Страница 58 из 96
— Иногда я чувствую то же самое.
Затем он поднялся на ноги и шагнул вперед, чтобы протянуть руку.
— Уже поздно, — сказал он. — Позволь мне проводить тебя обратно в твою комнату.
После того, как они расстались, и она во второй раз за вечер забралась в постель, Алекс невидящим взглядом уставилась на сияющий вид на город с балкона.
«Ксира, ты здесь?» позвала она.
«Всегда, Алекс, — он отозвался почти мгновенно. Что тебя беспокоит?»
Внезапно охваченная эмоциями, она спросила:
«Как скоро я смогу вернуться домой?»
Последовала неохотная пауза.
«Скоро, Алекс. Но не сейчас. Мне жаль.»
Алекс уже знала, какой будет ответ. Она задавала его почти каждый день, но все же продолжала надеяться. Не в первый раз она задумалась, не следовало ли ей просто пройти через Библиотеку, когда у нее была такая возможность.
«Почему ты расстроена? Раньше ты чувствовала радость, но теперь ты… расстроена?»
Алекс издала горький смешок. «Расстроена» было идеальным словом для того, что она чувствовала.
«У меня просто была тяжелая ночь, — ответила она. — Я буду в порядке после того, как немного посплю».
«Ты хочешь, чтобы я помог?»
Алекс собиралась спросить, что он имел в виду, когда внезапно ее разум наполнился образами. Она почувствовала, как ее тело расслабилось, когда, с точки зрения Ксираксуса, она парила в воздухе, а его собственные воспоминания разыгрывались перед ее глазами.
Вскоре она была настолько убаюкана ощущением парящего ветра, задевающего ее чешую, и силой ее крыльев, улавливающих воздушные потоки, что погрузилась в мирный сон, все еще паря в небесах, пока дремала в своем воображении.
Глава 24
На следующее утро после завтрака с королевой Алекс медленно направилась в дворцовую библиотеку, размышляя о том, как бы ей выкрутиться от урока истории, который ей уготован. Дело не в том, что уроки были неинтересными, просто то, что она узнала, не имело никакого отношения к ее сиюминутным — или будущим — проблемам. Не помогло и то, что сегодня ее мысли были заняты другим… в частности, предстоящим банкетом в честь окончания лета, о котором взволнованно говорила Ниида.
Когда Алекс вошла в библиотеку, она была удивлена, обнаружив, что большая комната пуста. Обычно ее наставники, Рока или Кия, в зависимости от дня, были там.
Настороженно оглядевшись, она подошла к своему обычному рабочему столу и обнаружила записку, написанную на серебристом пергаменте.
«Эйлия, мне ужасно жаль, но проклятию моего существования нужен кто-то, кто держал бы его за руку в течение нескольких часов, поэтому я должна оставить тебя одну этим утром. (Не волнуйся, я позабочусь о том, чтобы Его Королевское Высокомерие пожалело о том, что попросило меня о помощи.) Мы вернемся после ужина, так что наслаждайся своим сегодняшним днем, и мы увидимся позже вечером. Кия.»
Под аккуратным почерком Кии было еще одно сообщение, тоже написанное знакомым почерком.
«О, как ты можешь видеть, Кия в восторге от того, что проведет этот день со мной на службе короне. С таким же успехом ты можешь начать планировать нашу свадьбу прямо сейчас, поскольку у меня есть достоверные сведения о том, что она верна.»
Посмеявшись над сухим юмором Рока, Алекс отложила пергамент в сторону и оглядела библиотеку, гадая, как проведет день. Конечно, можно бы больше исследовать город или заняться множеством других вещей. Но чего Алекс действительно хотела, так это знаний. И впервые с тех пор, как она попала в прошлое, она оказалась одна и окружена именно этим.
Подойдя к ближайшей книжной полке, она начала просматривать названия, вспомнив, что Рока однажды сказал, что тома были рассортированы по категориям в алфавитном порядке по всей комнате. Сначала Алекс открыла раздел с надписью «Аскорава», в котором хранились все письменные знания меярин, касающиеся оружия, а затем нашла раздел древней истории, где выбрала несколько особенно старых на вид книг. Наконец, поднялась по одной из лестниц, пока не добралась до книжных полок на третьем этаже, и просмотрела категорию, которая ее больше всего интересовала — Ванориас, или, как это переводится на общий язык, «Исцеление».
Шатаясь на лестнице и ковыляя к своему столу с руками, нагруженными книгами, Алекс изумилась, как ей удалось не сломать себе шею. Она бросила свою тяжелую ношу на стол, села и придвинула к себе ближайшую книгу.
Потребовалось четыре часа, пять обратных подъемов по лестнице и еще восемнадцать медицинских книг, прежде чем Алекс наконец нашла то, что искала. Протирая уставшие глаза, она резко села, обнаружив крошечный шрифт, спрятанный в приложении к невероятно толстому тому. Она наклонилась вперед и прищурилась, чтобы разобрать мелкий почерк, ее дыхание учащалось с каждым предложением.
— «Менада дэ Лоранса», — прочитала она, прежде чем мысленно перевести на ходу:
«Требование Жизни создает связь между одним живым существом и другим, позволяя им делиться энергией в самых тяжелых условиях физического здоровья…»
Стремясь добраться до того, что ей было нужно, Алекс бегло просмотрела фрагмент резюме, которое когда-то описал Эйвен — не говоря уже о том, что Алекс испытала на собственном опыте — и сразу перешла к той части, которая ей была нужна. С трясущимися руками и колотящимся сердцем она читала дальше:
«Когда ритуал проводится впервые, это битва воли, в которой побеждает сильнейший разум. Поскольку связь используется как средство исцеления только в экстремальных ситуациях — для тех, кто близок к смерти, у кого нет другого выбора, кроме как связать свою жизненную силу с жизненной силой другого, — целитель почти всегда будет в положении, когда его воля господствует над нуждающимся человеком.»
Голова шла кругом, Алекс лихорадочно просматривала страницу в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь освободить Джордана от уз.
«Чтобы завершить ритуал и забрать волю другого человека, между дающим и получающим должна быть прямая кровная связь — между здоровым и раненым. Простой порез на руке — наиболее распространенная практика, однако достаточно любой открытой раны.»
«Соединяя их кровь, исполнитель ритуала должен запечатлеть свою волю в сознании получателя, мысленно произнося слова: «Трее Менада сае».»
Затем Алекс повторила команду на общем языке, ее голос был едва слышен.
— Я заявляю на тебя права.
Неужели это действительно все, что потребовалось? Это казалось слишком легким, слишком простым.
Покачав головой, Алекс бегло просмотрела следующую часть, в которой подробно описывалось вечное послушание создателя и технические детали того, как связь передавала жизненные силы. То, что она действительно искала, было в самом конце, единственное предложение, подтверждающее то, что Эйвен уже сказал ей:
«Как только к заявленному возвращается здоровье, создатель связи может прервать связь, снова соединив кровь и мысленно произнеся слова: «Трей Гаверран сае».»
Голос Алекс дрогнул, когда она прочитала фразу, которая разлилась по странице, как написанная надежда.
— Я отпускаю тебя.
«После того, как заявленная сторона добровольно согласится на свое освобождение от обязательств, ни одна из сторон не сохранит никакого долгосрочного эффекта. Каждый из них снова станет отдельным существом, без какой-либо дальнейшей связи между ними.»
Алекс почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Ей все еще нужно было найти способ убедить Эйвена будущего добровольно освободить Джордана, но, по крайней мере, теперь появилась надежда, что его действительно можно освободить. Если бы она нашла правильный рычаг давления, возможно, Алекс смогла бы выторговать его жизнь. Эйвен пока использовал ее лучшего друга, как средство причинить ей боль. Все, что нужно было сделать, это найти что-то, чего
меярин хотел больше всего, что-то, что он был готов обменять на Джордана. Возможно, саму Алекс, если бы до этого дошло. Однако она быстро поняла, что это вполне может привести к катастрофическому будущему, предсказанному Библиотекой.