Страница 5 из 10
– Примерно так, – согласился парень. – Если хочешь отказаться, лучше сделай это сейчас, пока я не представил тебя, как свою невесту.
Отказаться? После того как парень помог мне с паспортом и чуть не свалившимся на меня огромным долгом? К тому же лишить себя временной прописки на несколько месяцев? Да ни за что, даже если бы из Мишиной квартиры меня выживали десять не вполне адекватных женщин.
Девятиэтажный дом, в котором мне обещали прописку, оказался в закрытом автоматическими воротами дворе с подземной парковкой. Двор выглядел чистым и ухоженным. На клумбах радовали глаз яркие разноцветные астры, во дворе росли две небольшие пушистые сосны, желтели листьями клёны и дубы. Здесь была даже калина с ярко-красными ягодами. Я не заметила ни одной нецензурной надписи на чистой детской площадке, на стенах дома и дверях подъезда. Впрочем, порядок объяснялся не только сознательностью жильцов: в каждом подъезде был установлен видеодомофон.
– Запись идёт круглосуточно, сохраняется на несколько дней, – объяснил Миша. – При желании любой из жильцов может скачать её фрагменты. Никто не захочет хулиганить под камерами и становиться звездой интернета, так что во дворе тихо и днëм, и ночью.
Подъезд тоже оказался непривычно чистым. Ни ползающих по стенам тараканов, ни следов жизнедеятельности жильцов, ни даже выставленного у двери мешка с мусором я не увидела. Видимо, дело всё же не только в видеокамерах.
Нужная квартира нашлась на третьем этаже. Когда мы остановились перед дверью, из-за неё донёсся женский голос:
– Я тут хозяйка, мои тут правила…
Я вопросительно посмотрела на Мишу.
– Видимо, очередная шарлатанка посоветовала сделать в квартире какой-то обряд перед входной дверью. Надеюсь, мать хотя бы проводит свой ритуал сама и не привела ко мне домой ведьму-аферистку, – он скептически хмыкнул и достал из кармана ключи.
Пока ключ поворачивался в замке, за дверью послышался резвый топоток: "хозяйка" сматывалась подальше. Очень странная женщина! Квартиру купил сын, живёт в ней сын, дама просто гостит у него без приглашения. Какая она тут хозяйка? Где логика? Хотя, похоже, с логикой у Мишиной матери плохо, иначе мадам вообще не лезла бы в личную жизнь парня и не поверила бы в дурацкую историю, придуманную старшим сыном. И уж тем более не проводила бы никаких ритуалов, а занималась бы реальными делами и решала бы реальные проблемы.
Мы вошли в коридор. Квартира оказалась светлой, с высокими потолками и ровными бежевыми стенами. Вдоль одной из них тянулся шкаф-купе с зеркальными дверцами. Пахло воском: видимо, прерванный нашим появлением обряд проводился со свечой. Допускаю, что с церковной, раз мадам посещает и церкви, и бабок. К этому запаху примешивался ещё один – воняло какими-то на редкость противными ароматическими палочками. Миша опустил мою сумку на пол.
Похоже, что тут давно никто с чистотой не заморачивается. Под потолком – роскошная паутина, пол грязноватый, с застарелыми пятнами на светлом ламинате, окно выходящей в коридор кухни мыли неизвестно когда, но точно не в этом году. И это при том, что с Мишей здесь сначала жила Кира, а теперь – моя будущая фиктивная свекровь.
– Как у тебя тут здорово, – с порога начала я играть роль. – Да, ты прав, с работы нужно увольняться, отсюда далеко будет ездить…
– Юль, я же говорю, сиди дома, я тебя обеспечу, – отозвался Миша.
Парень помог мне снять ветровку и повесил её в шкаф. Из-за угла коридора вальяжно вышел здоровенный пушистый белый кот. Он с гордым видом прошествовал мимо нас к кухне и требовательно мяукнул.
– Ух ты ж, какой красавец, – я присела на корточки. – Кис-кис, иди сюда.
– Девушка, не трогайте кота!
Я оглянулась на властный, слегка раздражённый голос. Так вот вы какая, мать года! Честно говоря, я представляла себе растрёпанную тётку неопределённого возраста, махнувшую рукой на свою фигуру и внешность, одетую в какой-нибудь жуткий старый халат. Однако в коридор вышла изящная худощавая брюнетка с короткой стильной стрижкой, в дорогих строгих "учительских" очках, накрашенная и одетая так, будто куда-то собиралась уходить. На вид я не дала бы ей больше сорока лет. Но, учитывая, что Мише двадцать восемь и у него есть старший брат, их матери должно быть как минимум около полтинника.
Я неторопливо встала и выпрямилась. Миша как ни в чём не бывало произнёс:
– Мама, познакомься, это Юля, я тебе о ней рассказывал. Юленька, это моя мама…
– Это для тебя я мама, а для девушки – Галина Георгиевна, – с нажимом произнесла "будущая свекровь".
Кот выскочил из кухни, в несколько прыжков подлетел к Галине Георгиевне и громко замурчал. Вот теперь предельно ясно, что это питомец Мишиной матери. Он потёрся о её ногу, оставляя длинную белую шерсть на телесных капроновых колготках.
– Конечно, Галина Георгиевна, – согласилась я. – Мне бы в голову не пришло называть вас мамой.
– И надолго вы к нам, Юля? – сухо поинтересовалась она, при этом глядя не на меня, а на кота.
Что ж, пора отрабатывать возвращённый паспорт и отмену долга. Я нежно улыбнулась и прижалась боком к Мише, стараясь сделать лицо поумильнее.
– Миш, ты своей маме ещё ничего не рассказывал? Сюрприз хотел сделать, да? – я преданно заглянула ему в глаза – карие, глубокие и неожиданно весёлые. – Галина Георгиевна, у нас свадьба через неделю, и Миша предложил мне сюда переехать. Правда, это замечательно?
– Не вижу в вашем переезде ничего замечательного, – ледяным тоном произнесла "свекровь". – Я так понимаю, девушка, вы знакомы с моим сыном без году неделю. На мой взгляд, вам рано съезжаться, не говоря уже о женитьбе. Сынок, я не понимаю, это что, та самая твоя безумная любовь? – она смерила меня скептическим взглядом. – Из-за этой девицы ты не хочешь помириться с Кирой?
– Мам, нравится тебе это или нет, но Юля будет жить здесь, и мы с ней распишемся, – твёрдо ответил мой "жених".
– Как такое может понравиться? – возмутилась Галина Георгиевна. – Ты бросаешь Киру, с которой встречался больше года, которая уже здесь жила, вы даже жениться собирались! И приводишь в дом неизвестно кого. У тебя, видите ли, любовь. Да ты с ума сошёл! Какая любовь? У тебя гормоны, у девушки – расчёт. Ты молодой, симпатичный, квартира, машина, зарабатываешь неплохо. Кто ж от такого брака откажется?
Как кто? Я, конечно! Точно отказалась бы, если бы по-настоящему собиралась замуж. Мне было бы достаточно первых минут знакомства с будущей свекровью, чтобы бежать отсюда со всех ног.
– Мама, я уже всё сказал, – в голосе парня появились жёсткие нотки. – Я сам решаю, с кем буду жить. Мы с Юлей любим друг друга, она остаётся здесь, и мы поженимся.
Он обнял меня за талию, другой рукой подхватил с пола мою сумку и повёл меня по коридору. Галина Георгиевна поморщилась. От меня мадам отодвинулась с таким видом, будто боялась чем-то заразиться. Вот змея!
Кот коротко, требовательно мяукнул, а затем возмущённо взвыл.
– Марсик, – нежнейшим голосом заговорила Галина Георгиевна. – Да ты мой хороший. Кто у нас хочет кушать? Марсик, конечно. Сейчас мама даст Марсику тефтельку. Будешь тефтельку?
Что ж, теперь становится понятно, кто в этом доме хозяин и кто устанавливает здесь правила. Командовать Галиной Георгиевной и указывать, что ей необходимо сделать, может только кот. Забавно, что сына дама называет Михаилом, а с котом воркует, как с долгожданным младенцем.
– Не хочешь? – чирикала мать Миши. – А рыбку будешь?
– Кто бы меня так кормил, – буркнул под нос парень.
Вроде сказал тихо, но Галина Георгиевна тут же отозвалась:
– Михаил, по всем бытовым вопросам обращайся к своей девушке. Ей, как будущей жене, положено о тебе заботиться.
– Обязательно позабочусь, – пообещала я. – Кстати, меня зовут Юля, если вы не запомнили.
– Не вижу смысла запоминать всех девиц, которых мой сын приводит домой, – мерзким голосом ответила "свекровь" и снова зачирикала: – Марсику нравится рыбка, да?