Страница 45 из 122
Королева неторопливо сделала несколько шагов к алазонке, кристал в её артефакте мигнул, улавливая присутствие, мысли и эмоции живого человека.
— Отчего же тебе не спалось, девочка? — Кассия дотронулась до распущенных длинных волос будущей защитницы, от сдержанной косы которой не осталось и следа. Ухватила локон и пощупала его, отмечая шелковистость ухоженного волоса.
— Я беспокоилась о брате, ваше величество, — честное лицо алазонки освещал голубоватый согласный свет кристалла. — Он у меня любит приключения. Боюсь, как бы не попал в передрягу, а я не смогу ему помочь отсюда.
— Брат младший?
— О нет, старший.
Королева улыбнулась и положила руку на плечо алазонки, удержавшейся от испуганного вскрика, но ожидаемого ощупывания и проникновения Тьмы не последовало.
— Пойдём. Почитаешь мне книгу. Самар слишком устала, чтобы баюкать меня, — королева и Алисия пошли рядом. — Я только слышала от Самар, но не видела вас в деле. Так ли вы сильны, как мужчины?
Алисия пожала плечом:
— Нет, конечно. Но мы умнее и быстрее мужчин.
Королева рассмеялась. Впереди были ступени, и Алисии пришлось подать руку королеве, чтобы помочь той спуститься, хотя, вероятно, в этой услуге не было необходимости.
Глава 14. Проблема Либериса
Ректор, как обычно, перестраховался, или решил, что Тео может сбежать — дал ему в сопровождение двух ратников проконтролировать поездку да помочь вспахать поле. Те недовольно таскались за безродным мастером по лавкам, в которых Тео покупал всякую мелочь: семена корнеплодов на посадку, овощи, фрукты, мыло, инструменты, скобяные изделия и другое. Всего посетили несколько лавок и рынок, нагуляли аппетит славно, но Тео торопился домой, сказал, что к ужину как раз поспеют, если поторопятся (и ему тоже выделили лошадку не самой резвой прыти).
Ворчание ратников Тео оборвал, когда троица поравнялась с трактиром:
— У вас талант жаловаться, а мне вас слушать нет желание. Думаю, пахать вы тоже будете так. Вот что, оставайтесь, пожалуйста, здесь, пообедайте да ночевать: дома для вас есть только сарай со скотом. Или на полу — много покрывала нет. Вот вам на обед и на постой в тёплая комната, — подкинул в воздух золотник, который тут же был ловко перехвачен одним из ратников. — Вернусь в день после завтра: поле немаленькое.
Сослуживцы переглянулись:
— А не дашь дёру? Искать тебя потом по лесам неохота.
— Я мастер Её величества, буду скоро пить из золотого кубка. Зачем мне бежать, скажите? — Тео искренне усмехнулся.
Ратник, тот, что изначально казался старше и опытнее согласился:
— И то верно: кто от жирного стола в свиное корыто заглядывает? Езжай себе, но помни, безродный, хоть ты и мастер...
— Я не выдам вас, моему отцу лишние рты не нужны.
— Да хоть бы и выдал, — ощерился в зловещей улыбке мужчина, — помни, что мы знаем, где твой дом. Не вернёшься в срок второго утра — отвечать твоим домашним.
— Понял, — кивнул Тео, делая вид, что испугался. — Ждите утром на рассвете через день.
Чего и добивался — избавился от ненужных соглядатаев и, как только деревья закрыли его от большой дороги, опустил шоры на глаза коня, не привыкшего к портальным вспышкам, и через минуту находился на поляне Заячьего царства.
Грэйг уже бежал из избы, встречая гостя.
“А здесь в самом деле стало иначе!” — Тео с удивлением отметил изменения. Почти неделя, а как изменилась хижина! Грэйг подправил покосившийся дровяник, подлатал крышу, вскопал неподалёку от хижины грядки (Интересно, чем? Лопаты в здешнем хозяйстве не было) и огородил их от наглых ушастых. За расчищенной от веток поляной вдруг проглянула треугольная крыша колодца. Возле неё — странная хижина, будто выкопанная в холме, которого здесь (Тео готов был поклясться) не было неделю назад.
— Благостного! — поздоровался за руку с Грэйгом. — Житьё славное! Колодец внезапно. Откуда?
— К ручью не набегаешься, — довольно улыбнулся алатус. — Проще оказалось выкопать колодец, тем более до чистой воды всего три метра... Дел здесь немеряно, магия плещет, с каждым днём больше успеваю. Погоди, ты мою парилку ещё не видел! Яйцо, кстати, там. А если хочешь с дороги помыться, я подтоплю.
— Значит, прощай, Алатерра? Чем ты это всё копал? — рассмеялся Тео. — Я ведь только сейчас инструменты привёз тебе, которые ты просил.
— Замечательно! Кто знает, на сколько здесь задержусь? — Грэйг подхватил один из мешков и пошёл за гостем в дом, тащившем, судя по виду, самое тяжёлое. — Магия земли пригодилась как никогда. А руками, знаешь, выгоднее делать, я настоящий эксперимент провёл...
Анника, чьё лицо мелькнуло за окном со вставкой, похожей на слюду или бумагу (Тео и это новшевство отметил), была занята готовкой. Подобно простой крестьянке, она сновала от дышащей жаром печи к столу и булькающему котелку над очагом. На ней был один из мужских костюмов, принесённых для Грэйга. Женщина всего за сутки изменилась так, что Тео залюбовался: худая, измождённая, а глаза блестят и укороченные волосы уложены в аккуратную косу.
— Благостных лучей Алатуса, дорогой мой! — она запрокинула руки, по локоть белые от муки, на плечи рассмеявшегося гостя и наклонившегося к ней, чтобы обнять. — Да сделает Алатус твоё счастье вечным! Чувствовавал ли ты мои молитвы, мальчик?
— Довольно много, тётушка! Едва успевал избавляться от магии. Хочу, чтобы вы видели ... переполох во дворце, сломал им все артефакты... Смейтесь, смейтесь...
На скамью опустилась сумка и из неё начали появляться вещи.
— Взял одно платье из гардероб какая-то фрейлина. Надеюсь, угадал с размер. Там овощи, ещё полезное, мука немного, десять фунтов. Своим приёмные тоже купил...
— Заниматься будем? — замечая “качели” в речи Тео, от грамотных фраз до корявых, Грэйг вспомнил о своей обязанности учителя словесности. Только теперь понял, почему один мешок, перекинутый через лошадь, Тео попросил оставить. Для тех безродных, что признали его своим — получалось так.
— Будем! Но после обеда. Скажу правду, я голодный.
Анника пообещала похлёбку из крольчатины и с сытными конеплодами, а там и пироги подойдут в печи. Со стола убрали муку, разлили отвар по деревянным бокалам, вырезанными золотыми руками Грэйга, и уселись за стол обсуждать главное.
Тео рассказал о том, как чуть было не спалился перед артефакторной рамкой из ираниума, посчитав, что информация о сбросе магии будет полезной. Анника и Грйэг посмеялись: они бы многое отдали, чтобы увидеть унижение заносчивых королевских камериров.
Затем, после аудиенции Её величества и словесной порки в кабинете ректора, Тео час провёл в выделенной ему в Академии комнате для сбора вещей на Остров. За это время удалось пробиться к сознанию Аугустаса, конечно же, сначала не поверившего в новости алатуса, чья сила превышала влияние защитных стен подземелья.
— Значит, родственная магия тебе подчиняется, — задумчиво проговорил Грэйг, в очередной раз удивляясь возможностям настоящего, не фольклорного Арженти. И вопросительно взглянул на визави, задумчиво подпёршую голову жилистым худым кулачком. — А остались ли в Алатерре кто-то из тех родов, которые строили дворец? Их бы сюда...
— И да, и нет, — загадочно улыбнулась Анника, и Грэйг вопросительно поднял брови, но его опередил Тео.
— В Ааламе есть трое, как минимум, — неожиданно сказал он, вздыхая перед тем, как произнести то, что весь день свербело в голове, начиная с первой минуты нахождения в тронном зале Её величества. — Это королева и её дети. Дизалатусы, но они должны иметь силу обходить преграды? Умеют это делать дизалатусы?
Собеседники, мало сказать, были удивлены. Но потом Грэйг хлопнул по лбу ладонью:
— Ну, конечно! Королева из рода ан-Дисан, как и её сестра, бывшая жена Либериса. Потрясающе! Вот и тётушка твоя нашлась!
— Племянница, — усмехнулся Тео. — Или внучка.
— Н-да, старовата она для того, чтобы ты её на коленках качал...