Семена Апокалипсиса

Глава 33

Замерший словно статуя парень смотрел на труп под ногами. В его голове бушевал целый шторм мыслей. Как ни странно, самыми громкими из них были не про ценность утраченной жизни, не обвинения себя в чудовищной жестокости и не самобичевание. Нет. В первую очередь Артема поразил страх уголовного преследования.

С некоторым холодком он осознал, что ему плевать на умершего Борща в принципе. Мысли быстро перешли в конструктивное русло. Парень перевел взгляд на второе тело, лежащее рядом. Бритому ударом рассекло голову, откуда сейчас на грязный пол медленно стекала кровь. Но дышал урод спокойно.

— У меня для тебя плохие новости, дружище, — нервный Артем не заметил, что это сказал вслух. Он обыскал человека — никакого оружия не нашёл. После этого достал бутылку воды и облил лицо потерявшего сознание. Увесистые пощечины быстро привели того в себя.

Артём подождал еще с минуту, дав возможность немощному привести мысли в порядок. Когда Бритый заозирался по сторонам, Артем легонько пнул его, привлекая внимание.

— Смотри сюда, урод, — он показал на мертвеца, лежащего в метре от Бритого. — Твой друг уже всё... отбегался.

Осознав сказанное, Бритый побледнел и широко распахнул глаза. Его нижняя челюсть стала непроизвольно подергиваться. Артем же был удовлетворён эффектом. Самообладание у гопника отказало, и он явно был готов к сотрудничеству.

— Как тебя звать? — задал вопрос парень.

— С-сиплый, — Бритый, по погонялу оказавшийся Сиплым, отвечал с заиканиями. — Мужик...А-артем, ты ч-че, а? Я же т-тебе не сделал ниче...

— Успокойся, Сиплый, я же не маньяк какой, — стараясь говорить спокойнее и увереннее, парень прервал стенания ублюдка. — Сейчас расскажешь, кто такие, откуда. После этого я уйду.

— Да-да, к-конечно, расскажу, — Сиплый быстро закивал. — Артем не знал точно, но, похоже, тот был по-настоящему запуган. Что, в принципе, нормально, ведь в метре от него лежал его отошедший в мир иной товарищ.

Через час Артём вышел из подвала. Один. В этот раз он не надел на себя яркую строительную жилетку и каску. Сейчас Артем посчитал это лишним.

Он взглядом нашел стоящую неподалеку БМВ какой-то старой серии. Подойдя, открыл с помощью брелока. Там он обнаружил старомодную сумку, кажется, их барсетками называли. «Бэхи, барсетки... эти два долбоёба как из девяностых вышли», — подумал парень.

Светиться здесь совсем нежелательно. Парень быстренько открыл сумку, вытащив из нее всю наличку. Банковские карточки трогать не стал. А закончив, отправился к УАЗику.

Пока ехал домой, настраивал мысли на деловой лад, параллельно обдумывая полученную информацию. Бык, узнав о смерти дружка, размяк сразу и выложил парню все, что представляло интерес. Борщ и Сиплый — два дружка чуть моложе тридцати — особого интереса для Артема не представляли. В отличие от дяди Сиплого.

Владимир Иннокентьевич по прозвищу «Ждан» в девяностые был самым настоящим барыгой, занимаясь скупкой ценных вещей у нечистых людей. Работал с ювелирными изделия, монетами, драгоценные металлами и прочими вещами. Сбывал все по своим каналам в Европе.

Мутные годы он пережил и вовремя завязал, что и спасло ушлого дельца от решетки или чего похуже. В последующие годы он старался не отсвечивать, да и Сиплый не интересовался его методами заработка. До катавасии с порталами он жил достаточно скромно: двухэтажный особнячок в коттеджном поселке, расположенном недалеко от города.

Так получилось, что с приходом Системы один осколок посеяло рядом с участком Ждана. Хоть и достаточно пожилой, но крепкий телом любознательный мужчина, не испугался и на пару с тестем и залез в портал.

Осколок они благополучно зачистили и инициацию получили оба. Лутом их, видимо, тоже не обидело. В Системе ничего интересного пожилой торгаш не нашел, посчитав все это детскими глупостями. Однако в добыче из зачищенного осколка чуйка безошибочно определила великолепный потенциал для сбыта.

Знакомства в маргинальных кругах общества у него остались, как и некоторый авторитет. Да и к риску он привык с молодости. В короткие сроки пожилой делец организовал скупку хабара из аномалий, пустив под это все накопления с былых времен.

Впрочем, отбились все риски практически сразу. Только Ждан поднял связи из Европы, как взорвалась информационная бомба «Human 2.0» от Лайва. Спрос начал скачкообразно расти. Инстинкты торгаша не обманули.

К делу быстро подключили всех родственников. Сиплый, в миру оказавшийся двадцатидевятилетним Антоном Фомичевым, увлекающимся тюремной романтикой девяностых, звезд с неба не хватал, но нашлось и для него дело. С дружком они искали аномалии, на которые Ждан давал наводки «работягам» — бригадам, занимающимся чисткой. Уже работало четыре слаженных бригады, людей туда набирали до сих пор. Периодически, конечно, работяги несли потери, но, судя по всему, платил Ждан слишком хорошо, чтобы это кого-то напугало.

Держали весь бизнес в тени, благо опыт был. Противозаконной деятельностью они не занимались, но это было только вопросом времени, когда государство подобный бизнес начнет контролировать. Так считал и сам Артем, мысленно похвалив старика за смекалистость.

Весь лут шел на продажу. Ждан запрещал что-то использовать для себя. Еще бы, когда каждое семечко стоило тысячи и тысячи евро, жрать их, в глазах прожжённого торгаша, было равносильным поеданию золота.

Ближайшая партия товара, благодаря наладившейся системе, была самой большой и должна была «уехать» примерно через неделю-полторы. Сиплого никто в курс дела о содержимом вводить не собирался, но Владимир Иннокентьевич в последние дни был особенно доволен. Это был ключевой момент рассказа гопника, который и определил дальнейшие действия Артема.

Вопросы вроде «как часто выходишь на связь с Жданом и родными» и «охраняется ли как-то дом торговца» даже у не самого умного Сиплого вызвали бы подозрения. Тут Артему пришлось применить кое-что из просмотренного как-то на Ютубе ролика об ужасах полевых допросов в условиях Второй Мировой войны.

Было мерзко, но недолго. Сиплый при первом же намеке на боль начал трещать без умолку, рассказывая все.

Земля ему пухом. Убить второго человека было морально тяжело, но необходимо. Недобитый моралист внутри Артема — дитя сытой жизни — быстро отходил на задний план в реалиях постоянной угрозы и потенциальных потрясений, а может, и полного краха человеческой цивилизации. Оба тела были выброшены в портал зачищенного осколка. Пусть тот станет им Ладьей Харона!

Решился бы на подобное он раньше? Едва ли. Что же его так изменило? Наверное, все сразу. Хождение по лезвию ножа в осколках, борьба за жизнь. Это ожесточило его. Помимо этого, Артем поднял характеристики чуть ли не в два раза. Его тело и интеллект изменились, поменяв и личность. Остался бы он прежним в таких условиях? Очевидно, нет.

Артем не мог позволить себе быть добрым героем книги или игры, не проявляющим агрессию первым и ожидающим получения морального права на атаку. Информация по Ждану очень заинтересовала его. Дело сулило большой скачок в силе, а значит, и повышение шансов на выживание в будущем. Принять решение было не так уж и трудно.

Он проведет разведку и нанесет удар. Там, где идет борьба за силу, мягкотелым моралистам не выжить.

Артем нервно посмеялся над своими терзаниями в лучших традициях Раскольникова и постарался успокоиться. Ему предстоит много работы.

Парень добрался домой к ночи. Произошедшее сегодня здорово вымотало, но расслабляться пока рано. У него всего два дня. Ровно такой срок Артем посчитал наиболее безопасным до обнаружения пропажи Сиплого.