Страница 64 из 71
Получив всю интересующую информацию, мы решили не таиться и рассказать местным всё, как есть. Узнав, что мы собираемся покончить с жуками или хотя бы серьёзно их ослабить, деревенские воспылали к нам самыми тёплыми чувствами, предложили любую помощь. Когда мы наотрез отказались, сердобольные хозяева отпустили нас только после того, как сытно накормили обедом, да ещё и припасов с собой дали, а напоследок пожелали успехов в наших начинаниях и посоветовали избегать других посёлков.
Следуя заветам аборигенов, мы потопали в сторону леса, в надежде не столкнуться по пути с кем-либо, у кого больше четырёх конечностей. Но уже к вечеру наши надежды были разбиты о маленького, но грозного врага. Арахнид был размером с собаку, имел восемь лап, покрытых огромными ворсинками, почти шерстью, и стоял прямо на нашем пути, на каменистом грунте с вытоптанной травой. Нарвались. Наверняка уже сообщил сотоварищам о нашем приближении, и скоро сюда пожалует кавалерия.
В любом случае он нас заметил, поэтому Мэнди, не таясь, достал лук, натянул тетиву и подстрелил засранца. Затем он извлёк стрелу, я со злости пнул тельце врага, и мы пошли дальше. Странным было лишь то, почему же маленький гадёныш даже не пытался бежать. Хотя кто знает, какая у жуков иерархия. Насколько мы знали, большинство из них обладало разумом не более развитым, чем у обычных муравьёв. Голые инстинкты и ничего кроме.
Спустя несколько минут на том месте, где мы прикончили арахнида, показалось два десятка исчадий, причём не обычных, а достаточно крупных. С одним таким я однажды встретился на побережье возле Чивуака. Опасные твари. Мы с Мэнди уже были на расстоянии пары километров оттуда, но благодаря тому, что лес был редким, а у нас имелся бинокль, смогли увидеть тварей. Они суетились вокруг убиенного сородича, но ничего больше не предпринимали. Спустя несколько мгновений они разделились на группы по двое и побежали в разные стороны. Одна из групп двигалась прямиком в нашу сторону. Очевидно, лишившись живого детектора, они решили прочесать местность в поисках нарушителей закона.
Мы с эльфом изготовились к бою, так как бежать бессмысленно — носятся исчадия как реактивные, убежать не получится. Я уже собирался сплести простенькое заклинание, а Мэнди положил стрелу на тетиву, как я ощутил исходящий от посоха чёткий ментальный сигнал: «я жук, не стреляйте!». Посох повторял его вновь и вновь. Несмотря на чёткость полученной мысли, я не до конца понял, что сицилиус от меня хочет, но на всякий случай дал Мэнди знак не стрелять.
Твари тем временем были уже в нескольких шагах возле нас. Если ничего не предпринять, то они легко сметут нас. Эльф вопросительно смотрел на меня, я отрицательно покачал головой.
Спустя две секунды арахниды промчались мимо нас, как поезд мимо опоздавшего пассажира, только гудеть на прощание не стали, а лишь вертели во все стороны своими уродливыми головами.
Когда противники удалились, Мэнди сказал:
— Это что сейчас было? Не заметили?
— Вряд ли. Один прямо на меня смотрел. Тут что-то другое. Дай немного времени.
Я сел на корточки, взял в руки посох и попытался мысленно с ним переговорить.
«Что произошло, почему нас не заметили?»
«Я жук, я свой!»
«Что это значит?»
«Я жук, я свой!»
Я пытался задать ещё несколько вопросов, но ответ каждый раз был одним и тем же. Да, с помощью артефактов и частой практики мы с разумным посохом стали лучше друг друга понимать, но до идеала было ещё далеко. Но я всё же понял, что мне хотел сказать сицилиус, осталось объяснить это Мэнди.
— Думаю, что всё дело в артефакте, что поглощён посохом. Внутрь артефакта я из любопытства вставил орган, что добыл из одной твари. Мы с Оло всё гадали, какой эффект он может оказать. Видимо, посох как-то освоил навык использования органа и может маскировать нас с тобой или выдавать за арахнидов.
— Если это действительно так, то это прекрасные новости! Это крайне облегчит нам дорогу.
— Тогда в путь!
После этой стычки до конца дня мы повстречали два посёлка. Один был населён эльфами, а второй тимурлинами. В обоих жители пасли скот и рыбачили. Мы не стали светиться и подходить близко, обойдя посёлки стороной. На ночлег выбрали место подальше от разумной жизни, в овраге, даже рискнули развести костёр. Эльф подстрелил зайца, так что у нас был вкуснейший ужин.
На следующий день стычка с живым детектором повторилась с тем же результатом. Судя по всему, маленькие арахниды, как и поведали нам местные жители, ощущали наши шаги, вызывали подмогу, но благодаря посоху мы были для них не то невидимы, не то выглядели как арахниды, и это сбивало с толку маленьких созданий. Они не спешили спрятаться или убежать.
Но мы с эльфом не питали особых надежд на то, что вечно сможем оставаться незаметными. У роя есть достаточно сообразительные особи, что рано или поздно догадаются о том, как противостоять неведомому противнику. Вполне возможно, что нас бы уже схватили, если бы Андрей во главе флота не атаковал побережье Хаона, Оло не жёг флот близ мариоских берегов, а Каварл не отправил войска за ущелья с целью захвата территорий роя. Это были отвлекающие манёвры, и они, как мне кажется, неплохо действовали.
О том, что всё идёт по плану, я узнавал от Оло. У меня не было артефакта для связи, но пока у нас с мальчиком получалось держать ментальную связь, которая, впрочем, с каждым днём становилась всё хуже — слишком велико расстояние для связи посредством магии без использования специальных устройств.
Ещё через несколько дней пути мы оказались возле небольшой гряды скал, возвышающихся в лесу скалы. Выглядели они здесь несколько инородно, так как двигались мы по равнине, где даже холмов не было. Мой внутренний компас, что раньше указывал мне направление к обиталищу Голоса, здесь начал сбоить, а спустя некоторое время я понял, что он указывает вверх. Задрав голову, я сказал эльфу:
— Похоже, мы пришли.
Глава 28 Саян. Ответы.
Не люблю я покидать нормальную твёрдую и ровную поверхность земли. Не нравится мне плавать, хотя худо-бедно я и научился это делать, но карабкаться по скалам для меня и вовсе мучение, тем более здесь они ещё более отвесные, чем были на побережье.
Даже у Мэнди при подъёме возникали трудности, а он был гораздо более ловким и лёгким, чем я. Это поначалу, прибыв в этот мир, я сильно исхудал. Сейчас же напротив, я окреп, а учитывая то, что рост у меня был немаленький, весил я не меньше центнера. Не самое хорошее подспорье при подъёме в гору. Зато если сорвусь и полечу вниз, оно сыграет… Хотя нет, не сыграет. Ускорение свободного падения одинаково для всех.
Несмотря на все трудности, сбитые и исцарапанные пальцы, содранные ногти, каменную крошку в сапогах, носу, рту и даже глазах, сантиметр за сантиметром мы преодолевали подъём.
Я дважды сорвался, но оба раза меня спасала надёжно закреплённая эльфом с помощью кольев верёвка, и я отделывался лишь ушибами и ссадинами. Жаль, что заклинания левитации по какой-то причине не существовало. По крайней мере, мы с Оло ничего подобного не знали, а то так бы фьють, и мы уже наверху. Красота!
Но реальность была несколько суровее, и на подъём у нас ушёл почти полный день. А ведь если Голос не прибьёт нас, то нам ещё предстоит как-то спуститься!
Наконец мы оказались на вершине. Здесь было своего рода плато, и мы смогли идти спокойно, не боясь переломать ноги или улететь вниз. Когда мы шли по поверхности плато, в какой-то момент мои шаги стали гулкими и звонкими, будто бы я шёл по тонкой металлической перегородке. Я наклонился, принялся руками сметать мелкие камни, пыль и песок с поверхности и, приложив достаточные усилия по расчистке, достойные звания дворника года, обнаружил самый настоящий металлический люк с ручкой. Пришли мы сюда не ради увеселительной прогулки, а с определённой целью, поэтому не стали препираться или задумываться, а сразу потянули за ручку.
Со скрипом люк открылся, за ним была темнота, пышущая сырым и кисловатым воздухом. Вниз вела вертикальная лестница. Проверив древние ступени на прочность, я стал спускаться вниз. Пока лез я, а следом за мной и Мэнди, глаза успели немного привыкнуть ко мраку, так что даже не пришлось создавать светляка.