Страница 15 из 60
— Поход в земли науа действительно неминуем, — соглашаюсь с «сестрой»-подругой. Подкрепления лишними не будут, но без излишнего энтузиазма. В европейских делах бы разобраться, оголять тамошние направления никак нельзя. Корабли нужны для вразумления Крымского ханства, для продолжения внушения страха божьего и не только в Средиземноморье и Чёрном море оставшимся мусульманам. Демонстрировать флаг тоже нужно, показывая, что у нашей империи всегда есть свободные эскадры, способные дать пинка прямиком на дно морское любым недоброжелателям. Например, Франции или если далёкие северные соседи вдруг о себе невесть что возомнят. Противовес венецианскому флоту опять же, а он у них как был огромный, так им и остаётся.
— И это значит…
— Подкрепления мы, друг мой Зигфрид, конечно, запросим, но не так много, со всей осторожностью, чтоб не показать даже тень слабости в других местах. И город на побережье тоже нужен. Может договоримся насчёт переуступки нам Испанией Тулума, когда они возьмут иной. Не исключено, выберем сами иное или иные места. Это обсуждаемо. Вот что внушает некоторые сомнения — необходимость возиться с захватов ВСЕЙ береговой линии империи Теночк, да ещё хлопоты с постоянным патрулированием. У них же нет полноценных кораблей, исключительно лодки и лодочки, за которыми можно гоняться сколько угодно и топить в день десятками. Новых наделают. Да и их, хм, экипаж, он тоже не великой потерей для науа окажется. Там привыкли к жертвам, а числом они будут превосходить очень и очень долго. Тут тоньше надо, деликатнее, чередуя прямые ходы с тайными тропинками.
— Посыпанными золотом? — оживился Златан.
— Это науа, тут немного иное. Покупать стоит не деньгами, а жизнью.
Понимающая усмешка на лице Изабеллы, недоумение у Кроевича с Меллендорфом. Предсказуемо. С Белль мы на одной волне аж во втором мире и много лет подряд. Соратникам же надо давать более прямые намёки. Эпоха вокруг хоть и стала стремительно меняться, но до привычного мне мировосприятия даже не все очень близкие люди сумели добраться, не говоря уж про условный «второй круг приближения».
— Науа, они же ацтеки, мне иногда так привычней их называть, выстроили своё государство по совершенно иным принципам, чем это принято в Европе. Да и не только они. Те же майя, ныне большей частью ими покорённые, иные народы, некоторые из которых ещё до сих пор сохранили частичную или полную независимость — всё устройство их общества стоит на крови. На большой крови, которая лилась реками. Да, теперь они немного обмелели, но остались и память, и недовольство. Разное, хочу отметить. Иные хотят окончательно перекрыть кровавые истоки, другие напротив, открыть полностью, но руководствуясь собственными интересами. Тайные тропы придётся выстилать не золотыми монетами, а заливать жертвенной кровью. Или осушать от неё же, ведь тропа тропе рознь.
— Взбунтовать народ или народы, покорённые науа, — подхватил таки высказанную идею Меллендорф. — Каждого вероятного союзника, подстрекаемого к бунту против империи, поманить своим.
— И можно показать наш Пуэрто-Рико, — выдвинул более чем разумную мысль Златан. — Разрушить одну вассальную связку, предложив другую. Сперва так, а потом… Потом как вам виднее будет, магистр. Но понадобятся эмиссары, тайные посланники из числа индейцев. Нам туда не проникнуть. Мы чужаки! Враждебные чужаки, которых или сразу на жертвенник, или сперва в темницы, чтобы узнать всё, выжать до последней капли.
— Кое-что уже известно, — невозмутимо, без тени сомнений и колебаний выдаю то, что известно из той, прежне-параллельной ветви истории. Да, тут многое поменялось, но менталитет той или иной мезоамериканской народности поменялся вряд ли. Те же ацтеки, таино, майя как были так, так и тут от себя прежних по существу не отличались. Просто их чуть перенаправили, но и только. Основа то по любому неизменна. — Города народа тотонаков, а также Тласкала, которое можно было назвать княжеством или герцогством. Эти два народа более прочих настроены против империи Теночк и очень хотели бы вернуть «старые времена». И важнее для нас именно тотонаки, несмотря на то, что они слабее и их меньше, нежели тласкальцев. Плюсом служат и постоянно вспыхивающие восстания. Их, конечно, давят, но сам факт говорит о многом. Нужны лишь обещания, подкреплённые делами, чтобы поверили сразу и крепко.
— Смотрим карту, — ограничилась парой слов Белль, острием тонкого кинжала показывая на ту, что изображала земли, подвластные империи Теночк.
Как говорится, иных пояснений не требовалось. Тотонаки, их города, в частности Папантла, находились в том числе и на относительно прибрежных землях. Малый же городок Куйушкиуи, и вовсе являлся прибрежным. Это, конечно, ни разу не Тулум, но в качестве места для высадки вполне годится. До той же Папантлы меньше сорока километров. Эх, вот как привык измерять в привычных единицах, так в уме все на них и перевожу. Надо, надо провести ещё и «реформу единиц измерений», привести её к общему и, главное. привычному, знаменателю. Потом, как время найдётся по возвращении в Рим.
Возвращаясь же к делам сиюминутным и теме нашего разговора… Тласкальцы, вторая важная опора при противостоянии с ацтеками, расположились в глубине материка, просто так не доберёшься. Следовательно, на первом этапе требовалось законтачить именно с племенем тотонаков, а уж потом, если всё срастётся, через них выходить и на тласкальцев, и на иных, пусть менее агрессивно настроенных к ацтекам, но желающих выскользнуть из-под власти тлатоани.
— Далековато, слегка покривился фон Меллендорф, показывая на расстояние между Тулумом и Куйушкиуи.
— Не без этого — спорить тут было бесполезно, вот я и не пытался. — Но это если по суше. Корабли, они позволяют преодолевать такие расстояния куда быстрее. Да кому я это говорю, адмирал?
— Я сделаю всё, что вы прикажете, магистр. Говорю потому, что будут полезны один или два прибрежных города. Цепочка. Надежная связь между Тулумом иэтим… Куйушкиуи.
— Посмотрим, что будет с подкреплениями, с деятельностью науа после того, что они чужими руками устроили на Эспаньоле. Мы пока лишь строим планы, что ещё можно дополнять и изменять. А я всегда готов услышать здравые и дельные предложения.
— Послать к этому Кайю… Куайю… Простите, магистр, никак не выговорю, два-три корабля, чтобы показать наш интерес. Выловить несколько рыбаков и отпустить обратно, чтобы те передали… Хотя нет, так не получится, — начал прикидывать Кроевич. — Лучше ночью и тихо. Высадиться на лодках с корабля, а там либо самим, либо просто использовать тех таино, что у нас на Пуэрто-Рико. Пусть наводят мосты с этими тотонаками. Если они так ненавидят ацтеков, то им хватит и намека на возможность отомстить.
— Интер-ресно, — замуркала Изабелла. — Над этим нужно думать. Сделать одно, другое, а может совместить? Я заинтригована!
Киваю «сестре» в знак того, что тоже склоняюсь к тому, что интересные мысли прозвучали. Теперь надо из развивать, гранить, доводить до состояния, приближенного не к идеалу — он, увы, недостижим — но к добротному плану наших действий на срочную и среднесрочную перспективу. И тут же получаю не материальный, но чувствительный щелчок по носу от той же Белль.
— Пинсон и Писарро. Пока неизвестно, что они будут делать, получив новые приказы от вице-короля. Колумб может начать… продолжать делать не самые правильные вещи. Он склонен к простым решениям, опирающимся только на силу. Может быть, Чезаре, тебе придётся делать то, чего ты делать не захочешь.
— Писать Изабелле Трастамара?
— Точно в центр мишени, — Белль изображала улыбку, но было очевидно, что и самой ей не шибко нравится подобный вариант. Лучше договариваться с относительно дружелюбным Колумбом, а не таким, который затаил злость и только и ищет повода сорвать её, сорвав твои планы. Чёртов генуэзец с его сложным характером, застарелыми психотравмами и прогрессирующей манией величия!
— Что ж, значит, снова будем лавировать между Сциллой и Харибдой. Не в первый и, увы, далеко не в последний раз. Справимся! Или сомневаешься?