Страница 74 из 90
В сумрачном уютном кабинете было тихо, но в голове у Кристины до сих пор играла навязчивая мелодия, которую менестрели исполняли в самом конце пира. «Через сотни дорог и бессонных ночей… через годы, эпохи и дни…»[16] Или там было «седмицы и дни»? Она уже не помнила, и чёрт с ним.
Кристина очень устала за этот невыразимо долгий, медленный, тяжёлый день, ей хотелось спать, и горло немного болело… Со временем стало жарко, и она скинула свой плащик, повесив его на спинку стула, и распустила волосы — проклятые шпильки искололи затылок. Начинала болеть голова, но уйти спать Кристина пока не могла. Ей ещё предстояло укладывать Джеймса, что было задачей не из лёгких, особенно после того, как мальчик вернулся из Вэйда.
Из-за вертящейся в голове мелодии, усталости и не затихающего на языке привкуса красного сухого вина Кристине никак не удавалось полностью сосредоточиться на завещании. К тому же почерк у покойного барона Арнольда был далеко не каллиграфическим… Когда буквы в одном слове начали сливаться в странное чёрное пятно, она подняла голову и, часто-часто заморгав, устало вздохнула.
— Н-натали, пожалуйста, зажги… зажги ещё одну свечу, — сбивчиво попросила Кристина.
«Господи, я же пьяна», — мелькнула вдруг ясная мысль, перебив наконец настойчивую песню. Да уж, давненько с ней такого не случалось.
Сегодня на пиру она позволила себе расслабиться и выпить больше обычного, не разбавляя вина. Война окончена, Элис побеждена, Джойс мёртв, а его труп сброшен в общую могилу на пустыре… Кристина могла бы решить про себя, что оказалась полностью счастлива, если бы не затянувшееся отсутствие Генриха и сомнения, всё ещё терзающие её сердце из-за того проклятого письма. Однако музыка, журчащее вино, вкусно пахнущее мясо, заразительный смех барона Акселя помогли ей отвлечься от печальных мыслей. В тот день Кристина не танцевала — ей это не очень нравилось, да и не с кем было… Хельмут тоже весь пир просидел на своём месте, изредка переговариваясь о чём-то с Рихардом, и сначала ей показалось хорошей идеей пригласить кого-то из них, но потом она передумала, решив, что Хельмут точно откажет, а Рихард и без того то и дело оказывался в паре с какой-нибудь молодой девушкой. Поэтому она продолжила пить и слушать музыку, оставаясь во главе стола до тех пор, пока гости не разошлись.
Время ещё было не позднее — едва пробило десять. Но зима приближалась, и темнеть стало рано, на чёрном небе рассыпались серебряные звёзды, собираясь в хороводы вокруг луны… потом они вдруг скрылись за тучами и стало ещё темнее, словно из мира исчез абсолютно весь свет и теперь здесь будет царить вечный мрак.
Вскоре вдалеке послышались раскаты грома — видимо, ночью ударит дождь с грозой, и ветер принёс пелену туч не просто так.
Натали спокойно зажгла ещё одну свечу и поставила её на стол прямо рядом с Кристиной. Та наконец смогла сосредоточиться, разобрала злополучное слово и дочитала завещание до конца.
— Не то чтобы я хорошо знала вашего отца, барон Винсент, — негромко проговорила Кристина, возвращая ему потрёпанный пергамент, — однако я всё же не могу понять, почему он решил лишить Джейми наследства. Если, по вашим словам, он всегда был таким… — она замялась подбирая слово, — неприятным человеком, барон Арнольд не мог это заметить лишь на смертном одре.
— Отец всегда знал это, — покачал головой Винсент, постукивая пальцем по подлокотнику своего стула, — но относился к поведению Джейми весьма… снисходительно. Понятия не имею, почему он вдруг поступил именно так… и почему Джейми не пришло в голову уничтожить завещание… Впрочем, он никогда умом не блистал, — усмехнулся он. — Вообще, я думаю, сейчас об этом уже поздно размышлять. Главное, чтобы вы… чтобы вы это одобрили, разумеется.
— Разве я могу не одобрить? — отозвалась Кристина. — И дело даже не в том, что вы… что вы мои… — Она хотела сказать «друзья», но потом подумала, что вряд ли Винсент за столь короткое время успел стать ей другом. Да и насчёт её дружбы с Натали она всё ещё не была уверена. — Дело не в том, что вы помогли мне в войне, — нашлась она. — То воля вашего отца, и хотя я имею право нарушить её и отдать его феод тому, кого выберу сама… — Она поняла, что мысли, как и язык, начинают заплетаться от этой долгой фразы. Как бы поскорее протрезветь…
— Миледи, вам, видимо, снова нужна помощь? — широко улыбнулся Винсент, подаваясь вперёд.
Кристина не успела даже ничего понять — всё произошло буквально за мгновение. Маг медленно привстал, и длинный локон упал ему на лицо… Потом он перегнулся через стол, который разделял их, и осторожно коснулся её плеча. В тот же миг лёгкий хмель стремительно развеялся, голова перестала кружиться, а взгляд Кристины стал ясным и осмысленным. И она наконец заметила, что Натали улыбалась, глядя на манипуляции своего жениха.
— Научите меня так же, пожалуйста, — попросила Кристина Винсента, когда тот убрал руку.
Натали наблюдала за всем этим с такой милой, искренней улыбкой, что Кристина невольно рассмеялась, взглянув на неё. Она слишком давно не видела этой улыбки и слишком сильно соскучилась по ней… Девушка тут же смутилась, покраснела и сжала пальцами подол своего бордового платья, видимо, решив, что смеялись над ней. Она сидела на самом краешке стула, положив руки на колени и опустив взгляд, хотя была уже без пяти минут баронессой и имела право вести себя менее сдержанно.
Надо же, как всё вышло: Натали — баронесса… Она наверняка об этом и мечтать не смела, а Кристина и вовсе не думала. Поначалу она ожидала, что Натали навсегда останется с ней, потом, когда их пути на время разошлись, решила, что девушка смогла найти себе мужа в Нижнем городе. И вот теперь она даёт согласие на её брак с бароном Эдитом, тем самым резко возвышая, поднимая по сословной лестнице. Для Кристины это был первый на её памяти прецедент: раньше ни она сама, ни отец ни разу не давали добро на такой неравный брак. Конечно, свадьба Винсента и Натали — далеко не правило, а исключение, причём редчайшее, одно на сто тысяч.
Оно и понятно: не каждой влюблённой в дворянина крестьянке везёт, во-первых, снискать его ответные чувства, во-вторых, оказаться подругой его сюзеренки, которая с радостью позволит неравной паре пожениться, несмотря на все предрассудки… Да, Натали, с одной стороны, и правда повезло встретить сначала Кристину, потом Оскара, а после него — Винсента, в лице которого она и обрела своё счастье. С другой стороны, Кристина понимала, что потеря Оскара не оставит душу бедной девушки в покое никогда. Раньше такая жизнерадостная, улыбчивая, Натали стала заметно серьёзнее и задумчивее, и Кристина была уверена, что на это изменение повлияла смерть её первого возлюбленного.
Хотелось верить, что Винсент сможет залечить хотя бы большинство её ран, если не все. И что Натали тоже поможет ему окончательно прийти в себя после смерти любимого брата.
Внезапно в дверь постучали, и Кристина вздрогнула. Она встала, оправив подол платья, быстро обошла стол и, стремительными шагами подойдя к двери, отворила её.
На пороге стояла Грета.
— Мледи, — поклонилась она, успев бросить на Натали странный взгляд, — сынок ваш никак не угомонится, просится гулять.
— Гулять? Ночью? — усмехнулась Кристина, не веря своим ушам — такого Джеймс ещё не выделывал.
— Ну да… — растерялась служанка. — И спать, стало быть, отказывается.
— Успокой его, пожалуйста, я скоро приду.
Грета кивнула и удалилась.
— О, Господи… — Кристина тяжело вздохнула, закрывая дверь, а потом резко развернулась на каблуках и попыталась вернуть на лицо прежнюю улыбку, однако это вышло у неё плохо. — Так вот, на чём я остановилась… Ах, да. Согласно законам, я имею право сама назначать своих вассалов, даже если это противоречит наследственным обычаям. А Джейми, по вашим словам, отказывался исполнить мой приказ и тем самым нарушил клятву. Поэтому, если у кого-то и возникнут сомнения насчёт завещания, я всё равно смогу утвердить ваши права, барон Винсент. — Молодой человек благодарно кивнул, и Кристине наконец-то удалось улыбнуться искренне.
16
Стихи, цитируемые в тексте, мои.