Страница 2 из 34
— Где-то я это уже слышал… — буркнул Вадим, хмурясь в то время, как девчонка хитро сощурившись подходила к нему, соблазнительно покачивая бедрами.
— Устал, пока бродил по лесу… вот и мерещится всякое. Пошли, пошли…
Мужчина ничего не понимал, но что-то подсказывало, что у него жар. Скорее всего его уже нашли, а это все галлюцинации. И эта босая девка вовсе уж и не девка, а тетя Зина — фельдшер при гостинице, где остановился Вадим. А медведь — охранник Мишка, а дед — тоже кто-нибудь. Вот и порешил на том. Перестал упираться и побрел за красавицей, которая крепко-накрепко вцепилась в его руку и тянула за собой. Точно галлюцинация — босая идет по веткам и даже не морщится.
Шли они шли. Долго шли и наконец-то забрели в самую гущу. Кусты с незнакомыми ягодами, мухоморы кругом, да запах болота. Если раньше Вадиму было страшно, то теперь на место страха пришел интерес, и он хотел досмотреть сон или… бред, который являлся ему. Девушка пробралась через кусты и выбежала на небольшую полянку все с теми же кустами и мухоморами. Мужчина посмотрел налево, затем направо и наконец его взгляд упал на огромное сооружение прямо у него перед носом. Толстые бревна, больше похожие на огромные куриные лапы держали на себе деревянную будку с дверью и небольшим окошком прямо под потолком. «Совсем из ума выжил… избушка на курьих ножках мерещится» — пронеслось в голове Вадима, пока он осматривал все кругом.
Из трубы избушки шел дым, а на крыльце сидел огромный черный кот, который внимательно следил за каждым движением мужчины. Девица в то время довольно ухмылялась, после чего подтолкнула Вадима к избушке.
— Сдурела⁈ Не пойду. Там ж Бабка Ежка, небось, притаилась! Думаешь, я сказок не знаю? — вновь буркнул он, отступая назад.
— Ох…
Она прошла к избушке, что-то гаркнула совсем не по-девичьи, отчего строение накренилось, заскрипело, и словно из ниоткуда появилась лестница. Девчонка ловко поднялась по ней и толкнула дверь. Вадим переступил с ноги на ногу, пытаясь заглянуть, что же там внутри, но ничего не было видно. Любопытство взяло верх, и мужчина, посчитав это всего лишь интересным сном отправился следом. Поднялся по лестнице, взглянул на кота, не сводящего с него взора зеленых глаз и прошел в избушку.
— Во чудеса! — только и выдал он.
Внутри было просторно. Большой деревянный стол стоял у окна, открывая чуть ли не панорамный вид на лес. На столе, на кружевной белоснежной салфетке стоял пузатый самовар, рядом корзинка с бубликами и чашка с недопитым, еще горячим, судя по дымку, чаем. Занавески на окошке были из той же материи, что и платье девчонки. Слева стояла настоящая русская печь с одеялами и подушками на ней, и Вадим невольно вспомнил детство у бабушки в деревне. У нее тоже была такая печка, да вот только ему не разрешали забираться туда, говорили, что мал еще, а потом уже был слишком взрослый. Напротив печи стояла лавка, на которой было множество котелков: и большие, и маленькие, и с узорами, и без. В углу висели разные сухие травки, веточки и мешочки с чем-то. А у стены справа стоял огромный шкаф, наверное с тряпками или запасами какими.
— А Бабка Ежка-то где? — хмыкнул Вадим, на что девица закатила глаза и топнула ногой, отчего избушка закачалась в стороны.
— А я тебе кто по-твоему⁈ И не Бабка Ежка, а Яга! — проворчала девица, откидывая волосы за спину.
— Ага… Яга… — только и выдал он, забывая моргать. — А я по-твоему Иванушка-Дурачок?
Девица рассмеялась и молча прошла к шкафу, раскрыла дверцы и принялась копошиться. Вадим скинул с плеч рюкзак и присел на лавку, чуть отодвинув один котелок. В голове не укладывалось. Нужно было просто сделать то, что от него хотят, а там видно будет. «Может я с дерева свалился? В бреду не запомнил ничего… или может голодная смерть настигла, и теперь я в больнице, в бреду? Мало похоже на правду, но что поделать⁈ Придется поверить» — думал Вадим, пока Яга копошилась.
— В пору должно быть! — пробормотала она, доставая льняную рубаху и красные штаны, а следом и сапоги. — Эх, жаль… в таком прикиде лучше на Горыныча идти! Что ж мне с тобой делать-то? Ладно, разберемся.
Она убрала все обратно в шкаф, достала рубаху, которой, если бы она не лежала в шкафу, можно было бы пол мыть. Серая, но с вышивкой на груди и такие же штаны.
— Ботинки пока свои поносишь! — девица швырнула тряпки в сторону Вадима, закрыла шкаф и проследовала к двери. — Пошли, говорю! А будешь упираться, я Володьку позову, он тебе спинку-то потрет так, что кожа потом только через год начнет расти! Что глазки выпучил? Оставь свой мешок тут, хватай обноски и за мной… скорей, скорей, а то банька выстынет!
Дальше для Вадима началась настоящая сказка. Вымывшись в бане, напарившись как следует, он надел тряпки, что дала ему Яга и вернулась в избу. Кот уже лежал на печи и продолжал испепелять взглядом мужчину, а девица выставляла разные яства на стол. Там и поросенок запеченный в яблоках, и щи, и картошка, и капуста квашеная, и соленья всякие. Стол ломился, а Яга все ставила и ставила. Вадим прошел к столу, девица тут же усадила его, погладила по плечам и придвинула горшочек со щами ближе, вручила ему ложку деревянную и села напротив, наблюдая за мужчиной.
— Кушай, кушай… — пропела Яга, по-девичьи хлопая длинными ресницами. — Как звать-то тебя? Небось и правда Ванька?
— Никакой не Ванька… Вадим я. — Проговорил он, зачерпнув ложку супа и принюхался.
— Да ты кушай, кушай, Вадимушка. Щи наваристые, поросеночек сладенький, покушаешь, да спать уляжешься. А утром уже полегче будет.
— А тебя-то, как звать? — не унимался мужчина, наконец-то осмелившись попробовать угощения.
Девица взвыла, обхватив голову руками, но тут же взяла себя в руки и тяжело выдохнула:
— Ягой меня звать! Говорила ж уже! Все, не надоедай мне, а то сожру, как в сказке, и будешь знать!
— Да понял я, понял… — кивнул Вадим, наворачивая щи за обе щеки. — Слушай, а я ж в лесу заблудился… помоги на дорогу выйти, раз ты тут все знаешь.
— Ишь чего удумал! За все платить придется, — она постучала длинными ноготками по столу и хитренько улыбнулась.
— У меня денег нет, можешь сама проверить.
— Сдались мне твои деньги! — отмахнулась Яга, после чего взглянула на кота, который спрыгнул с печи и направился к рюкзаку Вадима. — Просьба к тебе будет у меня, но об этом завтра. Сегодня уже поздно о чем-то думать. На лавке тебе постелю!
Пока Яга готовила лежанку Вадиму, он продолжал ужинать и осматриваться. Что-то ему казалось подозрительным и уж слишком правдоподобным, но он списал это на свою усталость. Да и мысль о том, что все это просто сон — не покидала его. Несмотря на жаркую баню, вкусный ужин и… прочие «чудеса» — всего лишь сон.
Отодвинув от себя тарелку, Вадим прошел к лавке, которая выглядела получше его кровати дома, и присел посередине. Мягко, как на перине. Скинув с ног ботинки, он улегся поудобнее. «Как в поезде… только мягче» — подумал он и вздрогнул, когда Яга накинула на него одеяло.
— Спи, Вадимушка, спи… — промурлыкала Яга, и Вадим почувствовал, как проваливается в сладкий, вязкий сон.
Глава 2. Змеюка Кощеева
Вздрогнув, Вадим проснулся и сразу же столкнулся взглядом с котом, который сидел у него на груди и заглядывал в лицо, щекоча своими длинными усами. Сбросив того с себя, мужчина сел и потер лицо руками, зевая от души. Все, что произошло вчера не выходило из головы. Да и как выйдет, если перед глазами была та же картина. Все та же избушка, тот кот, льняная одежда и… где же Яга? Раз уж ее нет, тогда точно обман где-то. Хотя, кому и зачем нужно его обманывать? Может и правда забрел так глубоко в лес, что наткнулся на когда-то сбежавших из психушки сумасшедших, которые обосновались тут? Нет, точно нет. А с такими мыслями Вадим и сам походил на ненормального. Стоило во всем разобраться с самого начала. А для этого нужно было найти девицу, которая вчера и затащила его в свою избу. «Яга… Яга… Что-то в сказке пошло не так? Где обещанная старуха с горбом и бородавкой на носу?» — думал он, надевая свои ботинки и поднимаясь с лавки, сладко потягиваясь.