Страница 2 из 7
– Ты как? – шепнул Александр.
– Нормально. Ты боксер? – спросил Баз шепотом.
– Да.
– Я дзюдоист. Ты бьешь, я бросаю. Работаем?
– Идет. Но больше на меня не падай. Ты тяжелый.
– Прости, Саш, это произошло случайно.
Гопники били рукой по руке в сладостном ожидании неравного поединка. Шеф и продавец цилиндров направились к ним. Такое событие им было не по нраву и представлялось неожиданным. Александр технично бил, Баз технично бросал. Александр бил от отчаяния, что девушка не с ним. Баз вкладывал в броски несбывшиеся мечты о продажах. Все происходило весьма быстро и неудовлетворительно для решивших почесать кулаки. Асфальт – штука твердая. Вскоре противник в количестве четырех человек поспешно оттягивался к краю дома, обещая вернуться.
– Ненавижу себя! – негромко проговорил Александр, отряхивая с куртки прилипшую грязь.
– Ты о чем сейчас? – справился Баз.
– Достало все!
– Хочешь увидеть много алмазов в одном месте?
– Почему бы и нет.
Спонтанные бойцы сели в машину Александра и отправились на выставку.
– Я знаю человека, который бы купил что-то из этого, – произнес Александр, трогая самый большой цилиндр.
– Но это настоящие бриллианты. Это стоит миллиард долларов, – шепотом сказал Баз.
– Он и хочет потратить миллиард. Он такой же сумасшедший, как и ты, – прошептал в ответ Александр.
– Это очень хорошо, – сказал Баз.
Они заказали пиццу и ели с удовольствием. Александр был голоден и громко чавкал, запивая пиццу томатным соком. Баз неторопливо жевал, придумывая разрушительный для Тэйка текст смс.
– Спасибо! – сказал Александр, садясь в автомобиль.
– Не терзайся из-за нее. Есть много другого. Очень хорошего и более подходящего, – тихо сказал Баз.
– Фруктовый салат! Ну, ты даешь! – засмеялся Александр.
Баз без слов ушел в подъезд. Александр еще секунду, по-доброму улыбаясь, смотрел ему вслед, потом запустил двигатель и резко уехал из двора.
Глава 3. Lucky Seller
– Какого черта? Ты что, пил? – вступил Тэйк, едва войдя в рецепцию выставки.
– За один миллиард долларов продан бриллиантовый цилиндр. Вот чеки на пятьсот пятьдесят миллионов долларов, а в ящике наличными – миллион евро. Остальные платежи клиент хочет обсудить при встрече. Вот его номер, – устало рапортовал Баз.
– Почему ты держал это втайне? – не унимался Тэйк. Его лицо постепенно посетила радостная улыбка. Он взял карточку и пристально изучил ее.
– Это произошло позавчера. Посредник – мой новый знакомый, – тихо сказал Баз.
– Почему так завышена цена? Цилиндр обошелся тебе в чуть более миллион! – произнес Тэйк и, подавившись слюной, принялся мучительно откашливаться.
– Я хотел сказать посреднику ‘миллион’, но был подшофе, и случайно вырвалось другое слово, – осторожно, будто подглядывая в текст, сказал Баз. Он пил американо с сахаром и льдом через соломину.
– Что ты говоришь? Ты что говоришь сейчас? Нас же элиминируют!
– ‘Нас’! – насмешливо протянул Баз. – С каких это пор – ‘нас’?
– Нас ликвидируют за непорядочность, придурок!
– Порядочность… – философски произнес Баз, медленно шагая к тяжелым шторам. – Что такое порядочность в мире, который запал на дипишные жопы шлюх порнхаба? Ты что, не рад? Ты вернул свои бабки и получил сумасшедшую прибыль. Перечисли на мой счет несколько миллионов, и я уезжаю. Хватит.
– С ума сошел! А это? – обвел рукой выставку Тэйк.
– Оставь это, – уклончиво ответил Баз.
– Зачем? Мне – это? Без тебя? – отрывисто, в исступлении, негромко сказал Тэйк. – Кто их будет продавать? На свете есть только один дурак, который торгует цилиндами и конусами!
– Так ты перечислишь деньги?
– Баз!
– Прекрати брызгать слюной. Я вернул тебе долг. Какого хрена!?
– Я всегда уважал тебя! Ты – лучший!
– Когда ты перечислишь деньги?
– Сегодня-завтра…
– Сегодня.
– Хорошо, но…
– Тэйк!
– Ну, хорошо! Спасибо!
– Да пошел ты!
– Дурак! Ты… дурак! Баз! Все только начинается! Остановись!
– Довольно, Тэйк. Ты показал себя за прошедший год! Я ухожу.
– Жаль, что так!
– Это у тебя от радости. Владей! – и Баз похлопал Тэйка по плечу.
Он вошел в лифт и поднял вверх руку, прощаясь. Тэйк тоже поднял руку. Его лицо было растерянно-счастливым. Теперь он любил База больше всех на свете. Баз доказал, что невозможное возможно. Баз был интересен. Тэйк не понимал, что теперь не интересен он сам. Ну, просто миллиардер. Ну, одет хорошо. Умен и перспективен. Не гей, в конце концов.
***
Сто миллионов евро поступили на его счет, и Баз уехал в тот же день. Он бродил по узким улочкам Кламси и дышал воздухом Ромена Роллана. Люди обращали на него внимание, и Баз вежливо улыбался, ни с кем, однако, не заговаривая. К вечеру же, купив местное вино в ресторане, он пригласил за стол соседей, и те рассказали ему всякие небылицы про Кламси и его жителей.
Ночью, когда, после попойки, Баз спал, позвонил Тэйк.
– Как ты? – серьезно спросил он.
– Сплю. Чего тебе? – буркнул Баз.
– Я придумал как спастись.
– Неужели? Интересно! Расскажешь завтра!
– Мы построим космический корабль. Ковчег. И в минуты общепланетарного коллапса, мы удалимся от планеты на безопасное расстояние. Ну, и возьмем, конечно же, каких-то людей еще… – убывающим тоном проговорил Тэйк.
– А потом?
– Переждем и вернемся! Тебе совсем не нравится такой план?
– Нравится.
– Вот и хорошо. Хочешь узнать детали? Они завораживают.
– Детали потом. Дай поспать.
– Но Баз!
Не ответив, Баз отключил телефон и уставился на светильник. “Переждем и вернемся”, – прошептал он. “Если б все было так просто…”
Позже, во сне, пришла мать. “Экономь деньги, сынок!” – нежно грустно сказала она. “Обязательно, мама!” – прошептал он. Баз вздрогнул. Было уже светло. Он прошел к тщедушному столику, на котором стояла бутылка, поспешно открытая вчера, но невыпитая, и сделал глоток. Надышавшееся за ночь вино Бургундии было прекрасно.
Глава 4. Женева
Одной из удивительнейших вещей, которая стала происходить в жизни База с момента его явления в Кламси, стало прилипание женщин самого разного возраста, на одну только опереточную тему. Они подсаживались за ближние столики, эбэндонировали мужей и любовников, друзей и подруг. Все они хотели внимания База, понятия не имея о его богатстве. Они просто чувствовали, что он до такой степени отличен, что это не помешает испытать.
Породоиспытание давалось Базу бедственно, по причине его безбрежной привязанности к Гвен, которая, между тем, издевалась, как хотела.
Выходец из небогатой британской семьи, с окраины Лондона, она была воспитана в суровом режиме деньгоделательной атаки; но и была приверженкой Уильяма Вордсворта, чего Баз не понимал из-за приверженности к британскому биту. Хотя, кто сказал, что британский бит и Вордсворт друг от друга так уж далеки?
Баз маялся. Он плакал по ночам, а вечерами колотил гопников, когда те требовали… Чего они требовали? Наверное, внимания… И он писал стихи на английском.
***
Kiss the snow when arrive at the top,
Kiss the rain when passing the shelf,
Kiss me when you get down.
Он наливал бокал и вновь принимался за стихотворение.
I wasn’t right denouncing you,
In vain I raved cognising
Your boat quietly disguising
The anchorweighing.
I’ve been too long here,
I’ve wasted to
This is the instante,
This is the instante!
And will two wings
Head up the clouds,
They blessedly will leave
Those arrogance, revenge and junk,
And will two wings head up the clouds.
Well, one thing clicks:
One ca
Those lovely things,