Страница 9 из 11
Я доехала довольно быстро. Вышла из машины, поблагодарив немногословного водителя и вошла в подъезд. Как же мне нравилось жить в этом красивом месте. Все тут было новое, современное, не было запаха сырости и затхлости.
До блеска натертый лифт открыл для меня свои двери, и я вошла внутрь. Нажала кнопку родного 13-го этажа и медленно поехала вверх, гонимая усталостью.
– Мама, папа, я дома! – бодро обозначила с порога свое присутствие.
– Вот это ты вовремя! Сейчас елочку будем наряжать. – весело сказал папа.
Он как раз пытался впихнуть огромное дерево метра под два в маленькую зеленую подставку. Честно сказать… В успех этой операции верилось с трудом.
– А мама-то где? – спросила я, снимая пальто и убирая его в шкаф.
– Так она на маникюр записалась, вот уже второй час пропадает.
– Ааа.
– Вот как раз пока ее нет, решил сделать сюрприз. Ты давай тут не стой столбом. Руки мыть и помогать.
– Хорошо. – с наигранным энтузиазмом откликнулась я.
Честно сказать, не хотелось этим заниматься. Но у папы была традиция. Каждый год он ставил живую елку, и мы наряжали ее стеклянными игрушками, которые мама стала бережно коллекционировать.
Запах в квартире стоял нереальный. Вкусный, сосновый он словно опрокидывал куда-то в детство. Где ты еще совсем маленькая девочка и веришь в чудо.
Папа установил елку, и она почти доставала до потолка. Огромная, пушистая, такая ароматная, она невольно снова окунула меня в праздник. Я пошла в свою комнату и принесла колонку, на телефоне включила раздел новогодних песен, и мы с папой полностью погрузились в напряжение елки.
Это так прекрасно, когда родители живы и здоровы и могут проводить с нами время. Почему-то подумала я.
Вешая игрушки, я думала о своем, мы почти не разговаривали. Мне казалось, что чудо в этом году вполне возможно. И может добрый бородатый дед мороз принесет в своем огромном мешке кое-что для меня.
Я вдруг почувствовала себя счастливой, от того, что увидела Пашины чувства к себе, вернее ощутила их в полной мере. Губы загорелись снова, кровь прилила к щекам. И я почти задохнулась от ощущения, что, между нами, еще все возможно. Что я больше не испытываю на него обиды. Что он дорог мне.
Мы закончили наряжать елку и как только включили гирлянду в двери повернулся ключи и вошла мама. Мы с папой хором закричали: «сюрприз».
А мама, не раздеваясь подошла к елке как очарованная! Всплеснула руками, обняла папу и меня и долго причитала, что это самая красивая елка в ее жизни и какой папа молодец.
Я смотрела на них и в душе крепло ощущение возможного счастья. Я смотрела и очень хотела, чтобы в моей жизни было такое глубокое сильное чувство.
Я верила, что это возможно. Я крепла в этой мысли каждую секунду.
Сказав родителям, что поела и сильно устала ушла в свою комнату. Мне нужно было привести мысли в порядок. Не делать необдуманных поступков. Нужно все взвесить.
Я разделась максимально спокойно. Хотя внутри меня бушевала целая буря эмоций. Мне хотелось бежать, прыгать, делать хоть что-то чтобы не бездействовать. Только не быть стационарной сейчас.
Но сначала душ. Горячий, смывающий с меня эмоции этого дня. Это должно меня успокоить…
Я встала под струи воды, которые нежно ласкали тело и снова вспомнила наш поцелуй в лифте. Он был таким голодным, пьянящим, откровенным. Я закрыла глаза и стала воспроизводить каждое движение и каждый стон, который вырывался у Паши.
Поняла, как сильно он скучал по мне, как пил меня всю. И как же невозможно скучала я…
Какой надо быть дурой, чтобы отказаться от него, думать, что смогу жить как ни в чем не бывало без его рук и губ. Без его хитрой улыбки черных омутов глаз. Как могла я быть такой слепой, чтобы не понять раньше, что я безумно, бесповоротно полностью и целиком люблю его.
Я согласна на все. Даже быть его собственностью, даже на самое малое.
В голове летали картинки одна за другой. Как мы устраиваем свадьбу: я в красивом белом платье иду под руку с папой по широкому проходу и множество гостей приветствуют нас. Папа бережно передает мою руку Павлу, а он смотрит на меня совершенно влюбленными глазами, не замечая ничего и никого вокруг.
Следующая картинка: как я хожу с большим и круглым животом, а Паша наклоняется ко мне и кусает большое зеленое яблоко из моих рук. Нежно гладит мой круглый животик и весело улыбается.
Потом как я держу в руках младенца, маленького, но самого красивого мальчика на планете, с большими черными омутами глаз в точности как у отца. Он сосет мою грудь, которая полна молока, а Паша рядом обнимает меня за плечи и искренне любуется этим произведением искусства…
Я силой выдернула себя из грез. Заставила спешно намылиться и быстро выйти мокрой в одном полотенце на поиски своего телефона.
Мне нужно ему позвонить. Мне нужно сказать ему о том, что я безумно его люблю, о том, что простила и хочу быть только с ним. Не меньше, чем вечность.
Я спешно начала копаться в сумке, пока наконец не нашла телефон и не разблокировала его.
Вдруг увидела сообщение от Салли. Мы часто переписывались.
Салли: Марго, привет! Ты уже видела? Ссылка
Интересно, что там такого прислала Салли. Я перехожу по ссылке и вижу статью в известном английском журнале:
Павел Пуров и Самина Аль-Таджир объявили о помолвке.
Телефон выпал из моих рук, а глаза застилало туманом слез. Как в бреду я опустилась на пол безвольной куклой.
«Я не должен был этого делать…». Кулаки сжались до дрожи, захотелось кричать во все горло. Дрожь била похлеще электрического тока.
Чтобы не завопить в голос я укусила себя за кулак. Слезы душили. Я умирала. Он женится, он женится на другой. Вот и все.
Дура! Боже, какая я дура. Замечталась, представила себе, что все возможно. Но такие как он не женятся на таких как я. Он нашел себе невесту получше, а я в прошлом. Теперь навсегда.
Все кончено.
Для нас все кончено.
Глава 5
Думала, что умерла. Снова. В который раз.
Боль в груди уже не казалась моральной, она была самой что ни на есть физической. Сердце будто кто-то сжимал голыми руками и никак не хотел выпускать.
Как же мне плохо…
Мысль. Вдруг в голове: может показалось?
Руки ищут телефон, голова почти не соображает. Открываю и снова вглядываюсь в текст:
Павел Пуров и Самина Аль-Таджир объявили о помолвке.
Не могу смотреть дальше, но заставляю себя как законченный мазохист. Пусть будет больно, но я должна прочитать иначе не поверю!
Известный российский предприниматель Павел Пуров, владелец социальной сети «Вместе» и одноименного мессенджера сделал предложение своей возлюбленной Самине Аль-Таджир, дочери известного арабского шейха Арама Аль-Таджира.
Их отношения длятся уже более полугода и Павел решился на следующий шаг – помолвку. Событие прошло в тесном семейном кругу на торжестве в честь дня рождения Самины.
Наша редакция от души желает счастья молодым! Ура!
А дальше шли четыре фотографии этого самого торжества.
На первой: тесный семейный круг около тридцати человек в дорогом ресторане весело отмечает день рождения. Все разодеты в пух и прах.
Следующий кадр разрывает сердце окончательно. Павел стоит на одном колене, с коробочкой в руках и заискивающе смотрит в глаза великолепной брюнетке в красном платье. Она явно красивее меня, такая тонкая и изящная. Огромные глаза на загорелом лице выглядят кукольными, тонкая талия хорошо подчеркнута облегающим платьем. Настоящая восточная красавица.
Боль сковывает тело, я безмолвно рыдаю, сидя с телефоном в руках. Но не позволяю себе его выпустить. Чтобы было еще больнее – листаю следующее фото.
Павел крепко обнимает свою возлюбленную, а она прижимается к нему всем телом не выпуская коробочку из рук. Она искренне счастлива это чувствуется даже через фотографию.
Следующее фото совсем близко сделано. На нем Павел и Самина нежно целуются в губы.