Страница 6 из 52
— Постой! Но Чужак с нами давно уже живёт и ничегошеньки с ним не стало, каков был, таков и остался! Бледный да жилистый.
— Это не так работает. Эссенция зверя долго копится, а потом прорывается единовременно, как забродившее вино разрывает горшок.
— Я помню, как в юности ни с того ни с сего захворал-занедужил. Лежал промеж жизни и смертушки, а после, когда встал, не токмо не чувствовал последствий недуга, но и силушку в себе почуял великую. Оно ли это?
— Оно… Со всеми такое бывает…
— А ведь верно! А дети вдовы Скользкого? Надо их предупредить!
— Зачем? Я же говорил, что мои глаза Падальщика видят немного больше. Истинно говорю тебе, вождь, заберут их в секту, когда придут за налогами. Корни духовные у деток этих есть. Так что пусть живут за стеной, отвыкают от деревни и от матери.
— Хм… Как-то это не по-людски… Ты уверен?
— Не сумлевайся! Все отравленные мясом и заповедными растениями покинут деревню. Опасности для нас нет, не успеют они уродами стать и озвереть, дело это не быстрое.
— Для нас? — не понял вождь. — Я думал это вредно самим людям.
— Им тоже, но и окружающим. Вот представь, что поведением чужака управляет не он сам, а какадыл? А зубы-то выросли. Да он половину деревни задерёт. А того хуже — Ядовитый Дух.
— Да… Прав ты, шаман. Избавиться от них — пользительно для обчества.
Вождь не мог понять по мутным глазам Падальщика, что тот думает. Чувствовался подвох и недосказанность, где-то шаман… нет, не обманул, просто недосказал.
* * *
Полугодом ранее
До Окраинной деревни Алекс с охотниками шёл два дня. Долгих дня. По ощущениям, сутки здесь раза в полтора длиннее земных, что почти очевидно — раз сила тяжести иная, то и прочие параметры планеты могут отличаться. Хорошо ещё что звезда примерно такая же как Солнце — цвета вещей, принесённых с Земли выглядят естественно под его светом. Но вот с луной что-то не так: она есть, но, похоже, вращается как-то странно. Она крупная, а значит тоже должна быть обращена к планете всегда одной стороной, но рисунок на поверхности её меняется. Так быть не должно. Может, их две? Тогда почему одного размера? Не слишком ли странное совпадение, когда угловые величины двух лун и звезды одинаковы?
Больше всего в пути Алекса интересовало, как охотники ориентируются в лесу и ничего особенного заметить не смог. Скорее всего, эти места им знакомы, и всё тут. Нет никакого секрета, только привычка. Это подтвердилось трижды, когда останавливались на привалы и ночёвку в местах, уже оборудованных под эти цели — камнями выложено место для огня, расчищены лежанки.
Алекс хотел забраться на дерево, но один из его новых знакомых покачал головой совсем как землянин и указал на одну из ветвей. Обычная такая ветка, ничем не примечательная. А потом в неё кинули камень, и "ветвь" уползла, напоследок страшно шикнув в сторону обидчиков. Змеюка явно ядовитая, ведь отверстия и бороздки для яда на клыках можно было разглядеть прямо с земли, а эта "ветка" находилась на высоте примерно трёх метров.
— Как же мне повезло вчера, — вслух сказал Алес и немного побледнел, а охотник, конечно же ничего не понявший из слов, но отлично прочитавший эмоции, заулыбался и похлопал по плечу незадачливого древолаза.
Остальные тоже заулыбались. Вообще странно, конечно: Алекс не раз слышал, что дикие племена защищают свои земли, чужаков убивают прямо на границах, а тут ведут куда-то, даже не связанного. Ну не похоже, что он пленник для них. Вон, водой делятся, едой. Да и от змеюки фактически спасли.
Единственный невнятный момент был когда в него принялись кидать грязью и обмазали каким-то дерьмом непонятной твари. Очень вонючим. Возмущение Алекс удержал только потому что сами охотники выглядели и пахли так же, а он в своей майке, благо в стиле "милитари", очень выделяется. Её, кстати, сильно и не марали, а вот джинсам и кедам досталось.
Зато от долгой ходьбы походка наладилась, даже сумел в какой-то степени подражать спутникам — они ступали осторожно, шли крадучись. Их ноги, казалось, тоже с глазами. Как иначе объяснить, как так получается, что от Алекса раздаётся хруст при ходьбе, а от них — нет? Сначала он пристально следил за тем, как охотники ходят: вот, кажется, сейчас наступит на ветку, а потом вдруг, раз — и нога в последний момент делает небольшое движение, и становиться рядом сучком, который мог бы произвести треск. Непонятно, как они этого добились.
Зато Алекс трещал за всех! Он даже ожидал получить тумаков за свою неуклюжесть или минимум упрёков, но не дождался. Наоборот, опытные мужчины использовали его косолапость себе на пользу — дважды он становился невольной приманкой для диких зверей, которые, впрочем, не смогли даже приблизиться к жертве, истыканные копьями и стрелами. Шкура этих зверюг, даже на непрофессиональный взгляд Алекса весьма ценная, охотников не интересовала. Они только раскалывали бошки и вынимали оттуда уже знакомые кристаллы, только других цветов. Видимо, это видовой признак.
— Могу я взять когти и клыки этого зверя? — Алекс ткнул в "тигра", из которого артель вырезала стрелы, нещадно портя шкуру. Он показал пальцем на интересующие вещи. Алекс даже испугаться толком не успел, зверь напал со спины. Он только вздрогнул, когда тот жалобно заскулил, обернулся, а его уже добивают костяным топором с каменными вставками. Если бы это существо нападало с лица, то Алекс мог бы и обделаться со страха: не крупное по сравнению с "кабанами", которых тащили охотники с собой, но очень зубастое и когтистое. ели бы у саблезубого тигра были четыре пары "бивней", дые вверх и две вниз — получился бы вот такой зверь. Только, судя по размеру пасти, этот может её открыть так чтобы кусаться этими "саблями".
Охотник только закатил глаза, услышав просьбу, развёл руками и чуть пожал плечами. Ну, как есть — земной жест!
А вот когда непонятный чужак достал железку, которую уже использовал для разделки, мужчины оживились. Железный нож был только у одного, самого здорового, остальные пользовались костяным оружием, но весьма прочным и острым, затейливо украшенным резьбой. Воины стали подглядывать на Алекса завистливо и недобро. Благо, на наблюдательность он не жаловался и, закончив извлечение интересующих частей, "подарил" железку здоровяку. Тот широко заулыбался и похлопал Алекса по плечу, а остальные завистники приуныли.
— Пользуйся, дикарь, — улыбаясь во всё лицо сказал даритель. — Вижу, что прирезали бы меня, за этот кусок сраного железа.
— Благодарю за ценный дар, Чужак, — ответил предводитель ватаги совершенно серьёзно. — Можешь рассчитывать на мою помощь в дальнейшем.
Очередной диалог с ритуальными фразами, где собеседники не понимают ни единого слова, состоялся. За время пути Алекс не раз "беседовал" с аборигенами, пытаясь вычленить хотя бы пару слов. Но особо не поговоришь, на глупого болтуна много раз шикали. Это и понятно, нужно слушать лес а самим быть незаметными. Только на стоянках можно негромко говорить, да вот в таких случаях, когда и так шуму наделали, да кровью навоняли. Так что с изучением языка придётся повременить до деревни, или где они живут.
В этот раз вот не ругали за болтливость, предводитель охотников готов был простить, шум, ибо сиял довольством. По плану Лисьего Хвоста этот кусок железа будет передарен вождю, а тот передаст его шаману, ибо не по статусу простым смертным владеть предметами из небесного железа. Правильно обработанные они могут стать даже артефактами. Собственно, сам шаман тоже не оставит себе этот металл, передаст его представителям секты. Что он получит взамен — никто не узнает, но по его довольной роже будет понятно — не мало.
Такое бывало не раз, и всегда необычные находки шли по такому пути. Но и Лисий Хвост получит долю.
* * *
Деревня встретила охотников молчанием. Люди радовались добытому мясу и кристаллам, но это дело обычное. А вот бледнолицый мужчина — что-то новенькое.