Страница 32 из 33
Мне вспоминается ночь на прошлый четверг, когда была я дома.
С двух часов ночи началась стрельба, обстреливали наш район, я спросонку не поняла, думала наши, и спокойно продолжала спать, пока в 10 часов утра снаряд не взорвался, поблизости.
Так вот, и сейчас пишу, а канонада бьёт, и бьёт.
Или во время «В.Т.», сегодня была сильная стрельба, Попов даёт распоряжение: занять бомбоубежище; а мы просто повесили трубку, и давай, продолжать работать.
Я за вечер сделала шапку, и получилась довольно неплохая, совсем скоро буду модисткой (*Толковый словарь Ожегова: мастерица, изготовляющая дамские шляпы, а также портниха), от скуки на все руки.
Анька на меня дуется, почему меня оставили, её перевели.
Ну пусть не забудет, что я всё же инженер.
Вечером был хоз. – парт. актив. (*Партхозактив – в СССР: собрание, совещание руководящих работников партийных органов и хозяйственных предприятий, организаций
22/XI. Встала в 6 часов, что-то не спалось.
Бои по всему фронту.
Вообще, мне 22/XI памятный день.
День прошёл очень бестолково в связи с новой работой.
Такая каверзная работа: рабочих нет, а делать надо всё.
Но ничего не сделаешь, надо мириться со всем.
Смирилась даже с тем, что, когда сегодня такая артиллерийская стрельба, снаряды летят, и свистят над головой, так, что не обращаешь внимания, пусть летят.
Переживём всё, и будем вспоминать это время и, может быть, кое-что кому иногда и расскажешь, за чашкой чая, а у меня есть кому что рассказать.
Сегодня ещё одно событие, проверила облигации, выиграла 150 рублей.
Вот, есть деньги, да расходовать некуда, а ещё тут прирост, но я ведь осталась без пальто.
Сегодня Попову сдала свитер, очень понравился ему, моя шапочка тоже.
Посылочка Серёже уже собирается, сегодня Мотя принесла зубной порошок, не достаёт шоколаду, и одеколона, надо отсылать, ждёт паренёк.
Роясь в своём архиве, нашла коробку из-под конфет, которую подарил Малов в день приезда в РККА (*Рабоче-Крестьянская Красная Армия).
Где тот паренёк, жив или нет, ведь не послал ни одного письма.
К знакомому что-то начала остывать, надо искать нового друга.
Ну, А.Н., пора спать – спокойной ночи, завтра опять вставать рано, так как у тебя ещё не закончена одна работа.
А то начался опять сбор на тёплые вещи – это опять шитьё, и вязанье.
Ну, спокойной ночи, Серёжа Беляев (П. П., с 524 164 АЗСП взвод ПХ Обелла).
Спи дорогой, но врага не прокарауль.
День прошёл без стрельбы, хватит на сегодня артиллерийской канонады.
23/XI. Воскресенье.
День был пасмурный, и на душе то же.
Сегодня было спокойно в части работы.
Продолжаю сбор на тёплые вещи.
Хорошо бы опять послали на фронт, с тёплыми вещами.
Серёже принесла подворотнички.
Вечером заходил Попов, потом я сбегала к нему, и узнала, как ему, хорошо ли свитер.
Предчувствие, что скоро, как только отгонят врага, придётся расстаться с Ленинградом, так как “Катушку” будут переводить в провинцию.
Ох, как не хочется ехать.
Вот, сейчас сижу, пишу, а сама думаю о кресне (*Крёстная, родственник).
Вот уж она угостила бы, ну вечером, пусть картошкой с маслом, или похлёбкой, а утром, обязательно ватрушками, или оладьями.
Сегодня у меня предчувствие, что я скоро, скоро буду у них – почему ещё так никогда не было.
Интересно, что они думают обо мне, беспокоятся, или нет.
Днём враг опять обстреливал город, в основном, опять центр, говорят, есть жертвы и разрушения, но много снарядов, говорят, не взрываются.
Да, после этого накормить бы Ленинградцев, они бы своротили горы.
24/XI. Встала в 7:30, сводка очень хорошая.
Западнее Ростова наши войска отогнали немцев на 60 км.
Закончила свой шерстяной свитер.
День прошёл ужасно вяло, очень хотелось кушать, так как от этих зеленых щей сейчас тошно.
Днем была «В.Т.», длилась 2,5 часа, и была очень беспокойная.
Было сброшено несколько фугасок на правом берегу Невы.
Даже у нас, в конторе, получилось содрогание.
Директор дал распоряжение: занять укрытие; но я сижу дома.
От судьбы, смерти, не уйдёшь никуда.
Ведь 22 сентября я была несколько метров от смерти.
Чувство мести у каждого на душе, и я часто думаю, накормить бы Ленинградцев, они натворили бы сейчас гору чудес.
Вклейка № 36. Статья «К мести!».
Да, помещаю вот одну вырезку из газеты, действительно, этот день будет вспоминаться Ленинградцам на всю свою жизнь.
Да, жизнь – борьба.
Действительно, Ленинградцы не падают духом, наоборот, бодры, несмотря на временные лишения.
Молодцом чувствуют себя, так должно быть, переживём всё, и тоже будем вспоминать.
Вклейка № 37. Статья «Один день».
Все для победы, переживем всё.
Может быть, ещё труднее впереди, но ничего, победа будет за нами.
Это уже чувствует, наверное, сволочь, Гитлер.
Интересный случай сегодня ночью:
В 3 часа ночи раздается звонок, подходит Романова к телефону, и ей говорят – срочно пошлите Боровикову на вышку, дежурить.
Вот дура.
Второй раз, случай с этой Боровиковой.
Есть у меня тёзка, вот за неё-то я и получаю от Ив. Анакина, на вид.
Правда, он потом зачеркнул это, но, в общем, получается очень смешно.
Интересный мне приснился сегодня сон:
Была, как будто, где-то я на фронте, отъехали на машине полтора километра, сошла, и иду домой пешком.
Вдруг, откуда ни возьмись, собака, чёрная, как трезор (*Пёс Трезор, который спас своих хозяев во время блокады Ленинграда).
Так она ласкалась около меня, я её отгоняю, а она ещё больше ласкается.
Вот прошёл день, ждём опять завтрашнего, и хорошего сообщения, по радио.
Артиллерийской канонады сегодня не было, лишь изредка раздавались выстрелы.
Сегодня сдала 271 рубль на тёплые вещи.
Ну, Шурочка, пора спать, а то твоя голова уже склоняется.
Спокойной ночи.
25/XI. Встала в 8 час. утра.
Сегодня подали 4 вагона торфа, ну, и пришлось побегать, и перекатывать вагоны, вместе с директором.
Ну, ничего.
В основном день прошёл ничего.
Погода была пасмурная, за день было 3 «В.Т.», почти беспрерывно, с 12:15 до 16:30.
У нас в районе, как будто, спокойно.
Дальнобойкой оборвало руку табельщице Берёзиной, когда она стояла в очереди у “Большевика”.
Анисимову контузило – не слышит.
Сегодня первый раз я задумалась, насколько близко я была от смерти, во время бомбежки цеха.
Ведь какая-то доля секунды, и Шуры, с Матросиком, не было бы, куски мяса.
Ну, пока не судьба – живу.
А жить-то хочется, хотя жить сейчас очень пусто, голодновато, и ноги не ходят.
Ничего, еще поживём.
Вечером получила письмо от Торопова.
Молодцы всё же фронтовики, дерутся по-боевому, и их настроение тоже хорошее.
Ну, мне сегодня повезло, рабочие проклинали кишки, так как я их заставила разгрузить вагоны, которые кончили они в 8:30 вечера.
Ну, ничего, настояла на своём, и баста.
Не надо было болтаться днём, а то ещё ходили за табаком, и т. д.
Вечером долго беседовала с Ив. Анакиным, он сказал, что всё же, наверное, будем восстанавливать цех.
Вот было бы хорошо.
Ну ладно, Шурочка, пора спать.
Уже 12 часов, завтра опять вставать, ведь ты же устала, накроила 36 пар белья для бойцов.
Впереди для тебя ещё работа, и работа.
Завтра, думаю, Серёже послать посылку.
Спокойной ночи, Саша.
Выпей чашку чайку, и спи спокойно.