Страница 193 из 1990
— Не говорите так. Это звучит… у меня мурашки забегали по спине.
— Напрасно, вам предстоит это не скоро. Мне кажется, что вы проживете долгую жизнь, миссис Бересфорд, и очень счастливую.
— Я и теперь счастлива, — сказала Таппенс. — Не сомневаюсь в том, что получу свою долю болячек и недугов, которыми страдают старики, — оглохну, ослепну, приобрету артрит и прочие приятные вещи.
— Я думаю, вы не будете от всего этого страдать, как другие. Вы и ваш муж, осмелюсь сказать, не нарушая приличий, счастливы вместе.
— О, вы правы! — воскликнула Таппенс. — Я считаю, что в жизни нет ничего лучше, чем быть счастливой в браке. Вы согласны?
Мгновение спустя она уже пожалела, что произнесла эти слова. Взглянув на человека, сидевшего напротив нее, который, как она понимала, много лет скорбел о своей жене и который, вероятно, продолжает ее оплакивать, она рассердилась на себя.
Это было на следующее утро после вечера у викария.
Айвор Смит и Томми, прервав свою беседу, посмотрели на Таппенс. А Таппенс не отрываясь смотрела в камин. Мысли ее витали где-то далеко.
— Что делаем дальше? — спросил Томми.
С глубоким вздохом Таппенс вернулась оттуда, где бродили ее мысли, и взглянула на мужчин.
— Мне по-прежнему кажется, что все между собой связано, — сказала она. — Вчерашний вечер, например. Для чего он был устроен? Что все это означает? — Она посмотрела на Айвора Смита. — Вы оба, возможно, это понимаете. Вы знаете, где мы находимся?
— Ну, я бы не стал так ставить вопрос, — ответил Айвор. — Мне кажется, что цели у нас все-таки разные, разве не так?
— Не совсем.
Оба вопросительно уставились на нее.
— Ладно, признаю, — вздохнула Таппенс. — Я — женщина, одержимая одной идеей. Я хочу найти миссис Ланкастер. Хочу быть уверенной, что с ней ничего не случилось.
— Для этого тебе нужно сначала найти миссис Джонсон, — заметил Томми. — Ты никогда не найдешь миссис Ланкастер без миссис Джонсон.
— Миссис Джонсон. Да, очень хотелось бы… Но вас, насколько я понимаю, эта линия не интересует, — сказала Таппенс, обращаясь к Айвору Смиту.
— Нет, что вы, миссис Томми, очень даже интересует.
— А мистер Экклз?
Айвор улыбнулся.
— Я думаю, недалек тот час, когда возмездие настигнет мистера Экклза, — сказал он. — И все— таки я бы не стал на это особенно рассчитывать. Этот человек заметает следы с необыкновенным искусством. Настолько, что никаких следов вообще не остается. Все, что он замышляет, им же идеально организовано, — задумчиво добавил Айвор себе под нос.
— Вчера вечером… — начала Таппенс и замолкла. — Могу я задавать вам вопросы?
— Задавать-то можно, — сказал Томми, — только не особенно рассчитывай на вразумительные ответы со стороны Айвора.
— Сэр Филипп Старк, — начала Таппенс. — Какую роль во всем этом деле играет он? Он не похож на преступника, разве что это такие преступления… — Она прикусила язык, чтобы не проговориться насчет предположений миссис Копли, связанных с убийствами детей.
— Сэр Филипп Старк фигурирует в этом деле как весьма важный источник информации, — сказал Айвор Смит. — Он — крупнейший землевладелец не только в этих краях, но и в других частях Англии.
— В Камберленде?
Айвор Смит бросил на нее быстрый взгляд:
— Камберленд? Почему вы упомянули это графство? Что вам известно о Камберленде, миссис Томми?
— Ничего, — ответила Таппенс. — Просто пришло в голову, сама не знаю почему. — Она нахмурилась, словно пытаясь что-то припомнить. — И еще алая роза с белыми полосками возле дома — есть такой старинный сорт роз. — Она покачала головой. — Этот «Дом на канале» принадлежит сэру Филиппу Старку?
— Ему принадлежит земля. Почти вся земля в округе.
— Да, он говорил об этом вчера вечером.
— Благодаря ему мы многое узнали о том, кто арендует землю или сдает ее в аренду — из-за сложных юридических хитросплетений это обстоятельство было невероятно трудно выяснить.
— Агентства, в которые я заходила на Маркет-сквер… в них тоже что-то нечисто или мне только так показалось?
— Нет, не показалось. Мы как раз собираемся нанести туда визит сегодня утром. И задать им несколько не совсем приятных вопросов.
— Отлично, — кивнула Таппенс.
— Мы уже довольно хорошо продвинулись вперед. Разобрались с крупным ограблением почты в шестьдесят пятом году, с ограблениями в Олбери-Кросс и с этим делом, связанным с нападением на почтовый вагон Ирландского экспресса. Найдена какая-то часть награбленного. В этих домах устроены очень хитроумные тайники. В одном оборудована новая ванная, в другом — квартира с гостиничным обслуживанием, в которой комнаты стали чуть-чуть меньше и за счет этого образовались пустоты, ниши и прочие интересные вещи. О да, мы много чего выяснили.
— А люди? — спросила Таппенс. — Я хочу сказать, что известно о людях — не считая мистера Экклза, — которые задействованы во всех этих делах? Ведь не может быть, чтобы о них не было известно хоть что-нибудь.
— Ну конечно. Кое-кого удалось найти. Один — содержатель ночного клуба, того самого, что расположен у главного шоссе. Его фамилия Хэмиш, а называют его Весельчак Хэмиш. Скользкий как угорь. А еще женщина, по кличке Убийца Кейт, одна из довольно интересных преступниц — правда, это было достаточно давно. Красивая женщина, но с неустойчивой психикой. Они от нее избавились, потому что она стала представлять для них опасность. Это было чисто деловое предприятие, где преступники были заинтересованы только в деньгах, а отнюдь не в убийствах.
— Значит, «Дом на канале» служил одним из таких тайных убежищ?
— Одно время служил, тогда его называли «Ледимед». Вообще, у него было очень много названий.
— Наверное, для того, чтобы запутать, чтобы труднее было разобраться, — предположила Таппенс. — Интересно, не связано ли это с другим обстоятельством?
— С каким это?
— Да нет, просто это вызвало одну мысль у меня в голове, еще одна ниточка, за которую хотелось бы ухватиться. Беда в том, что я сама толком не понимаю, в чем дело, что меня беспокоит. Вот, например, картина. Боскоуэн написал картину, а потом кто-то пририсовал лодку, а на лодке — имя…
— «Тайгер Лили»?
— Нет, «Уотерлили». Его жена говорит, что на картине никакой лодки не было.
— А она знала бы?
— Полагаю, что да. Если ты замужем за художником, в особенности если ты и сама имеешь отношение к искусству, то, конечно же, заметишь разницу в стиле письма. Она даже внушает некоторый страх.
— Кто, миссис Боскоуэн?
— Да. Понимаете, в ней чувствуется сила. Неодолимая и сокрушающая.
— Возможно, вы правы.
— Она многое знает. Однако я не уверена, что она твердо знает, что ей это известно.
— Признаться, я не понял твою мысль, — со всей определенностью заявил Томми.
— Я хочу сказать, что иногда не столько знаешь, сколько чувствуешь.
— Ну, это скорее по твоей части, Таппенс.
— Говори что хочешь, только все концентрируется вокруг Сэттон-Чанселора, — продолжала Таппенс, очевидно следуя за ходом своих мыслей. — Вокруг «Дома на канале» или «Ледимед» — называй его как хочешь. И все связано с людьми, которые там живут или жили раньше. Мне кажется, что некоторые события относятся к далекому прошлому.