Страница 18 из 58
Накануне, Галицина пошла к подружке – соседке и взяла у нее обтягивающий трикотажный комбинизон, чтобы быть красивой в свой день рождения. В этом комбинезоне она выглядела моделью потому, что он вырисовывал все изгибы ее идеальной фигуры.
Роды совсем не испортили ее, живот, по-прежнему, был плоским, и она даже стала еще красивее, ее формы стали более округлыми. У самой Оли не было ничего нарядного. Жили они бедно.
Александр сказал, что с ними поедет Жорик со своей очередной подружкой.
– Зачем мне Жорик на моем дне рождения, тем более с какой-то подружкой? – возмутилась Оля.
– Он нас повезет, чтобы я мог с тобой выпить. Ну а подружка, для Жорика, чтобы он не скучал.
Оле не понравилось это предложение, но объяснение было логичным. «Ладно – подумала она – может с Жориком веселее будет». Подружкой Жорика оказалась Неля Кусадаева. Оля знала эту девушку, через одного знакомого и даже не так давно их сама познакомила.
За столиком в кафе Оля стала замечать, что Александр больше ухаживает за Нелей, чем за ней.
– Что ты будешь пить? – спросил Александр уНели.
– Мартини, – как-то искусственно скромно ответила Неля.
– Я тоже буду мартини. Возьмем сразу бутылку, – Александр продолжал разговаривать с Кусадаевой.
– А ты у меня не хочешь спросить, что буду я? – обратилась Оля к Саше.
– А я и так знаю. Ты же тоже пьешь мартини.
Оля замолчала. Вроде все так. Да, она пила мартини и это она приучила Александра к нему. Но что-то было не так. Она чувствовала это, но не понимала. Это было какое-то такое состояние, что ты вот что-то понимаешь, но не хватает какого-то одного звена, чтобы все сложилось во едино. Когда ты не ждешь зла и не думаешь о нем, то ты его и не видишь, даже если оно лежит перед тобой на блюдечке с голубой каемочкой.
Потом был момент, что Оля обратила внимание на то, что Жорик вообще сидит отрешенно, пьет свой кофе, курит, рассматривает интерьер бара, на свою девушку вообще не обращает внимание. Неля все больше о чем-то щебетала с Александром, Оля тоже была, вроде как, "ни у дел».
– Ты что поругался со своей девушкой? – спросила Оля у Жорика на ушко.
– С какой девушкой? – спросил Жорик.
– С этой, с Нелей. У тебя их что, много? – Оля захихикала.
– А эта… Да, че то… надоела уже, – Жорик был какой-то потерянный.
– А зачем приволок ее сюда?
– Да… так, за компанию, – отвечал Жорик.
Когда они собрались уже уходить, Оля сказала:
– А теперь поехали на море. Я хочу на море! Я люблю море.
Море находилось от них в двух километрах, пять минут на машине.
– А я не люблю море, – зачем-то сказала Неля.
Олю совсем не интересовало это. Олю вообще ни она, ни то, что она говорит – не интересовало и поэтому она даже не заметила эту фразу.
– Нет, мы не поедем на море, мы поедем домой, – довольно резко сказал Александр.
– Как домой, зачем домой? У меня день рождения, я хочу на море. – не понимала Оля.
– Нет, уже поздно, на море будет холодно и вообще Нели уже домой пора, – отрезал Комаров.
Оля ничего не понимала. Она стояла растерянная и молчала. Ольга совсем не ожидала такого.
– Но на пять минут, просто постоять, подышать морем, послушать шум прибоя. В чем проблема? – не сдавалась Галицина.
– Но мне на самом деле пора домой, – влезла Неля, – уже поздно, мама будет переживать.
Кусодаева только закончила школу, ей было 16 лет.
– А то что от тебя будет вонять спиртягой, это ничего? – разозлилась Оля.
Но они все-равно поехали домой. Оля очень расстроилась. " Не понимаю, в чем проблема? Неужели так сложно подъехать к морю на десять минут? У меня же день рождения", – думала Оля, когда везли ее обратно домой.
Они подъехали к ее подъезду, Оля попрощалась с Жориком, Нелей и вышла. Александр остался в машине.
– Щас мы Нелю отвезем, и я потом приеду, – сказал Александр.
Но Оля была уже расстроена, уставшая и пьяненькая, чтобы что-то понимать. Она все находилась в этом состоянии, когда чего-то не хватает, чтобы увидеть очевидные вещи.
Глава 8. Надо делать.
Вот теперь в такси, вспомнив этот свой день рождения, Оля все слишком отчетливо увидела и поняла. " Какой ужас! Как он мог? Они совсем меня за дуру держали. Наверное, смеялись на домной", – думала теперь она. Ольга с трудом сдерживала слезы, они душили ее, они как будто бы комком застряли в горле, и она не могла их проглотить.
– А как бы вы хотели в оригинале отметить свой день рождения? – спросил таксист.
Теперь Оля обрадовалась, что он заговорил с ней – это помогло слезному комку провалиться.
– Вопрос не в "как", а "с кем? " – ответила Ольга, как взрослая, мудрая женщина. Она действительно внезапно повзрослела, не потому, что ей исполнилось 24 года, а потому что тот день рождения до нее "дошел"! Она вспомнила все мелочи, каждый взгляд, каждую фразу. Теперь все сложилось. Осознание того, что самый любимый твой человек может так подло, так низко тебя обманывать, смеяться над тобой со своими друзьями и со своей шлюхой – такое осознание делает человека взрослым, так уходит наивное детство и приходит жестокая взрослая жизнь.
– А с кем бы вы хотели отметить свой день рождения? – снова, отвлекая от темных мыслей, спросил водитель. Оля задумалась…
– Эти люди находятся за две тысячи километров от сюда.
– Так, а почему Вы не с ними, что Вам мешает?
Оля задумалась: " А почему я ни с теми, кого люблю. Действительно, почему? "
– По всей видимости, деньги у вас есть, – продолжал таксист. – Вы можете поехать к ним, или пригласить их сюда.
– Да, – в слух сказала Оля, но не таксисту, а себе. "Я должна ехать домой к дочери, к мужу. Вот почему я страдаю. Я без них страдаю. И здесь меня не утешит никакой клуб, сколько бы я не пропила в них денег… Муж конечно, козел, но я так хочу к нему, я хочу быть с ним, чтобы он любил меня. " – эти мысли успокоили Олю. Она хотя бы теперь поняла, что с ней происходит и что ей надо делать.
Глава 9. Грусть.
Кучин ничего не говорил Оле, не ругал ее, не высказывал ей. Все было хорошо, нормально. Дмитрий ходил на работу, по вечерам составлял свой бизнес-план на следующий день, Оля готовила первое, второе и компот… Так продолжалось несколько дней. Правда вечера Оля проводила на балконе с сигаретами и кофе. Она почти всегда молчала, много курила и смотрела в ночное небо. Как-то вечером Дмитрий вышел с ней на балкон, хотя он не курил.
– Оля, – начал он, – почему ты всегда грустная, что не так, о чем ты думаешь?
– Я думаю, что у вас никогда не видно звезд, – глядя на небо, сказала Оля. – Небо всегда светлое и низкое, одни облака. Если у вас нет звезд, о чем тогда у вас говорят влюбленные?
Ольга вспоминала своë южное высокое, как она теперь понимала, черное небо, усыпанное миллионом ярких звезд, в которых явно были видны все созвездия. Вспоминала, как ее муж, когда они встречались, показывал ей созвездия и рассказывал о них. Это было великолепно! "А здесь, вечно как кефир над головой", – подумалось Оле.
Про звезды Митя ничего не ответил. Он понимал, что грустит она не из-за звезд, а о небе он вообще почти ничего не понял, потому, что он другого неба не знал.
– Ты уже покурила? Пойдем поговорим. Пойдем в квартиру – прохладно.
Они зашли, сняли куртки. Дмитрий усадил Олю на диванчик напротив себя.
– Оля, я считаю, – начал Митя, – что ты грустишь потому, что у тебя нет занятия. Да, ты хорошая хозяйка, очень хорошо готовишь кушать, но человек должен чем-то заниматься кроме домашних забот. Вот ты чем хочешь заниматься? У тебя есть какая-нибудь мечта, цель, кем ты хочешь стать? Может быть на кого-то выучиться?
Оля задумалась. Она, на самом деле, думала, кем бы она хотела стать, чем бы хотела заниматься, но ничего, абсолютно ничего не приходило ей в голову. Когда-то она хотела быть художником, поехать в Санкт-Петербург, поступить в художественное училище…, но сейчас она не помнила об этом, все ее мечты и желания стерлись и была полная пустота. Ей стало не по себе от того, что она не знает, чем бы хотела заниматься. Оля понимала, что это не нормально в 23 года не суметь ответить на этот, казалось бы, элементарный вопрос, ей даже стало стыдно. "Даже детям в садике, когда задают такой вопрос – они довольно быстро и уверенно отвечают. А я не знаю. " – думала Оля.