Страница 42 из 122
— Ваше величество, — подал голос ректор, — мой подчинённый и лучший студент погорячился. За четыре месяца мы можем попытаться достигнуть приемлемых результатов.
Королева потемнела ликом, она обернулась:
— Риуз-эве, я ценю ваш богатый опыт, но именно поэтому я поручила самым уважаемым камерирам провести наижесточайший отбор, чтобы сберечь наше время. Не желаю слышать про долгий срок! Из казны уже выделено немало, не так ли? Мы сто пятьдесят тысяч ратников за полгода собираем и готовим, так в чём же дело? Вы не в состоянии обучить всего два десятка?
— Девиц, ваше величество, осмелюсь заметить, и при том весьма юных, — ректор, к удивлению Алисии, осмеливался противоречить и более того, указал на несовершенную задумку королевы.
— Вы предлагаете поселить возле моих покоев два десятка невежественных и грубых мужланов? — совсем сварливо спросила королева. Оглянулась на стоящий девичий строй и вернулась к трону, неторопливо поднялась по четырём ступеням, уселась, давая шанс только что вызвавшим её гнев камерирам подумать о последствиях.
— Дозвольте сказать, ваше величество, — перешёптывания придворных оборвал голос Тео-мастера.
Сам ректор обсуждал изменение условий с Рифелуром-эве, но безродный, видимо, под впечатлением комплиментов в свой адрес, забыл о том, что не ему выступать с инициативой.
“Ну, что там у вас?” — спросил Энрике. Алисия снова на него шикнула: “Тихо! Что-то сейчас будет, я чувствую!”
— Дозволяю, мастер-Тео, — величественно кивнула Её величество и прикрыла изящными пальцами, унизанными дорогими кольцами, подбородок, готовясь оценивающе слушать.
— Мы можем за месяц достигнуть некоторые хорошие результаты, — вдруг косноязычие проснулось в бывшем отшибленном, должно быть заготовки кончились, подумала Алисия и укусила губу, чтобы не улыбнуться: она всё ещё стояла в первом ряду. — Но, если бы вы дозволили изменить условия для обучение и жизнь ваших алазонок.
— Вы что-то хотите предложить ради достижения нами поставленной цели, мастер-Тео? Мы во внимании. Если ваши условия будут склонны к осуществлению, мы их удовлетворим безоговорочно.
— Первое. Мы должны быть в тихое и закрытое место, где можем тренироваться в любое время и не вызывать любопытные взгляды, которые сильно смущают, ваше величество. Второе. Полное подчинение тот порядок дня, который должен быть: хорошая еда, утренняя тренировка, обед, вторая тренировка с медитация, легкий второй обед и отдых, а затем снова тренировка. Можно оставить один час на изучение этикет... традиции.
У ректора, это Алисия видела отчётливо, челюсть отвисла. Главный мастер-старик точно так же таращил глаза. Снова стало смешно: какой-то безродный только что продиктовал условия самой королеве! В Алатерре разумный диалог был логичен: на Совете каждый мог высказаться, и его обязательно выслушивали, любую идею, даже ту, что могла поначалу казалась бредовой, её тщательно оценивали.
— И вы даёте слово, что при этих условиях, через месяц мы получим достойную гвардию? — подумав в снова ожившем шепотке некоторое время и обменявшись несколькими тихими фразами с дочерью, наконец спросила Её величество.
— От месяца в такие условия толк будет большой, — слегка поклонился мастер-Тео.
Королева громко вздохнула и выпрямилась:
— Да будет по-вашему, мастер-Тео! Тем более я вижу, что мои намерения откликнулись в вашей просьбе. Мы отправляемся на Острова, где никто не смутит моих защитниц оскорбительным взглядом, — она повернулась к стоящим рядом друг с другом ректору и Рифелуру-эве. — Уважаемый главный мастер, составите ли вы нам компанию, чтобы поделиться своим бесценным опытом боевого искусства?
На старика жалко было смотреть. На его лице недавно читалась расслабленность и вера в беззаботное по-стариковски времяпровождение. И вдруг его уговаривают ехать на Острова, в место древних резиденций алатусов, покинувших или когда-то попавших в заключение. Алисия с Энрике из любопытства летали туда. Замки были действительно старые и полуразвалившиеся. Дизалатусы не умели следить за архитектурой. А значит, в них было сыро от океанского бриза и штормов и холодно. Старик там точно долго не протянет.
И для планов Энрике это будет не самый лучший вариант, хотя, этот месяц может пойти на пользу...
Камериры начали уговаривать Её величество остаться здесь, в Ааламе, и подумать над более удачной, чем предложенная безродным мастером, тактикой обучения девиц.
“Наш не-ликтор предложил увезти нас на Острова”, — пока шла перепалка в изысканной и витиеватой форме, Алисия вернулась к разговору с братом.
“Идея дважды дурная. Мне сложно будет передавать тебе туда артефакты: магии здесь не ахти сколько собирается. Что, если я не смогу построить портал?”
“Пф! Ты так говоришь, как будто это от меня зависит! — фыркнула принцесса. — Кстати, мои сегодня сели. Я чуть было не попалась. Если бы не своевременный переполох — трёх Советников приняли за наших... Что, в самом деле была жуткая буря?”
“А вы не слышали? Кое-где черепицу побросало”.
“Я же тебе говорила: в наших коробках, куда нас поселили, даже окон нет. И я спала отлично... А ты где был утром? Здесь кто-то сказал, что драконица одна умерла...”
“Да, вот новость, кстати. Мы отвозили завтрак ущербным, так что я собственными глазами видел лысого. Злющий, примчался к Пещерам. С ним был секретарь, этот ЯрвудСирнаннос и ещё кто-то, чтоб их Алатус проклял. В общем, знатная получилась взбучка охранникам. Говорят, любимая драконица Либериса последние дни плохо ела, а ему никто не сказал. Сгорела в пещере вместе с колыбелью. Наверное, срок был маленький, иначе не сгорела бы...”
“О боги созидания! Значит, правда? — охнула мысленно Алисия и расстроилась. — Я подумала, что это просто сплетни. Бедняжечка... Но как это ужасно — сгореть в пещере! Проклятый лысый, даже умереть не даёт достойно — в небе! Мразь тёмная!”
“Лучше смерть, чем рабство, — Энрике вздохнул. — Однако, это уже второй случай за неделю. Если так пойдёт дальше, нам некого будет спасать”.
Тем временем Её величество выслушала все возражения камериров и символично сложила ладони, как бы показывая, что решение принято:
— Итак, уважаемые эве! Мы полагаем, что у вас каждого имеются свои прямые обязанности, которые идут вразрез с нашими намерениями. Мы высоко ценим ваш опыт и мудрость, однако с сожалением уведомляем о нашем непоколебимом решении удалиться на месяц на Острова и выражаем надежду, что наш супруг и ваш повелитель поддержит наше желание уединиться и тем самым помочь новому виду королевской гвардии, алазонской, подготовиться подобающим образом, с тем чтобы представить результаты тренировок на грядущем весеннем турнире.
За спиной Алисии несколько девушек тихо охнули. Королева собиралась ради смеха противопоставить плохо подготовленных девиц хорошо тренированным мужланам? Кажется, аналогичное пришло в голову и другим присутствующим, потому что Рифелур-эве спросил о том же.
— Разве я так выразилась, о мудрейший? — с лёгким раздражением сказала королева. — В моих намерениях, касающихся создания моей личной гвардии, изначально не было учтено чьё-либо вероятное желание развлекать народ или королевский двор.
“Что у вас происходит?” — заинтригованный мысленным охом сестры, спросил Энрике.
“Всё в порядке. Показалось. Но решение не изменилось. Завтра я уезжаю, братец. Всё-таки Острова...”
“Всё к лучшему, мы не знаем, что в воле Создателя”, — Энрике попытался философски успокоить сестру и хотел было ещё что-то добавить, как вдруг в их диалоге появился некто третий.
Хрипловатый и незнакомый Алисии мужской голос заговорил настолько неожиданно, что она дёрнулась, привлекая к себе внимание: “Я Грэйг, сын Хлои и Назариуса! Прошу связи и обращаюсь к моим собратьям».
От “сюрприза” холодок побежал по спине Алисии, и она растерялась: “Энрике, кто это?” — беспомощно спросила она.
В ту самую минуту в зале что-то начало происходить, а мешанина в голове была совершенно некстати и очень опасна!