Страница 82 из 96
Расстроенная своими мыслями, как только Алекс добралась до открытого перекрестка, она вызвала Валиспас, но она еще не была готова вернуться во дворец, поэтому направила его, чтобы он привел ее к знакомому месту на краю Золотого утеса.
Стоя там, наблюдая за торжествами в самом разгаре, Алекс воспользовалась моментом, чтобы успокоиться, а затем позвала Нийкса:
«Возможно, ты захочешь проведать Эйвена. Я не уверена, что мое «нежное» было достаточно нежным».
Мысленный вздох был его ответом.
«Что случилось?»
Алекс показала ему, ненавидя то, что ей пришлось смотреть все это снова, и особенно ненавидя выражение его лица в конце. Что-то в этом просто разорвало ее в клочья.
«Где ты?» — спросил Нийкс.
«На вершине утеса», ответила Алекс, зная, что ему не понадобится дополнительная информация, поскольку то место, где она стояла, было тем местом, где заявила на него Права.
«Эйвен ни за что не захочет компании прямо сейчас, но я предполагаю, что тебе это не помешает», — сказал Нийкс. «Оставайся на месте, я буду там через минуту.»
Алекс была благодарна ему за поддержку, даже если в тот момент ей казалось, что она этого не заслуживает. Не тогда, когда она только что причинила столько горя его лучшему другу.
«Мне очень жаль, Нийкс. Я все испортила».
«Заткнись, Эйлия, — сказал он. — Просто скажи мне, что ты хотя бы проявила благодарность, когда он рассказал тебе о своем неожиданном подарке?»
Это заставило Алекса задуматься.
«Его что?»
«Его подарок… Его подарок для тебя». Когда Алекс промолчала, Нийкс добавил: «Разве он не рассказывал тебе о своем сюрпризе? Почему он пропадал весь день? Об одолжении, о котором он меня попросил?»
«Я понятия не имею, о чем ты говоришь», — сказала Алекс, хотя она помнила, как Эйвен упомянул, прежде чем они покинули балкон бального зала, что у него есть для нее сюрприз.
Нийкс издал разочарованный звук, хотя она не была уверена, был ли он направлен на нее или на Эйвена.
«Тогда ты ничего не знаешь о смертных».
Собрав все воедино, Алекс ответила:
«Вообще-то, да. Он сказал мне, что отказывается от своего дела Повстанцев».
Несмотря на то, что она знала, что это не продлится долго, для нее все еще много значило, что Эйвен был готов прислушаться к доводам разума из-за ее поддержки.
«Нет, Эйлия, это не… Я не говорю о его смене убеждений, хотя приятно видеть, что ты помогла ему увидеть причину.»
Его ответ удивил Алекс, поскольку они никогда раньше не обсуждали глубину его связи с гарсет… она намеренно избегала этого вопроса, учитывая то, что она знала о его будущем.
«Кто-то должен был открыть ему глаза на то, как нелепо он себя вел, и свет знает, что он меня не слушал, — продолжил Нийкс. — Я не знаю, что ты ему сказала, но ты хорошо справилась с этим делом».
Алекс не была уверена, уместно ли говорить «спасибо», но прежде чем она смогла это понять, Нийкс заговорил снова.
«Но это не то, что я имел в виду, когда сказал, что ты не знаешь о смертных. Я говорю о тех, кто сегодня вечером находится здесь, в городе.»
Алекс резко дернулась и мысленно прошептала:
«Что?»
«Эйвен потратил весь день на их поиски», — продолжил Нийкс. «Небольшая группа торговцев, которых, по его мнению, ты хотела бы увидеть снова, по крайней мере, так он сказал мне, когда отвел меня в сторону и попросил присмотреть за ними, пока ты не вернешься. Их приглашение было его подарком тебе… жестом его намерения положить конец восстанию против политики отца. Это был его способ показать тебе, что ты значишь для него больше, чем любой план того, что он считает справедливым.»
Алекс чувствовала себя так, словно земля только что ушла у нее из-под ног. Черные точки расплылись по краям ее зрения, когда слова пронеслись в ее памяти, слова, сказанные ей несколько месяцев назад из подземелья, где Д.К. рассказывала ей об истории Мейи: «В следующий раз, когда торговая делегация людей вошла в город, они убили их. Всех их».
«Эйлия?» Нийкс позвал одновременно с Ксираксусом, и дракон почувствовал ее беспокойство. Она не ответила ни на один из них, настолько погрузившись в панику.
— Эйлия?
На этот раз слова были произнесены вслух, так как Нийкс уже поднялся на скалы рядом с ней.
Она одеревенело повернулась к нему и открыла рот, не в силах ответить, не говоря уже о том, чтобы собраться с мыслями.
Он протянул руку, прикоснувшись пальцами к месту прямо под ее глазом, прямо у края маски.
— Звезды, что случилось с твоим лицом?
Потерявшись в панике, Алекс едва расслышала его вопрос.
— Подожди, это… — Нийкс замолчал, сосредоточенно нахмурившись. — В твоих воспоминаниях… — Его лицо побледнело. — Эйлия, это то место, куда тебя ударила ветка?
Оцепенев от страха, она с трудом втянула воздух в свою сжатую грудь.
— Ничего страшного, Нийкс, — прохрипела она. — Сейчас у нас гораздо более серьезная проблема.
Не имело значения, были ли люди сегодня вечером в городе не для торговли… они все равно были торговой делегацией, которая вошла в город. Отчет об истории Д.К., возможно, был неправильным с его подтекстом, но ужас от запомнившихся слов поразил Алекс гораздо сильнее, чем удар любой ветки ей в лицо. Если эта версия истории верна, гарсеты Эйвена собирались уничтожить людей… сегодня ночью.
— Но это не имеет никакого смысла, — сказала Алекс вслух, ее глаза оставались расфокусированными, даже когда Нийкс прошептал ее имя сдавленным голосом.
Игнорируя недавнюю смену убеждений Эйвена, до сих пор не было никаких доказательств того, что он проявлял какое-либо желание убивать смертных — просто чтобы разорвать торговое соглашение. Сегодня вечером он ни за что не собирался устраивать кровавую ярость, которая привела бы к тому, что слова Д.К. сбылись. Чтобы это произошло, ему нужно было что-то невероятно радикальное, чтобы подтолкнуть его к краю пропасти. Что-то, что…
— Эйлия, — снова прошептал Нийкс, на этот раз его полный ужаса тон проник сквозь туман ее разума. — Пожалуйста, скажи мне, что Эйвен не видел твоего лица.
Прежде чем она смогла потерять контроль над своей паникой и нарушить свое обещание, приказав ему забыть о ее лице, он убрал руку, подняв большой палец вверх, чтобы она могла увидеть причину его пораженного выражения.
Кровь.
Темно-красная кровь.
Она хлопнула себя ладонью по щеке, чувствуя тонкий рубец прямо под глазом и струйку крови на коже.
— Нет, — выдохнула она, вспомнив страдальческое выражение лица Эйвена, огненную муку в его взгляде. Это была не его реакция на ее отказ — это была его реакция на то, что он увидел ее кровь. Это была его реакция на осознание того, что ему солгал смертный, предал смертный… Что он влюбился в смертную.
Если и было что-то, что могло вывести Эйвена за грань разумного и превратить его в хладнокровного убийцу, Алекс знала, что это могло быть.
Тогда к ней пришло еще одно воспоминание, которое ускользнуло от нее, когда она попыталась вспомнить его несколько недель назад, поняв, что это было действительное предупреждение от Нийкса из будущего: «Удар ветки решит все. Все изменится… Или, скорее, ничего не будет».
С глазами, полными ужаса, Алекс не стала больше ждать ни секунды. Она с разбегу спрыгнула со скалы и, проигнорировав испуганный крик Нийкса, призвала вокруг себя Валиспас, направляясь прямо ко дворцу.
Глава 34
Сначала Алекс услышала крик, меяринский слух уловили звук задолго до того, как глаза увидели его причину. Разум отключился от безумных криков, заставив потерять контроль над Валиспасом, который бесцеремонно выбросил ее в нескольких улицах от дворца.
Чувствуя себя так, словно она двигалась сквозь туман, Алекс поспешила пробраться сквозь толпу меярин, пока у основания дворца не открылось пространство, где группа вооруженных Зелторов пыталась успокоить тех, кто не мог убежать достаточно быстро. Казалось нереальным думать, что всего несколько минут назад они все смеялись и танцевали. И теперь они кричали.