул и сообщил Пайпер новость, которая заставила ее сесть, чтобы не упасть:
– Как вам известно, миссис Логан, на этом маршруте участились нападения индейцев и грабителей. Карета мистера Фредерикса была остановлена четыре дня назад. Кучер сообщил, что этот господин был вне себя, когда у него отняли саквояж, но отказался сообщить, сколько денег и ценностей похищено, кричал и возмущался словно безумный. Говорят, Грант Фредерикс вышел в Тусоне, чтобы собрать отряд для поиска ограбивших его бандитов.
У Пайпер было такое ощущение, словно ее ударили в солнечное сплетение. Деньги, которые Грант украл у нее, теперь похитили у него? «Боже! Я стала нищей!»
Логан нахмурился, заметив, как побледнело напряженное лицо Пайпер. Ее руки дрожали, когда она судорожно вцепилась в юбку. Она была расстроена, нет, убита новостью, но Логан не мог понять почему. «Черт, это всего лишь деньги, а я ведь щедро вознаградил ее еще в Форт-Смите!»
– О, кстати, – добавил почтовый служащий, взглянув на великана, прислонившегося к стене. – Поздравляю, мистер Логан. Слышал, вы женились. – Его улыбка погасла, и он вздохнул: – Надеюсь, вы сумеете остановить эти грабежи. Грант Фредерикс – не единственный пострадавший. Другие пассажиры тоже лишились денег, а почта была разбросана вокруг кареты, кучер ранен в плечо.
Мрачно кивнув, Логан проводил Пайпер в их скромно обставленную комнату и уже хотел уйти, но она остановила его:
– Куда ты идешь?
– Осмотреться.
Пайпер швырнула свою сумочку на кровать. Она была в отчаянии.
– На что ты собираешься смотреть? – наконец спросила она. – На кактусы, ящериц, сороконожек? Полагаю, ты мог бы назвать их всех по именам, поскольку это знакомые тебе места.
– Нет, черт возьми! – прорычал Логан. – Меня наняли для того, чтобы я выяснил обстановку и предотвратил дальнейшие грабежи, если возможно. Я думал, ты будешь рада избавиться на несколько часов от моего присутствия. За прошедшую неделю ты так часто была холодна со мной, что я уже весь заледенел.
Пайпер хотелось кричать, швыряться вещами и причинить Логану такую же боль, какую испытывала сейчас сама.
– Прекрасно, тогда беги на солнышко! И пока осматриваешься, найди в Санта-Ане сеньориту, которая утолит твою животную страсть. Можешь напиться до чертиков и сжечь все свои проклятые двухдолларовые бумажки, раскуривая отвратительные сигары.
Логан, ничего не понимая, молчал. Пайпер швырнула в него несколько монет.
– И возьми их с собой. Когда закончишь пить, курить и развратничать, отправляйся играть в карты, чтобы проиграть за меня остатки моих денег. Что мне несколько сотен долларов, когда я столько потеряла?
Ее голос с каждой секундой становился все пронзительнее. Она кричала в лицо Логану, застывшему от удивления.
– Сколько денег ты потеряла? – требовательно спросил он.
– Не твое дело! Я пыталась нанять тебя для поисков Гранта, но ты отказался, помнишь? Ты здесь для того, чтобы решать проблемы Батерфилда. – Пайпер горько усмехнулась. – Как будто один человек может остановить мародерствующих индейцев и бессовестных воров. Батерфилду следовало бы нанять армию вольных стрелков. А когда тебя убьют, бандиты разгуляются на дорогах вовсю! Если прославленный Логан не справится с ситуацией, то никто другой уже не осмелится сделать это в одиночку.
Логан стиснул зубы, сдерживая себя. Он понимал, что Пайпер расстроена и шумит только для того, чтобы выплеснуть свое отчаяние. Но ему нужны были ответы, и немедленно!
– Сколько, Пайпер? – повторил он, повернув ее к себе.
Она молчала. Тогда Логан встряхнул ее, отчего голова Пайпер откинулась и на плечи обрушился водопад серебристо-белокурых локонов.
– Черт бы побрал твое упрямство! Скажи мне сколько! – прорычал Логан, теряя терпение, и так встряхнул ее, что слова, застрявшие у нее в горле, сами вырвались наружу:
– Двести пятьдесят тысяч долларов…
– Четверть мил… – Вытаращив глаза, он смотрел в ее измученное лицо. – Господи!
Логан отпустил ее, и Пайпер упала на кровать, запутавшись в юбках. В два шага Логан оказался у двери и покинул комнату, а Пайпер дала волю чувствам. Она не хотела, чтобы он уходил, и не хотела, чтобы он остался. Логан был прав. Ей следовало вернуться домой… Если, конечно, можно назвать домом то, что осталось после продажи с аукциона гостиницы, особняка и мебели для оплаты карточных долгов отчима.
Пайпер разрыдалась и стала колотить кулаками подушку. Да, черт возьми, она влюбилась в Логана, и одному Богу ведомо почему. Он ни на кого не похож. Он оскорблял ее, дразнил и заставлял твердо стоять на ногах. Он был щедр на критику и скуп на похвалу. Он заставил ее осознать собственные желания и заставил полюбить его. Он желал ее, но не любил. Лишь использовал для удовлетворения своих животных инстинктов.
Теперь, когда Логан заставил ее выжить в чужом мире и лишил девственности, она уже не могла вернуться в свой мир. Как и он, Пайпер стала изгоем – изгоем и одиночкой.
Пайпер еще сильнее расплакалась от этой мысли. Но она в отличие от Логана не могла предложить кому-то услуги стрелка, когда ей отчаянно понадобятся деньги. Может, просто взять «кольт» и застрелиться? По крайней мере теперь она достаточно хорошо владеет оружием, чтобы справиться с этой задачей.
Смеющиеся серебристые глаза вдруг снова всплыли перед ее мысленным взором. «О, Логану бы это понравилось, – с горечью подумала Пайпер. – Он был бы рад увидеть, как я рыдаю, словно брошенный ребенок. Он будет насмехаться надо мной за то, что я – беспомощная, хнычущая женщина, боящаяся трудностей. А как Логан будет ликовать, узнав, что я влюбилась в него!»
Пайпер решительно села на постели и вытерла слезы. Нет, она не поступит как трусиха! Она еще покажет этому надменному негодяю! Мужчины напиваются, чтобы забыть о своих проблемах, в то время как женщины выплакивают все глаза. Ну что же, посмотрим, понравится ли Логану, когда они поменяются ролями. Если не получается победить его, можно стать такой же, как и он.