Страница 101 из 112
Его винтовка перестала выплёвывать плазму. В отчаянии он нажал несколько раз на спусковой крючок, но в этом не было смысла.
А за солдатами Последней Надежды перед своим домом стояли мама и папа Перес. С обречённым видом Хорхе и Жаклин наблюдали, как гвардейцы хлынули через разбитые баррикады, нацелив на людей плазменные винтовки. Как был сломлен боевой дух генерала Вольдемара и его солдат. Как одни горожане спрятались в домах за горящими укреплениями, а другие приняли судьбу и остались на улице.
– Прикрыть дома, быстро! – приказывал толстый и усатый командир, – теперь мы можем рассчитывать только на Брата и Сестру.
Папа и мама Перес подумали об Эрнсте и Изабелле, об Антуане и Элеонор. О своих детях. Если бы только они победили Арабеллу, если бы только всё получилось… Иначе все люди Последней Надежды погибнут. Или станут рабами безумной богини.
– Я люблю тебя, Хорхе, – сказала мама Перес, глядя на огонь Стирателя.
– И я тебя, Жаклин, – ответил папа Перес. Языки пламени зловеще отражались в его очках.
Они обняли друг друга, приготовившись к самому худшему, что могло быть.
Розалинда ввела на замке код, который запомнили Эрнст и Изабелла, и серые автоматические двери разъехались в сторону. Перед ней и Алексом тянулся вдаль длинный светлый коридор с бежевым полом. Слева и справа вдоль него находились ряды камер, решётками которых служили странные прозрачные стены.
Алекса и Розалинду в коридоре встретила женщина-ангел. Она носила серый хитон и была на вид очень стара. В правой руке она держала серый крест, а её левая рука состояла из одних костей.
– Никто не посмеет вторгнуться в тюрьму для ангелов! – высокомерным тоном произнесла она.
Алекс испугался, когда в центре её креста засиял голубой свет. Но юноша не растерялся и быстро понял, что делать. Пока Розалинда протянула руку, готовясь создать «бомбочку», Алекс навёл на ангела пушку Стирателя и потянул за рычаг. Ствол изрыгнул оранжевую вспышку, и тюремщица с громкими криками отлетела назад и упала на спину. Её левая рука, лишённая кожи, беспомощно лежала рядом с головой, а из правой руки вылетел крест.
– Ух ты! – воскликнула Розалинда.
Алекс улыбнулся девушке. Он чувствовал себя довольным и гордым после того, как одолел ангела. Он даже не верил, что подобное было возможно.
– Как думаешь, она жива? – спросил Алекс.
Он бросил пушку Стирателя на идеально гладкий пол. Она выстрелила два раза и теперь была бесполезна.
– Я не знаю, – покачала Розалинда головой в шлеме гвардейца.
– Эй, вы! – кто-то позвал студентов.
Осторожно обходя старуху-ангела, они подошли к двум камерам слева от входа. Как и говорили Изабелла и Эрнст, внутри за мерцающими голубыми стенами томились единственные узники тюрьмы. Один из них сначала сидел на полу, прислонившись к стерильно-белой стене, а теперь встал и подошёл ближе к своим спасителям. Он выглядел как человеческий мужчина с молодым лицом и растрёпанными чёрными волосами и был одет в чёрное.
– Вы кто? – спросил узник сквозь прозрачную стену.
– Я Розалинда, а это Алекс, – быстро ответила девушка-волшебница, – мы пришли спасать вас.
Лицо ангела засияло от радости.
– Отлично! – улыбнулся он, – я Люциус, а в соседней камере – Кристофор.
– Очень приятно, – кивнула Розалинда.
Алекс в это время дотронулся до мерцающей стены камеры и удивился, насколько прочной она была, несмотря на внешнюю бесплотность.
– Розовые, – пренебрежительным тоном произнёс другой ангел, похожий на черноволосого мужчину в строгом костюме, – я не припоминаю, чтобы в вашем мире рождались люди с таким цветом волос.
– Я их крашу, – ответила Розалинда, потрогав розовую прядь, выбивающуюся из-под шлема.
– Это глупая и бессмысленная попытка привлечь внимание, – отчеканил Кристофор, – настоящим дамам не пристало красить волосы.
– Заткнись, зануда, – раздражённо бросила Розалинда.
– И выражаться тоже не пристало, – строго ответил ангел.
– Вообще-то, мы вас спасаем! – выпалила девушка.
– Хватит, хватит, хватит! – замахал руками Люциус, – нам надо сбежать отсюда, а не препираться!
Кристофор брезгливо поморщился.
– И как мы должны выпустить вас отсюда? – недоумевал Алекс.
Он ходил вдоль коридора и искал что-нибудь вроде замка, но нашёл лишь кнопку на столбе, который разделял две камеры.
– Ты правильно угадал, – сказал Люциус, – я сам сделал эту тюрьму, поэтому знаю секретный код. Сначала стукни по кнопке три раза, а затем… о нет!
В коридор вошли три гвардейца Лимбо. Два из них были обычными бойцами в белой броне, вооружёнными плазменными винтовками, а третий носил тяжёлые серебристые доспехи и коричневый плащ. В руках он держал копьё и оружие, похожее на большой серебристый пистолет.
– Тревога! Тревога! Обнаружены диверсанты в реабилитационном центре! – монотонным голосом сказал командир гвардейцев, – вы будете уничтожены!
Автоматоны подняли стволы своих пушек и направили их на людей. Внутри Алекса всё снова сжалось от страха. Он в панике переводил взгляд с гвардейцев на кнопку и обратно. Что же нужно было сделать?
– Я прикрою тебя! – подбодрила Розалинда.
Она повернулась к гвардейцам, и в её левой руке заискрилась «бомбочка». Розалинда бросила магический заряд и вывела из строя одного гвардейца.
– Ну, что там? – спросил Алекс Люциуса.
– Три раза стукни, один подержи подольше! – прокричал ангел.
– Один раз подержать и три стукнуть? – переспросил Алекс, от страха теряя самоконтроль.
– Нет же, наоборот! – выпалил Люциус.
Оставшиеся гвардейцы Лимбо открыли огонь из плазменных винтовок. К счастью, первый выстрел просвистел мимо Розалинды и Алекса. Девушка наколдовала и бросила ещё одну «бомбочку». Юноша испугался, когда горячая плазма пролетела так близко, но быстро сосредоточился и быстро ударил кулаком по кнопке три раза, после чего прижал кулак к ней. Голубые стены вмиг исчезли, и Кристофор и Люциус оказались на свободе. Мерцающая перегородка, разделяющая их камеры, так и осталась на месте, но это уже не имело значения.
– Дай копьё! – сказал Люциус Розалинде, выходя из камеры.
Девушка бросила ангелу оружие, доставшееся ей от гвардейца Лимбо. Она колдовала «бомбочки» и метала их в серебристого автоматона, но магия не причинила ему особого вреда. А Люциус покинул свою белую камеру и подошёл к командиру гвардейцев. Ангел сделал выпад копьём в сторону автоматона и выбил плазменную винтовку из его левой руки. Гвардеец отразил удар своим оружием, не позволяя острию подойти ближе к своим сверкающим доспехам. От всего, с чем соприкасались лезвия, в разные стороны поползли голубые молнии. Гвардеец повернул в сторону Люциуса безликую голову в широкополом шлеме, который блестел в свете электрических ламп.
В это время Кристофор поднял крест тюремщицы и с суровым выражением лица сжёг третьего гвардейца жёлтым лучом света. Алекс следил за битвой, стоя у столба с кнопкой. Юноша постепенно избавлялся от испуга – с каждой секундой опасность уменьшалась.
Ловкими движениями копья Люциус обезоружил командира гвардейцев и затем вонзил острие в его шею. Электрические разряды обездвижили автоматона, и он медленно обрушился на пол.
– Есть! – усмехнулся Люциус, приставив копьё к горлу гвардейца.
Алекс смотрел на ангела с восхищением, ведь тот только что победил бронированного автоматона. Будь у юноши больше времени, он бы изучил поверженное технологическое чудо – если, конечно, смог бы что-то в нём понять…
– Нам надо спешить! – поторопила ангелов Розалинда, – солдаты Арабеллы напали на город, а ещё она взяла Эрнста и Изабеллу и убьёт Бога…
Люциус подумал, глядя на волшебницу, и произнёс:
– Кажется, у меня есть идея.
Он склонился над командиром гвардейцев и снял с него шлем.
– Попробую хакнуть нейроинтерфейс, – с улыбкой сказал Люциус.
Алекс с любопытством слушал ангела, гадая, что тот дальше сделает, но стеснялся спросить, что означали его умные слова. А Люциус надел шлем и ненадолго закрыл глаза. Затем он снова их открыл и сказал: