Страница 16 из 60
— В тебе то? Не дождёшься!
Приятно, когда действительно близкий человек в тебя верит. Это я, если что, про Алису-Изабеллу. Касаемо Меллендорфа с Кроевичем — эти двое в несколько иной категории. Однако тоже без сомнений и колебаний выбрали следование по предложенному пути, пускай и сохранили способность думать, а значит и критиковать в тех случаях, когда считают мои идея чересчур рискованными или видят в них изъяны. Хороший вариант, куда лучше беспрекословно подчиняющихся фанатиков с отсутствующим критическим мышлением и, тем паче, льстивых ублюдков, во всём соглашающихся, но искренности в которых ни на ломаный медяк.
Когда есть основной контур плана, детали прорабатывать куда легче. Численность подкреплений в кораблях и людях, возможности сохранения хороших отношенийск вице-королём и влияние на него теми или иными способами, включая монаршую волю Трастамара. Координация наших солдат и кораблей с испанскими для большей эффективности. Тут уж упор на понимание всех мало-мальски думающих касаемо простого факта — в Новом Свете, с учётом сильного противника, нам противостоящего, все европейцы должны держаться вместе. Любые свары и… Испанцы то получше многих помнят, к чему подобное приводит. Память о многовековых войнах с маврами, тяжелой и изнурительной Реконкисте — это ещё надолго с ними останется. Равно как и пример объединения усилий в предпоследнем и особенно последнем Крестовых походах.
— И что будем делать, пока подкрепления не прибыли? Ни к нам, ни к Колумбу?
— Действовать сообразно обстановке, — отвечаю я на вполне своевременный вопрос Изабеллы. — Помогаем Пинсону закрепиться в Тулуме, отслеживаем возможные шевеления науа поблизости и не только, для чего придётся корабли высылать в патрули вдоль береговой линии и не только. Подготавливать начало взаимодействия с тотонаками и присматриваться к тому, какие из прибрежных крепостей на пути к Куйушкиуи можно легко захватить и без особых сложностей удерживать. И, разумеется, находиться в постоянной готовности выдвинуть или перевезти с последующей высадкой ударный кулак под командой присутствующего тут Златана. Мало ли что учудят науа, на какое очередное нападение решатся. Оч-чень уж у них неплохо получается доставлять проблемы. Пока что нашим союзникам, но зарекаться ни от чего не стоит.
Спорить со мной не стал никто из присутствующей троицы соратников. Как ни крути, а науа снова и снова показывали себя умелыми воинами и хитрыми интриганами, умеющими в стратегию, тактику, политику и, конечно, сражения. Мда, после появления за их спинами или и вовсе как официальной власти «сеньора Тень», я уверен, что у именно что испанцев, особенно прежних, шансов на успешную Конкисту практически не было. Может и уцепились бы за острова и кое-где на материке, но не более того. Ни о каком военном и духовном доминировании при данных раскладах и речи не шло. А теперь… Как уже говорил, прорвёмся! Но исключительно совместными усилиями.
Интерлюдия
Интерлюдия
1504 год, февраль, Куйушкиуи, империя Теночк
Дождь и туман мало кого оставляют равнодушными. Только вот почти все очень не любят эту своеобразную погоду. Моряки здесь ни разу не исключение, особенно когда находятся на кораблях, да ещё не на якорной стоянке.
Причин тому преогромное количество. Для начала, намокшие паруса в случае, если поднята хоть часть из них, куда как сложнее поднимать, опускать да и вообще для обслуживающих их матросов мука мученическая балансировать высоко над палубой, чувствуя под ногами скользкие от влаги канаты либо дерево. Особенно ночью, когда ко всему этому прибавляется ещё и плохая, очень плохая видимость.
Штурман и рулевые также не в восторге. Ведь первый прокладывает курс, внося необходимые правки и громко либо тихо ругаясь, понимая, что без солнца или звёзд это делать куда как сложнее, несмотря на все имеющиеся приборы, пускай лучшего качестве из имеющихся. Вторые просто исполняют команды, но на душе тяжело, а то и страх может постучаться в, казалось бы, закалённые морскими странствиями сердца. Опять же те, кто сидит в своих «вороньих гнёздах», глядя на водную гладь. Ночью от таковых вроде толку чуть, но это лишь на первый взгляд. Огни, пусть самые малые, от других кораблей. Не обязательно сигнальные. Порой даже не потушенный огонёк на камбузе или в капитанской каюте многое может дать, многим помочь. Про прибрежное плавание и вовсе говорить нечего, там огни от поселений зачастую невозможно игнорировать.
Наконец, сам капитан, который в море есть полновластный хозяин корабля, первый после бога. Однако, конкретный капитан клипера «Гордый», Пауль да Васко, не боялся ни плохой погоды — даже не плохой, а скорее опасной для управления судном в слабо знакомых водах — ни бога с чёртом, ни даже самой смерти. Напротив, подобная жизнь, наполненная риском и возможностями, ему нравилась. Не зря же командиры эскадры Ордена Храма, отправившиеся в Новый Свет вместе со своим Великим Магистром и императором, подбирались тщательно, один к другому, словно зёрна крупного жемчуга для чёток или браслета.
Капитаны самых быстрых кораблей, а именно клиперов, вообще были теми ещё сорви-головами, любителями опасностей и одновременно отборными головорезами, прошедшими множество схваток просто и абордажных, десятками раз смотревшими смерти в глаза и радостно при этом усмехающимися. Раньше они же командовали или были в числе офицерского состава предшественников клиперов — юрких, быстрых, но лишённых парового двигателя каравелл. Теперь же… Получили новые, наиболее совершенные в Европе, а значит и во всём мире корабли, после чего желали испытать их не просто в плавании, в маневрах, но и в настоящем деле. Таковой возможности пока не представлялось — бомбардировки прибрежных городов науа вроде Тулума тут не считались, ибо какая ж опасность, когда с берега и ответить ничем не могут по неимению пушек и вообще огнестрельного оружия.
Зато вот это, конкретное поручение, данное да Васко лично магистром или, как его в последнее время чаще называли, гроссмейстером Ордена, было достаточно важным и в то же время щекотало душу возможными угрозами. Отправиться в один из прибрежных городков, вроде как принадлежащего империи Теночк, но на деле населённому индейским племенем тотонаков, после чего незаметно высадить на берег небольшой отряд.
Казалось бы, зачем это делать, с какой целью? Один корабль, всего лишь клипер с отнюдь не великим по мощи бортовым залпом, мало что сможет сделать даже при отсутствии полноценного противника на воде. Но нет, поставленная гроссмейстером задача была не в том, чтобы разрушить или убить побольше воинов науа, а куда боле тонкой и одновременно важной.
Высадившиеся у Куйушкиуи должны были стать очень кратким по времени, но всё же посольством к тотонакам. Удостовериться, действительно ли в их душах продолжает если не пылать, то тлеть ненависть к тем, кто их завоевал и на протяжении долгих лет давил один бунт за другим. А бунтовать тотонаки может и не очень умели, зато явно от души старались. Что до целей этого несколькочасового или чуть больше по сроку посольства — прощупать почву насчёт возможного союза, полноценной высадки в этом месте. Такой, когда местное население будет не сопротивляться, не разбегаться, а напротив, станет поддерживать союзника в очередном восстании против империи Теночк.
Вот и шёл по ночному морю клипер, капитан которого изволил лишь поплёвывать на ночь, дождь с туманом и на прочие невзгоды. Он обещал выполнить приказ и доставить отряд во главе с Джузеппе Фиорентино на берег, рядом с Куйушкиуи — он это сделает. Заодно покажет своему давнему сопернику и в Европе и тут, в Новом Свете, Павлу Крозеву, кто из них более удачлив и известен в узком кругу капитанов клиперов и пока ещё продолжающих бодро бегать по волнам каравелл.
— Омерзительная ночь, — довольно неплохо держащийся на качающейся из-за не самых слабых волн палубе Фиорентино как раз подошел к стоящему на мостике да Васко. — Уважаю вас, морской народ, но для себя такой путь не выбрал бы. Слишком всё зыбко, очень много зависит от самого моря.