Страница 39 из 52
- Не удивляйтесь так, иной раз и мы прибегали к их услугам, но их глава давно не получал заказы на членов СОУП. Это первый случай за много лет. А вы наверно еще не начали изучать криминалистику Варидии, а то будто впервые услышали о тайных гильдиях Райволаса, – подключился к разговору ир Штернс
- Да, я почти закончил основной курс лингвистики. На днях должны начаться и другие занятия, - немного смутился такому вниманию Кальвадос. – Ир Алессоро, вы вчера говорили о каких-то соображениях по этому делу?
- Есть, и их можно проверить одновременно. Вполне вероятно, этим вечером вы молодой человек поприсутствуете на необычной встрече.
- Я вот не пойму, если они из Гильдии, почему не дождались пока все уснут, не воспользовались огнестрельным оружием?
- Правильные вопросы вы задаете, ир Борсон. Возможно, ответы на них мы получим в скором времени. – Сказал ему ир Барнэ. – Насчет огнестрела я могу сразу ответить: скорее всего боялись поднять слишком много шума, стрельба в приличном районе Райволаса сразу бы привлекла внимание серогвардейцев.
Стараясь не надоедать своим любопытством, Кальвадос доел свой завтрак и вышел во двор, чтоб не мешать своим присутствием обсуждать СОУПцам рабочие моменты.
Надышавшись свежим воздухом, он уже собирался возвращаться в столовую. Надо было что-то решать – или оставаться в доме у капитана, или возвращаться в Академию. Но как раз из дома вышли ир Алессоро и его гости.
- Ир Штернс предложил довезти тебя до Академии, может вечером мы еще увидимся с тобой Кальвадос. Для твоей будущей службы полезно будет поприсутствовать на встрече. – Ир Алессоро стоял, облокотившись на входную дверь.
- А как же Фурм? – Еще плохо соображая после вчерашнего, спросил Кальвадос за коня.
- Его к закоркам экипажа привяжут, никуда не денется твой конь, - усмехнулся напоследок англичанин.
День в Академии прошел у Кальвадоса как-то сумбурно. Занятия для него никто не отменил, раненая нога и пару синяков, как сказал ему ректор, вовсе не помешает урокам лингвистики.
Сейчас, спустя три месяца упорных занятий Кальвадос отлично общался на риосском, разве что иногда «подвисал», когда собеседник слишком быстро говорил. Где-то через неделю его пообещали перевести – когда другие тоже подтянутся, его группе добавят и другие немаловажные предметы.
Так что отлеживаться ему не дали.
Ир Дэйрос, будучи по совместительству лекарем учебного заведения на всякий случай проверил рану, осмотрел заплывший глаз, выдал банку с заживляющей мазью противного болотного цвета, посоветовал раз в день менять повязку и не забывать о гигиене. Вот на этом лечение студента и закончилось.
Рилл в течение дня, правда, подшучивал пару раз, что-то вроде «из дуэли вышел целым, но умудрился наткнуться на бокал». Кальвадос отшучивался в том же роде, обещая другу устроить дуэль, если тот не перестанет подкалывать, и такая же царапина запечатлеется на его ноге, ну или руке.
В общем, несмотря на захватывающие впечатления последних двух дней, все оставалось по-прежнему.
Когда, уже забыв об утреннем разговоре и сполоснувшись, Кальвадос собирался лечь спать, в дверь постучали. Будучи здоровым, Рилл первым успел к двери, взял переданную записку и отдал ее соседу. Парень прочитал короткое сообщение, и глубоко вздохнув, стал одеваться обратно.
- Ты это куда на ночь глядя? Опять на дуэль вызывают? – пошутил Рилл.
- Ага, жди меня с раной на второй ноге, - отшутился Кальвадос. Взяв плащ и перевязь с оружием, он направился во двор Академии, где его уже ждал экипаж.
Приехал за ним не Иглим, а незнакомый мужчина с вышитой маленькой ящеркой на воротнике. Из Экипажа вышел Тинно Барнэ.
- Здравствуйте, а где ир Алессоро?
- Он уже на месте, меня прислали доставить вас на встречу.
- Хорошо, покатаемся, значит, - сказал парень, с некоторым усилием взобравшись в экипаж.
Не выдержав минуты молчания, он все же задал своему провожатому мучивший его утром вопрос:
- А скажите, ир Барнэ, вы ведь не от возраста поседели?
Мужчина, смотревший до этого в окно, повернулся к нему и грустно улыбнувшись, ответил:
- Вы правы. Мне этот вопрос часто задают, но я уже привык. На Варидию я попал еще совсем ребенком, пацаном двенадцати лет. Вы Кальвадос еще не изучали географию, так что еще не знаете о Веральских горах. Они находятся за Кхаардавскими степями и тянутся вдоль береговой линии. В них раскинулась многоярусная сеть пещер. Одна из самых крупных аномальных зон периодически там открывается. Пока меня нашли патрульные СОУП я уже примерно дня три блуждал по переходам. Хорошо, что там иногда попадаются подземные озерки и хватает насекомых, так я и выжил. Но когда меня увидели при дневном свете, я заметил на их лицах вначале изумление, а потом сострадание. В тот день, как только я увидел свое отражение в зеркале, я понял почему они так отреагировали – мои когда-то каштановые волосы полностью поседели… Когда меня обучили, я поехал служить туда патрульным и не раз сталкивался с жуткими обитателями Веральских пещер, мне посчастливилось тогда еще ребенком не наткнуться на тех монстров.
- Да уж, мне еще повезло по сравнению с вами, - посочувствовал Кальвадос ир Барнэ.
После этого разговора они замолчали, каждый думал о своем, вспоминая прошлое.
Из окон было очень удобно разглядывать город. Они, конечно, с ир Алессоро и раньше ездили осматривать Райволас, но раньше Кальвадосу требовалось больше внимания уделять управлению лошадью, чем разглядыванием окрестностей. Тем более за рыжим Фурмом нужен глаз да глаз: то яблоко может выхватить из корзины проходящей торговки, то куснуть за плечо не успевшего вовремя убраться с дороги горожанина. Конь часто проявлял свою индивидуальность и не позволял расслабляться, не зря его имя в переводе означало «Жулик».
И вот, не стесненный управлением лошадью Кальвадос смог насмотреться на ночной Райволас. Конечно, в свете редких фонарей тяжело различить красоту барельефов Старого города, но и этого хватало. Цокот копыт звонко отскакивал от мостовой Райволаса. Наступил поздний вечер, порядочные горожане уже давно закончили свои дела и либо проводили время в семейном кругу, либо отправились на ночной отдых. На улицах встречались лишь припозднившиеся гуляки, патрулирующая город стража и редкие продажные девицы, не успевшие пока подцепить клиента.
Конные экипажи в это время хоть и проезжали, но не было дневных заторов, так что где-то через полчаса езды по городу они прибыли к заведению недалеко от Грэлонских ворот. Таверна называлась весьма незамысловато – «Грэлонские врата» и вид имела довольно-таки приличный, скорее всего сюда любили заходить выпить кружку пива офицеры и солдаты Желтой Гвардии, а может, и аристократы не брезговали этим заведением.
Смущала лишь парочка мордоворотов уж слишком живодерской внешности, стоявшие у входа. Как-то лишне они тут смотрелись, хозяин таверны вряд ли может быть сегодня в достатке – внешний вид стоящих охранников отпугнет любого порядочного посетителя.
Зайдя внутрь, Кальвадос отметил такое же расположение залов и столиков, как и в «Веселом Йорне». Складывалось впечатление, что эти заведения принадлежат одному и тому же человеку. Столик, за который их пригласили, находился на втором этаже и возле лестницы туда стояли верзилы, похожие на тех, что остались при входе.
За столом сидели трое: ир Алессоро, круглолицый мужичок, («Кажется, ир Штернс», - вспомнил имя СОУПца студент) и незнакомец. Заметив пришедших, англичанин дал им знак присоединиться.
- Тинно ты знаешь, а этот молодой человек мой, так бы сказать, ученик. А это, - кивком указал он на незнакомца, - Ирамир Черный.
Ирамир оказался мужчиной лет тридцати пяти с черными глазами и тонкими черными усами, его смуглая кожа и выразительные глаза возможно и дали ему прозвище «Черный».
- Теперь, когда мы все в сборе, я думаю, вы Ирамир можете рассказать нам о недавнем заказе.