Страница 8 из 25
Стараясь не задумываться об этом, мы побрели с Фрэнком дальше.
Так как наша прогулка затянулась, то на завтрак я опять опоздала. Когда я пришла в столовую, там уже сидел он. Я нервно сглотнула и направилась к противоположной стороне стола. Марта услужливо пододвинула мой завтрак ко мне. Поблагодарив ее кивком, я начала свою трапезу, предварительно передав ей заботу о моем песике. Я изо всех сил старалась не думать о человеке напротив меня и не поднимать на него взгляд. Я увлеклась едой, размышляя о том, как вкусно тут готовят и какой восхитительный кофе они варят. Странное ощущение нарастало во мне, как будто я чувствовала на себе чей-то взгляд. Я подняла глаза и осеклась. Он в упор смотрел на меня. Но встретившись взглядом, мы синхронно отвели глаза к себе в тарелки.
До конца дня я пробыла в саду, читаю книгу. Мои мысли уплывали далеко от того места, где я находилась. Сейчас я переживала, как герои разберутся с вселенским злом, обрушившимся на Землю, как они пронесут свою любовь через все это, какие верные друзья при этом их окружают, и какие еще перипетии ожидают их в жизни.
Вечером я зашла к Клавдии, я старалась ее не тревожить все это время, но сама очень переживала за нее, поэтому решила навестить бабушку.
— Простите, я Вам не помешаю? — робко спросила я у Клавдии, приоткрывая дверь ее комнаты.
— О, Джейн, детка, проходи конечно, — очень бодро и радостно ответила она.
Бабушка сидела за своим туалетным столиком и, кажется, тщательно втирала крем в свои руки. В воздухе пахло садовой розой и дикой лавандой. Я присела на стул рядом с кофейным столиком.
Мы проболтали несколько часов, так не принужденно, что я не заметила, как наступил поздний вечер. Когда зашла Марта, чтобы помочь Клавдии лечь в постель, я отпустила ее, чтобы сделать все самой. Бабушка была приятно поражена моим жестом и с радостью приняла мою помощь. Когда я вышла из ее комнаты, погашая свет, я чувствовала какое-то умиротворение и легкость на душе.
Счастливая я отправилась спать, предварительно отловив Фрэнка.
Мое утро проходило уже по отлаженной схеме. Я просыпалась, умывалась, отправлялась на прогулку с Френком. Но сегодня меня посетила отличная идея — сходить с подругой в клуб, немного развеяться. Я подумала, что это тоже будет отличным шагом к моему моральному восстановлению. Тем более, что Джеф всегда поддерживал мои подобные, хоть и не частые, вылазки. После прогулки я позвонила своей лучшей подруге — Кесседи. Я избегала ее после трагедии, поэтому сейчас мне было очень стыдно перед ней, но поговорить с Кесседи я была обязана. Она удивилась моему звонку и если она и злилась на меня, то виду не подала, по крайней мере я этого не услышала на другом конце телефонного звонка. Я сказала ей о том, что сожалею, о таком долгом расставании и игнорировании ее, но мне нужно было время, чтобы прийти в себя. Она посочувствовала моему горю и сказала, что с пониманием и уважением относится к моему поведению. В этот момент я поняла, за что люблю и ценю свою подругу. Мы договорились, что Рикки вечером отвезет нас в клуб.
После расслабляющей ванны, скраба и ванильного лосьона на все тело, я принялась укладывать локоны, рисовать стрелки и красить ногти. Совершенно простые действия для любой девушки, но мне сейчас они помогали чувствовать себя живой и самой обычной девушкой.
Когда я вышла из дома, Рикки уже ждал меня возле машины, он услужливо открыл мне дверь в автомобиль. Мы заехали за Кесседи и поехали в клуб. По дороге мы весело обсуждали ее сборы, как она споткнулась, выходя из ванной, зацепилась полотенцем за ручку и рухнула абсолютно голая посреди комнаты. Я поймала себя на мысли о том, что сильно скучала по ней, такой дурацкой, веселой и безбашенной Кесседи.
В клубе мы сразу пошли к бару, надо было расслабиться. По нашему обычаю мы взяли текилу. После третьей рюмки, мы пошли на танцпол. Я попала в свою волну, я не могла остановиться, я кружилась и отплясывала, закрывая глаза, как в последний день своей жизни.
Спиной я почувствовала, что кто-то ко мне сильно прижимается. Обернувшись, я увидела парня, он был изрядно пьян, а его взгляд источал дикое желание. Когда я попыталась ускользнуть от него, он схватил меня за талию обеими руками, зарываясь в мои волосы, он прошипел отвратительные вещи мне в шею. Холодная и тягучая волна мурашек пробежала по моему телу, больно ударив где-то внутри. Я жадно искала в толпе Кесседи, но я не видела ее. И тут парень схватил меня за руку и потащил через танцпол к запасному выходу. Я хваталась за людей, но они, или не видели моего ужаса, или были слишком пьяны, чтобы реагировать, или вовсе считали чокнутой. Уже на подходе к двери, я дернула руку, что есть силы из его цепких лап, а когда поняла, что падаю, зажмурилась, но не упала, меня кто-то подхватил и поставил на ноги. Мой похититель обернулся на меня, а я ошарашено смотрела в его глаза, они были страшные, как у зверя. Я попятилась, а мой спаситель взял меня за плечо и завел за свою спину и тогда я поняла, что это был Кристиан. Я так и стояла, таращась в его спину, его плечи вместе с прерывистым дыханием и грудной клеткой вздымались вверх и резко опускались вниз. Я не слышала, что они говорили друг другу из-за громкой музыки. Я видела только, что Кристиан что-то жестикулировал в сторону обидчика. А в следующий момент, Кристиан резко развернулся ко мне, вырвав меня из моих мыслей о нем, схватил меня за руку и потащил в обратную сторону, к выходу. Выйдя из клуба, он повернулся слишком резко и подлетел ко мне, так что я отпрыгнула от него.
— Ты хоть представляешь, что могло с тобой случиться? — взорвался он.
От этих слов меня прорвало и слезы брызнули из моих глаз. Я только успела увидеть ошарашенный взгляд Кристиана и что от его злости не осталось и следа, потом слезы пеленой застелили мне глаза. Несколько секунд и я почувствовала, что он подошел и прижал меня к себе, одной рукой приобнимая меня за спину, а второй поглаживая волосы.
— Прости… Я испугался, когда увидел, что он потащил тебя куда-то… Я испугался, что могу не успеть…, - в его голосе звучало что-то еще помимо сочувствия и страха.
Я успокоилась и немного отодвинувшись от него, заглянула прямо в глубину его теплых, янтарных глаз. Где-то глубоко внутри что-то вздрогнуло. Мгновение и он отпустил меня из своих объятий.
— Я должен отвезти тебя домой, пошли, моя машина за углом.
— Но Кесседи еще в клубе! Мы должны ее забрать! — упиралась я.
— Я позвоню своему другу, с которым мы были в клубе, он отвезет ее домой, — после небольшой паузы, он продолжил, — Не переживай, он порядочный, не такой, как эти ублюдки!
Мы ехали молча, я старалась не думать о том, что произошло. В голове всплывала картинка, где я смотрела в его глаза. В них столько нежности и тепла, что я еле сдерживалась, чтобы не повернуться к нему и не заглянуть еще раз. За этими картинками в голову стали приходить отрезвляющие мысли, воспоминания и вывод вырвался сам собой:
— Ты тоже был в этом клубе! Ты следишь за мной? — ошарашенная своей резкостью и пониманием, выпучив на него глаза, выпалила я.
Кристиан, не меняя выражения лица и позы водителя, ответил:
— Я был на балконе второго этажа с друзьями, когда увидел тебя с этим ублюдком.
Его ноздри стали раздуваться, а желваки заходили на скулах.
«Переживает за меня — приятно» — мысленно улыбнувшись, подумала я.
Я отвернулась от него и уставилась в окно. Оставшийся путь до дома мы доехали также молча.
Расслабиться я смогла только в своей комнате, после душа я влезла в свою уютную пижамку и зарылась в своих подушках, как будто только они меня могли спасти от проблем внешнего мира.
Ночью мне опять снился сон в тумане красного оттенка. Я радовалась тому, что снова увижу Джефа, что снова почувствую его желание на моем теле. Когда туман стал размешиваться, в страстных картинках, где я переплетаюсь с ним в страстных объятиях и наши обнаженные тела двигаются навстречу друг другу, я увидела, что рядом со мной не мой муж, а он… С его янтарными глазами и такими теплыми, что хочется нырнуть и укрыться в них навсегда. Его губы жадно целовали мою грудь, покусывая соски, он осыпал мою шею и ключицы поцелуями, а руки жадно гладили спину спускаясь до ягодиц. Тугой комок завязался внизу моего живота приятно-ноющим желанием. При очередном толчке его тела, мое взорвалось дикой волной, а перед глазами обрушился звездопад…